Борис Вайнер  российский детский поэт, прозаик, переводчик, автор-исполнитель.

Родился 25 января 1948 года 

Борис Вайнер — лауреат Государственной премии Республики Татарстан им.Г.Тукая (2024),      

лауреат республиканской литературной премии РТ им. Г.Р.Державина (2020),

 казанской Литературной премии им. М.Горького (2007),

литературной премии им. С.Сулеймановой (2016),

Международной литературной премии «Золотое перо Руси» (2013).

Заслуженный деятель искусств Республики Татарстан.

 

Ко дню рождения писателя первый  в году номер республиканского журнала "Татарстан" вышел с большой публикацией "Главный сказочник Казани" о детском писателе Борисе Вайнере. Куда вошли, в частности, интервью с ним, фото и некоторые его волшебные сказки - на шести журнальных страницах (три разворота).

Представляем интервью с писателем:

«ДОМ УЛЫБОК» БОРИСА ВАЙНЕРА

Ваша творческая биография впечатляет: стихи, песни, переводы, пьесы, редактирование детских журналов…  И всё это такое сказочное! А как Вы стали сказочником?

Думаю, пристрастие к этому жанру во мне с детства. Жил я тогда в Бугульме и был активным участником школьной художественной самодеятельности. Среди героев, которых я играл, присутствовали и фольклорные вроде Ходжи Насретдина, и сказочные. Я много читал, причём мне часто нравились те истории, где реальное соседствовало с волшебным. Очень любил и народные сказки,  и авторские – Аксакова, Лагина, Олеши, и даже литературные сценарии мультфильмов – была такая книжная серия... Так что в журнале для младших школьников «Зонтик» и альманахе «Будильник», которые я много позже издавал, сказки появлялись не случайно.

Вам самому что ближе и интереснее из всех Ваших жанров и почему?

Естественно, мне дороги они все. Но ближе всего стихи для детей. Во-первых, они должны быть в высшей степени организованной речью, чуждой неточностей и некорректности, а мне нравится этого добиваться. Сказать просто то, на что «поэт для взрослых» потратил бы кучу умных слов, - это и есть, в частности, работа детского поэта, сложная («Адский труд», как написал мне когда-то Борис Заходер – кстати, бывший студент казанского университета), но крайне увлекательная. А во-вторых, большая часть детских стихов содержит улыбку – и это мне тоже по сердцу, не случайно я начинал с юмористики.

Люблю я и сказки в прозе, где стараюсь найти новые ракурсы и сюжетные ходы, и песенный жанр. Многие литераторы считают этот последний второстепенным, но я не согласен. Просто здесь поэт работает рука об руку с композитором или  исполнителем - и должен иногда в чём-то идти им навстречу. Как, скажем, драматург - театру. Что не всем авторам по вкусу.  А если я сам пишу на свои тексты музыку, то с соавтором у меня прекрасное  взаимопонимание.

Расскажите про переводы сказок. Вы переводите их с разных языков и литературно адаптируете к русскому. Как происходит этот процесс? Как Вы находите  произведение, которое захотите перевести?

Нахожу - по-разному. Обычно они «находятся» сами. Прочёл нечто перевода не имеющее, понравилось – взялся за работу. Иногда мне просто не по душе уже существующие переводные версии какого-то произведения, а само оно – по сюжету, по эмоции, по «посылу»  - очень близко. И тогда возникает желание  сделать перевод или пересказ самому. Иногда я чувствую в авторе, если так можно выразиться, «родственную душу» - например, в  английских детских поэтах позапрошлого века. А иногда мне просто предлагают такую работу издательства, как это было с книгами «Легенды Болгара» и «Легенды Казани».    

Что касается адаптации, то бывает, что в русском языке не существует прямых соответствий какому-то иноязычному авторскому выражению – метафоре или поговорке – и приходится идти косвенным путём, например, самому изобретать аналог, построенный на том же приёме, что и оригинал. Но с обязательным условием, что и в новом варианте вещь останется узнаваемой и произведёт на русскоязычного читателя то же действие, что  оригинал на читателя изначального.

Я перевожу не только сказки, но и стихи для детей – часто именно те, где автор даёт волю фантазии, так что они тоже в своём роде волшебные. Например, с татарского – произведения  Габдуллы Тукая, Шауката Галиева, Разиля Валеева, Роберта Миннуллина, Эльмиры Шарифуллиной, Накипа Каштанова, Ленара Шаеха и многих других. Не говоря уже о том, что и у меня самого, и у тех, кого я перевожу, встречаются и сказки в стихах. Многие из них вошли в мои книги, выпущенные Татарским книжным издательством.

   

 

        Обложки книг       

Ваши пьесы-сказки нередко являются продолжением известных сказок. Например, «Новая история Трёх Поросят». Как у Вас родилось это продолжение?

Такой жанр существует с незапамятных времён. Что касается именно «Трёх поросят», то здесь всё шло естественным образом: продолжение старой истории мне просто однажды предложила написать не столь давно ушедшая от нас Людмила Дьяченко, замечательный режиссёр-кукольник. Что  я и сделал, ведь у детей нередко возникает вопрос: что было с героями известной истории после того, как она завершилась? На него я и ответил своей пьесой «Три поросёнка. Новые приключения». Кстати, она шла и продолжает идти в целом ряде детских театров -  так же, как и мой ремейк катаевского «Цветика-семицветика». Или пьеса-сказка «Алмазная гора», написанная по мотивам татарского волшебного фольклора (где, кстати, такой сказки нет, её сочинил я). Есть пьеса и по мотивам Рэя Брэдбери -  «Сквозь цветное стекло». И «Сказка о потерянной музыке», мюзикл, - кстати, поставленный недавно в Саратове. А вместе с Наилёй Ахуновой мы перевели на русский язык пьесы-сказки Гульшат Зайнашевой, Гарая Рахима и Рената Хариса для театра кукол «Экият».

Иногда я пишу сказочные пьесы и по заказу. В спектакле по моей сказке «Сон Шарманщика» с музыкой Дмитрия Бикчентаева играют непрофессиональные актеры – молодые незрячие музыканты из группы «НеЗаМи». Они успешно показывают эту постановку ребятам с проблемным здоровьем.

Афиши и фото спектаклей

Пьесы-сказки Бориса Вайнера поставлены многими театральными коллективами – как профессиональными, так и любительскими – в России (Москва, Казань, Санкт-Петербург, Оренбург, Сызрань, Саратов, Смоленск и др.), ближнем (Минск, Могилёв, Алматы, Кустанай) и дальнем зарубежье.

Произведения  для КУКОЛЬНОГО ТЕАТРА

Легко ли быть добрым сказочником в нашем реальном-реальном мире?

Одна из функций сказки – утешение. Когда я узнаю, что моя стихотворная или прозаическая сказка кого-то – может быть, даже многих -  хотя бы на минуту утешила, то это приятное чувство, утешающее, так сказать, и самого автора. И в эти минуты ему хорошо – как и в те моменты, когда что-то особенно удаётся при создании очередной истории. А в остальном жизнь сказочника та же самая, что и у всех остальных. А ещё  меня всегда утешали и вдохновляли кошки, о которых у меня немало стихов. Кстати, одну из литературных наград – «Золотое перо Руси» - мне вручал в Москве знаменитый клоун, дрессировщик кошек Юрий Куклачёв.

Ваш вопрос напомнил мне другой, смежный, который мне нередко задают: «А про страшное для детей можно писать?». Я на него отвечаю: конечно, можно, но смотря как. Вот моё короткое стихотворение-ответ - «Страшная сказка».

На горе высокой жил

Страшный Змей Горыныч.

Дол глубокий сторожил

Страшный Змей Долиныч.

 

А в степи (ещё страшней,

Не читайте на ночь)

Поджидал богатырей

Жуткий Змей Степаныч!

 

Ваша любимая сказка?

У меня благодаря моим родителям в домашней библиотеке были  и «Тысяча и одна ночь», и «Сказки народов мира», и «Старик Хоттабыч», и «Три толстяка», и сказки Андерсена и Гофмана, и русские и татарские народные сказки, и много чего ещё. И читал я много – и потому изложения и сочинения давались мне легко. Помню смешной (но драматический для меня тогдашнего) случай, когда моё классное изложение по русской летописи оказалось таким близким к искомому тексту, что я был заподозрен в списывании – и мне, третьекласснику, влепили «пару». А я и не думал списывать! у меня просто была хорошая память, и к тому же я быстро сообразил, как в летописи строится предложение: глагол, существительное и только потом прилагательное или обстоятельство: «Засверкают мечи булатные, засвистят стрелы калёные – не пройдут враги на родную землю!». Теперь-то я знаю, что это качество называется «чувством стиля».

Взрослый читатель тоже не обделён Вашими стихами и песнями. А сказки для взрослых у Вас есть? Как думаете – почему многие взрослые, как дети, тоже любят сказки?

Сказок сугубо для взрослых я не пишу, но у меня есть такие (кстати, и стихи, и песни тоже), которые адресованы одновременно и детям, и взрослым – например, «Ёлочный шар». Просто ребёнок видит внешний план такого произведения, а человек подросший – глубину, детскому глазу недоступную. И это естественно, ведь многие вещи люди начинают понимать постепенно, с приходом нового личного опыта. Скажем, моя  «Песенка о зонтике» - для ребёнка просто рассказ о каком-то чудаке. А повзрослев он поймёт и второй план.

Дырявый зонтик мне оставил дед,
И с ним – недугов дикую ораву.
Мне от простуд с тех пор покоя нет;
Как жаль, что зонтик мой – дырявый!

Он завещал мне дырок не латать:
Он был чудак и человек лукавый.
Меня как губку можно выжимать;
Как жаль, что зонтик мой - дырявый!

Вон, у соседа, - просто благодать,
Такая сушь... А у меня – хоть плавай!
Но мне совсем не хочется менять
Мой зонтик, старый и дырявый.

Я весь – вода, волшебная вода,
И в ней живёт серебряная рыба.
Она со дна всплывает иногда
Играть, плескаясь у обрыва.

В урочный час ко мне на водопой
Из зарослей густых приходят звери,
И птичий клин из дымки голубой
Порой спускается на берег,

И круглый год летает майский жук,
Орех цветёт и зеленеют травы...
Я в небеса сквозь дырочку гляжу:
Как хорошо, что зонтик мой – дырявый!

Кстати, большинство моих песен – для взрослых. Музыку на мои стихи написал целый ряд известных композиторов. А в моей взрослой юмористике случаются и короткие рассказы в стиле фэнтези, близком сказке. А ещё есть истории, написанные как бы между детской и взрослой литературой. Например, вот эта сказка, описывающая, кстати, в преображённом - как и положено по законам жанра - виде один знакомый всем казанцам дом (в котором когда-то было актёрское общежитие).

 

ДОМ УЛЫБОК

Он только кажется обыкновенным, этот старый дом на углу.

Коридоры и лестницы, и лестничные площадки, и стены с облупившейся краской, и дверные звонки и ручки, и сами двери с подозрительно взирающими на гостей глазками – всё это только для случайного взгляда.

На самом деле там нет ничего, кроме затемнённого зрительного зала с потертым красным плюшем на креслах и пёстрым занавесом перед маленькой сценой.

И никого кроме Улыбок, что давным-давно живут за этим занавесом, за малиновыми кулисами, в крошечных комнатках, которые называются «артистические».

Они ждут дождя. Как только на дворе начинается дождь, в доме начинается концерт, о чём и объявляет Улыбка-До-Ушей. И Улыбки одна за другой выплывают на сцену, где немедленно расцветают яблони и груши и сквозь туман над рекой всё же видно, как на высокий берег выходит девушка Катя. Река под луной серебрится, и не вполне ясно, движется  вода или нет; тихо так, что не слышны даже шорохи, но это не потому, что звуковая плата не тянет. И уже заметен рассвет, и всё вокруг становится голубым и зелёным, и небесного цвета шар крутится-вертится над головой и хочет упасть, как письмо, но не по электронному, а по городскому адресу. И вот она улица, и вот он дом, где резной палисад с прибитым у калитки почтовым ящиком, и бедолага чёрный кот, которого все так не любят, и пожилой клён, что стучит веткой в стекло и приглашает погулять. Погулять под уже оранжевым  небом, от которого  сами того не желая рыжеют и море неподалёку, и невесть откуда взявшийся верблюд, и мамы с ребятишками, и каштан, что цветёт на бульваре, и полные кефали шаланды у причала. А по соседству, в городском саду, вовсю играет духовой оркестр, и на скамейках полный аншлаг, и лает на проходящую цирковую труппу  Моська, и ворона на еловой ветке что-то держит в клюве, и вряд ли это «сникерс». Затем небеса темнеют и в сумерках зажигаются окна, под которыми хорошо мечтать и которые можно читать как книги –  особенно если ваши глаза ещё не разучились видеть сквозь слова, как через стекло. И через невидимую форточку  на  ладонь к клоуну в чёрном трико слетает невидимый голубь, и рвутся, оставаясь целыми, газетные листы, и вполне может быть что из волшебного цилиндра на столике вслед за канарейкой выпорхнет чемпион по борьбе сумо...

А когда наконец дождь кончается, то заканчивается и концерт, и Улыбки покидают маленькую сцену.

Ужасно жаль, что зрители здесь редкость. Для случайного прохожего старый дом неотличим от прочих и необитаем, как одинокий остров в океане. И прохожий плывёт мимо, держа курс на одному ему видный маяк, и не бросает якорей, и не глядит в бинокль, и не отмечает дом-остров точкой в своей лоции, и даже не оборачивается.

Хотя если бы оглянулся, то увидел бы в окнах столько дружеских Улыбок сразу, сколько ему, может быть, уже никогда не встретить...

Что касается второй части Вашего  вопроса, то для многих людей источник этой любви – грусть по детству, в которое волшебная история может их на время вернуть. А кто-то склонный к анализу приходит и к мысли, сформулированной в своё время Честертоном: самая глубокая правда о нашем мире содержится именно в сказках.

Есть у Вас что-то недописанное, неоконченное, задуманное, но не начатое? Поделитесь планами. Может быть, есть новая сказка, которая ещё не увидела свет?

Разумеется, есть. Например, долго не могу взяться за вторую часть повести для ребят в стиле фэнтези, хотя  первая уже написана и частично опубликована журналом «Казань». Есть короткие и пока ещё не опубликованные сказки. И есть только-только (либо наоборот, давным-давно) задуманные.

1. ВОЛК

Не слышал чуднее историй,
Хоть знаю в историях толк.
В посёлке у самого моря
Живёт удивительный волк.

Он зайца не видел ни разу.
Зато очень часто - акул.
Он плавает кролем и брассом,
А то бы сто раз утонул.

Он дружит с малышкой мартышкой,
Фуражка на нем набекрень,
А хвост у него - из мальчишек,
Что бегают следом весь день.

Он курит старинную трубку
И носит седые усы.
Приезжих катает на шлюпке
До дальней песчаной косы.

Не страшно на улице волка
Вдруг встретить порою ночной:
Ведь знают все дети в посёлке,
Что он совершенно ручной.

Ах, как он рассказывать может
Мальчишкам под шелест волны ;
О плаваньях дальних, похожих
На летние яркие сны!

Расскажет, и смолкнет надолго,
И в дымку посмотрит с тоской...
Добавить осталось о волке,
Что он не лесной, а морской.

 

2. В ОКЕАНЕ

В океане -
Тьма напастей,
И одна другой
Зубастей.

Каждый, кто
Имеет пасть,
Норовит на вас
Напасть.

Если вы и сами -
С пастью,
Можно справиться
С напастью.

Если маленькая
Пасть -
Можно запросто
Пропасть.

Если вы
Совсем без пасти -
Лучше нА берег
Вылазьте!

 

3. КАМБАЛА

Цветовая
Маскировка -
Очень хитрая
Уловка.

Камбала
На дно легла -
И исчезла
Камбала.

Потому что бок
Она
Красит в цвет
Морского дна:

То, как ил,
Буреет бок,
То желтеет,
Как песок.

Угадала
Нужный цвет -
У акул
Вопросов нет.

А ошиблась
Ненароком -
Ей ошибка
Выйдет боком!

 

4. ПРИЛИПАЛА

Кто с акулой дружен
И в обед
И в ужин -
Тот не прогадает!
Тот
Не голодает!

Что акула цапнет -
Прилипала
Хапнет;
Сколько ни ухватит -
Прилипале
Хватит!

Лишь бы не зевала!
Лишь бы
Не дремала!
Лишь бы не отстала
Рыба
Прилипала!

Без такого друга
Ей пришлось бы
Туго.
Для неё
Отлипнуть
Значит крепко влипнуть!

 

5. ПЕСЕНКА ПРО ОСЬМИНОГА

Тот, кто придумал осьминогу
Такое имя - Осьминог,
Судил о щупальцах нестрого
И лучше выдумать бы мог.

Ведь ноги это или руки -
Нам неизвестно до сих пор,
И, говорят, в морской науке
Еще кипит серьёзный спор.

Ведь можно этими ногами
На завтрак устрицу открыть,
И можно этими руками
На дне развить любую прыть!

Лишь осьминог ни с кем не спорит:
Такая жизнь, что недосуг.
Он просто так плывёт по морю -
И Осьминог, и Осьмирук!

 

6. БЫЧОК

Этот маленький
Бычок
Не ложится
На бочок.

Не мычит он,
А молчит
Да набычившись
Глядит.

Он пасётся
В глубине,
В глубине,
На самом дне.

Даже спит он
Не в хлеву.
Даже спит он
На плаву.

Будь и вы
Морская рыба,
Вы бы тоже
Так смогли бы!

 

7. ПЕСЕНКА О ЗОНТИКЕ

Дырявый зонтик мне оставил дед,
И с ним - недугов дикую ораву.
Мне от простуд с тех пор покоя нет;
Как жаль, что зонтик мой - дырявый!

Он завещал мне дырок не латать:
Он был чудак и человек лукавый.
Меня как губку можно выжимать;
Как жаль, что зонтик мой - дырявый!

Вон, у соседа, - просто благодать,
Такая сушь... А у меня - хоть плавай!
Но мне совсем не хочется менять
Мой зонтик, старый и дырявый.

Я весь - вода, волшебная вода,
И в ней живёт серебряная рыба.
Она со дна всплывает иногда
Играть, плоская, у обрыва.

В урочный час ко мне на водопой
Из зарослей густых приходят звери,
И птичий клин из дымки голубой
Порой спускается на берег,

И круглый год летает майский жук,
Орех цветёт и зеленеют травы...
Я в небеса сквозь дырочку гляжу:
Как хорошо, что зонтик мой - дырявый!

 

8. КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Не слышно
Криков чаек.
Волна
Медуз качает:
«Ой люли, люли, люли.
Уснули?..
Не уснули?..»

Качается
Кроватка,
В ней дремлется
Так сладко.

«Ой люли, люли, люли...
Уснули?..
Не уснули?..»

Вот сон плывет
Бездонный,
И синий,
И зелёный.

«Ой люли, люли, люли...
Уснули?..
Не уснули?..
Ой люли, люли, люли... »
Рыбёшки
Прошмыгнули.
«Ой люли, люли, люли...
Уснули?..
Не уснули?..»

 

9. ШКОЛЬНАЯ СЕРЕНАДА

Иванова, с полуслова
Ты зажгла в груди костёр!
Выйди, выйди, Иванова,
Поскорей ко мне во двор1

Из окошка, где цветочки,
Мне рукою помаши;
Этот носик, эти щёчки
До чего же хороши!

Эти глазки, эти ушки,
Этот модный, кружевной
Алый бантик на макушке,
Этот ранец за спиной,

Этот в ранце ластик новый,
Эта в клеточку тетрадь...
Выйди, выйди, Иванова,
Дай по алгебре списать!

 

10. ШКОЛЬНАЯ ЭПИТАФИЯ

Здесь похоронен дневник Иванова.
С ним Иванов обошёлся сурово.
Но если бы не был суров Иванов,
То был бы отец с Ивановым суров.

 

11. ШКОЛЬНЫЕ ХАЙКУ

Нет, Мариванна,
Это не я написал -
Там без ошибок!

Стою у доски,
А Дашка всё глазки мне строит.
Ну время нашла...

Ужа притащил -
Прогнали с урока обоих.
Меня-то за что?

В горы, в поход?
А зачем мне туда, Мариванна?
Что я - Суворов?

Ламбаду танцую
Под ливнем на школьном дворе:
Диктант отменили.

Капля упала,
Другая упала за ней...
Клякса, однако.

Нехайку
(стихи, написанные у дядьки в Киеве)

Кильке последней-
И той умываться не надо...
Чому я не рыба?

 

12. БЕРЕГИТЕ БАРМАЛЕЯ

Берегите
Бармалея -
Друга взрослых
И детей!
Берегите
Бармалея,
Потому что он -
Злодей!

Потому что он -
Мучитель
Докторов
И обезьян!
Потому что он -
Грабитель!
Потому что
Хулиган!

Потому что он
Коварней,
Чем голодный
Крокодил!
Потому что он
Кошмарней
Стада взбешенных
Горилл!

Потому что он -
Жадюга!
За недорого
Соврет!
Потому что
Ради друга
Пальцем он
Не шевельнёт!

Потому что он
Не мылся
Сорок зим
И сорок лет!
И не стригся,
И не брился,
И не чистил
Пистолет!

Потому что он -
Ужасный
Образец

Дурных манер...
Потому что он -
ПРЕКРАСНЫЙ
ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ
ПРИМЕР!
 

13. ЛЕНИВЕЦ

Он всю жизнь
Висит на ветке.
Кто сказал, что это лень,
Пусть попробует
На ветке
Провисеть хотя бы день!
 

14. БАЛЛАДА О ПОХИЩЕННОЙ ПРИНЦЕССЕ

У короля украли
Единственную дочку -
Украли, ах, украли,
К чему теперь слова! -
Единственную дочку
Украли тёмной ночью,
Ужасно тёмной ночью,
Часа примерно в два.

Ещё вчера был дома
Единственный ребёнок,
Сидел так тихо дома,
Что было не слыхать -
Ну разве что спросонок
Брыкался как телёнок,
Визжал как поросёнок
И не хотел вставать,

Ну разве что лупил он
Подушкою служанку,
Что плохо наводила
Ребёнку красоту,
Ну разве спозаранку
Прилаживал жестянку,
Гремящую жестянку
Дворцовому коту,

Ну разве что по окнам
Ребенок из рогатки
Стрелял себе тихонько
С улыбкой на лице,
Да вымазав украдкой
Паркет сиропом сладким,
На обе клал лопатки
Любого во дворце!

Приехала из леса
Почтовая карета,
Приехала из леса
И встала у крыльца,
И вышли из кареты
С мечом и арбалетом,
С мечом и арбалетом
Два дюжих молодца.

Принцессу изловили
Рыбацкой крепкой сетью,
В карету погрузили,
Хотя с трудом смогли, -
И в лес злодеи эти,
И в лес злодеи эти,
В свой лес злодеи эти
Бедняжку увезли!

А кто украл принцессу -
Нетрудно догадаться:
На всю страну известный
Разбойник и пират!
Но даже домочадцы
Не стали огорчаться,
А честно вам признаться -
Весь двор был страшно рад.

Был рад, что всё на свете
Своё имеет место:
Несушки - на насесте,
Веснушки - на носу,
В печи- крутое тесто,
У алтаря - невеста,
Разбойница принцесса -
В разбойничьем лесу!

 

15 . ПАНТОМИМА

Это клоун.
Только грустный
Немножко.
Он показывает
Жизнь
Понарошку.

Вот он дома.
Открывает
Окошко.
А окошко у него -
Понарошку.

Вот играет
На губной
Он гармошке.
И гармошка у него
Понарошку.

Вот горюет он
Один.

Гладит кошку.
Даже кошка у него
Понарошку...

Если всё у него
Понарошку -
Отчего мне
Вправду
Грустно немножко?

 

16 . ВСТРЕЧА

Это было
На рассвете.
Повстречались
Петя с Петей.
Петя шёл
Ершей удить,
Петя шёл
Коров будить.
Повстречались
У крылечка,
Перекинулись
Словечком:
- Эй, привет!
- Привет, сосед!
- Не проспали?
- Вроде нет.
- Ну, счастливо!
- Ну, счастливо! -
И пошли
Неторопливо
Петя
С удочкой в руке,
Петин тёзка -
Налегке.
Петя в кепке
С козырьком,
Петя с алым
Гребешком.

 

17. ПРО НОСЫ

Мы с Барбосом
Засопели.
Мы, наверно,
Заболели.

Мы пришли
В больницу сами,
Оба с мокрыми
Носами.

Доктор
Очень умный был,
Глянул -
И определил:
Если мокрый нос
У Коли -
Несомненно,
Коля болен.
У Барбоса
Мокрый нос -
Стало быть,
Здоров Барбос!

 

18. У ОКНА

Я сегодня болен.
У окна сижу
И на чьи-то крыши
Целый день гляжу.

Бабушка на кухне
Варит мне обед.
А братишка - в школе.
А собаки - нет.

Кот залез на крышу
И не может слезть...
Неужели
Карлсон
Только в книжке есть?

 

19. ЦИКАДА

В тишине
Ночного сада
Громко цыкает
Цикада -

На жужжащего
Жука,
На сверчащего
Сверчка,

На шуршащего
Мурашку.
На молчащую
Букашку.

Так расцыкалась
Она-
Всей округе
Не до сна.

Просто нет
С цикадой сладу!
Кто бы цыкнул
На цикаду!

 

20. КОШКИНЫ ГЛАЗА

Глаза у кошки
В темноте горят
И освещают
Тёмные дорожки.
В ночном саду
Ходить без фонаря
Кому-то страшно,
Ну а ей - ни крошки.
 

21. ДИНОЗАВРЫ

Как на нашем огороде -
Небывалая напасть:
Динозавры всюду бродят -
Негде яблоку упасть!

Мы и так других не хуже
В отношении чудес,
Да ещё любая лужа
Вроде озера Лох-Несс!

Мухозавры там летают!
Жукозавры там живут!
Хрюкозавры отдыхают,
Лужевую воду пьют!

Уткозавры лапы моют
У крутого бережка!
Курозавры землю роют -
Добывают червяка!

Котозавры колобродят,
С крыш сигая с ветерком,
Мышезавры хороводят
Возле крынки с молоком!

А у самого базара,
Где с проплешиной бугор,
След ноги лягушкозавра
Обнаружил дед Егор!

Ох, не зря под месяц новый,
Не оставив и примет,
Там пропали две коровы
И один велосипед!

 

22. АРИСТОКРАТКА

Таких я мало видел хрюшек:
Она была не из простушек,
Она всегда среди подружек
Аристократкою слыла,
Поскольку тонкий вкус имела
Во всём, чего касалось дело.
Отменно тонкий вкус имела,
Хотя и
Толстенькой была.

Она спала совсем не в луже,
А замечая там подружек,
Им замечала: - Это ужас!
Ну до чего же вы просты!
Ведь можно в шёлковом халате
Прекрасно спать в своей кровати!
На простыне, в своей кровати,
Но напустив
Туда воды.

А подавали этой даме
Отнюдь не кашу с желудями
И не похлёбку с отрубями
И совершенно без затей,
А марципаны и цукаты.
Да, марципаны и цукаты!
Лишь марципаны и цукаты
Из отрубей
И желудей.

И уж конечно, этой хрюшке
По вкусу были не частушки
Про что-нибудь из жизни чушки
В глухом каком-нибудь селе,
А исключительно романсы,
Причем старинные романсы.
Ужасно грустные романсы -
Про ХРЮзантемы
В ХРЮстале.

 

ТО ДАР ПРИСОЕДИНЯЕТСЯ К ПОЗДРАВЛЕНИЯМ ПРЕКРАСНОМУ ПИСАТЕЛЮ И

ЖЕЛАЕТ ЕМУ НОВЫХ ТВОРЧЕСКИХ УСПЕХОВ!!