Майский  номер журнала «Радуга» - целиком посвящён романтике железных дорог и правилам безопасности в пути!

Этот номер станет для детей увлекательным гидом, а для взрослых — полезным методическим помощником.

Куратор странички ТО ДАР Елена Габова

В журнале стихи Олега Фалько, Натальи Ивановой, Анастасии Сукгоевой, Любови Шубной, Алёны Ранневой, Светланы Макарьиной

проза Елены Габовой, Светланы Сороки

 

Олег Фалько

Счастливый вокзал

Я как­то в скорый поезд сел,

И загрустил Вокзал,

Он на меня

Глядел,

Глядел

И вдруг

«Прощай»

Сказал...

Но я шепнул:

«Ты не скучай!

Пройдут четыре дня,

И я вернусь!

Но обещай,

Что будешь

Ждать меня!»

Сказал Вокзал:

«Дождусь! Дождусь!»

А я сказал:

«Вернусь! Вернусь!»

 

Наталья Иванова

Боковушки

Мы маршрут нашли на карте,

Едем в поезде, в плацкарте.

Вот свисают с боковушки

Одеяло и подушки,

Две Никитины руки,

Полосатые носки.

На соседней боковушке

Едут рыжие веснушки

И хитринки, и смешинки,

Три конфеты, две машинки.

Мимо леса и полей

Мчится к бабушке Матвей.

А на нижней боковушке

Две весёлые старушки

Чай заварят утром ранним,

Звякнет ложечка в стакане

Под ритмичный стук колёс.

Вдаль умчится тепловоз.

 

Анастасия Сукгоева

Рельсы-рельсы

Рельсы­рельсы, шпалы­шпалы…

Поезд чухает устало.

День в вагоне и второй…

Скоро, скоро ли домой?

Здесь, конечно, интересно,

Хоть в купе немного тесно.

Мчится поезд, нас качает –

Тоже, видимо, скучает.

 

В поезде

Мы в поезде едем,

Мы в поезде едем,

Мы в поезде едем на юг.

Здесь много соседей,

Так много соседей!

И каждый, кто рядом, – наш друг.

Вот верхняя полка,

Вот нижняя полка,

А хочешь – сиди за столом.

Здесь шумно и громко,

Здесь весело, звонко.

И лес мельтешит за окном.

На станциях сонных

Смешные вороны.

Стоянка! Аж тридцать минут!

Бежим из вагона,

Идём по перрону –

Гудят поезда там и тут.

Для счастья нам надо

Чуть­чуть лимонада,

И каждому – сладкий пломбир.

Все едут куда­то,

И нам тоже надо

Объехать на поезде мир.

 

Светлана Макарьина

Старинный поезд

Старинному поезду вовсе не тяжко

Пыхтеть паровозным дымком.

Стоит у перрона, глядит на ромашки,

Чух­чухают поршни тайком.

Когда­то он, быстрый, как северный ветер,

Легко колесил по путям.

А нынче в него забираются дети,

И сам он, как будто дитя.

– Пора! Отъезжаем! Займите вагоны! –

Кричит пожилой машинист.

Вдоль детского парка по длинному склону

Колесики катятся вниз.

И пусть не проворнее велосипеда,

И тяга у пара слаба,

Гудит трёхвагонный:

– Я, главное, еду!

А всё остальное – труба.

Стоять монументом в заносчивой позе –

Нет, братцы, совсем не хочу.

Мне дети кричат:

«Покатай, паровозик!»

Чух­чухаю: «Всех прокачу!»

 

Окошки

По серебряной дорожке

В поле движутся окошки.

За окошками огни –

Чуть приглушены они.

Змейке окон не до скуки,

Туки­туки, туки­туки.

В темноте над ней вихры

Ледовитой мошкары.

А в окошках шторок пряди,

Спят за ними тёти, дяди,

Сны хватая на лету,

И не видят красоту,

Как на поле снег перинный

Отражает длинный­длинный –

Вместо месяца и звёзд –

Двадцативагонный хвост.

 

Любовь Шубная

В САМОИЗОЛЯНЦИИ

Мы железную дорогу

С братом строили полдня.

Поездов, вагонов много –

Вся разместится родня.

В кассе проданы билеты.

Пассажиров больше нет –

Всей семьёй на отдых едем

Первый раз за много лет.

По вагону – папе с мамой.

А ещё один вагон –

Стул с подушкой мягкой самой –

Для сестры сооружён.

Мы с Русланом – машинисты

И работаем вдвоём.

Всё семейство очень быстро

Хоть в столицу отвезём.

Папа свистнул: «Остановка!

Всё! Вокзал! Диванция!»

Мама объявила громко:

– Станция Кухнянция!

…Десять раз сестру катали

До конечной станции.

До чего же мы устали

В самоизолянции!

 

Алёна РАННЕВА

Цветной паровоз

Ехал по рельсам цветной паровоз,

В наш городок он вагончики вёз.

В первом вагоне – два розовых пони,

А во втором – серебристые кони.

В третьем – глазастые  чудо-ромашки,

Ну а в четвёртом – счастливые пташки.

В пятом – для маленьких рыжих девчушек

Двести коробок весёлых веснушек.

Летние сны притаились в шестом,

Эхо лесное катило в седьмом.

Радуга мчалась в восьмом и девятом,

В самом последнем вагоне,  десятом,

Летние травы, дрожа на весу,

Нежно хранили ночную росу.

Солнечный луч, машинист удалой,

Ловко вагоны тянул за собой.

Всех ослепляя потоками света,

В город привёз он цветастое лето.

Светлана Горева

Живая искра

Приручение красного зверя

Оглянитесь вокруг. Выключатель, розетка, плита на кухне. Удобно? Ещё бы! Нажал кнопку – светло, повернул ручку – горячо. А давайте­ка перенесёмся
в глубокую древность, в каменный век.

Вряд ли вам там понравилось бы. Представьте себе пещеру: холодно, капает с потолка, везде грязь и пахнет... ну, скажем так, не очень. Ни мультиков, ни горячего чая. Да что там чай – даже костёр и тот не горит! А не горит потому, что древние люди боялись огня, как дикого зверя. Если молния поджигала дерево, это был сигнал тревоги: все врассыпную, спасайся кто может! Рыжий Зверь выл, пожирал сучья и не подпускал к себе никого.

Однажды страх уступил место лю­бопытству. Люди заметили: после того как пожар потухает, на земле остаются его следы – горячие угольки. И вот однажды какой­то человек, трясясь от страха, но пересилив себя, подобрал с земли тлеющую веточку. Он принёс эту драгоценность в свою холодную пещеру и приручил Рыжего Зверя.

Так огонь стал жить вместе с человеком. Но это было очень хлопотное дело. Тогда люди ещё не умели добывать огонь сами. Поэтому ужасно боялись, что их новый друг обидится и уйдёт навсегда. В пещере круглые сутки кто­то дежурил. Если огонь начинал слабеть, человек быстро кидал в него сухие веточки, и Рыжий Зверь снова просыпался, весело потрескивая.

Огонь грел, сушил шкуры, отпугивал диких животных. С тех пор люди больше не дрожали в темноте. А Рыжий Зверь стал для них лучшим другом.

Мастер на все руки

Но этот друг постоянно норовил сбежать. Подул ветер, накапала вода или ветки закончились – и всё, привет, темнота и холод. Тогда люди построили
для огня свой дом – очаг. Там огонь стал жить постоянно.

Как известно, многие открытия происходят случайно. Так произошло и с из­
делиями из глины. Однажды замесили люди глину с песком, а она возьми да и упади в огонь. Глина не сгорела, а стала твёрдой и прочной. Так люди придумали посуду из глины. В ней можно было готовить и хранить пищу. Разобьётся – не страшно, лепили новую. А если сделать из глины и песка не посу­ду, а ровный прямоугольник, то получится кирпич. Из него можно сложить печку или даже построить целый дом.

Когда­то люди делали орудия и оружие из камней. Не очень­то удобное изобретение. Камни то ломались, то терялись. Но были среди этих камней и такие, которые в огне плавились, становились мягкими, как пластилин. Только потом люди узнали, что это не простые камни, а разные металлы: медь, железо. В мягком виде их можно гнуть, плющить молотом, придавать любую форму. Так появились кузнецы – люди, которые ковали мечи и доспехи, гвозди и подковы для лошадей,
каминные решётки и разные украшения.

Но огонь не только металлург, он ещё и повар. Ведь вкусный, ароматный хлеб, булочки, пряники – это тоже подарки огня.

Историки считают, что хлеб тоже изобрели случайно. Варила как­то древняя хозяйка похлёбку из зёрен. И капнула эта похлёбка прямо на угли. Зашипело, задымилось. Думали, всё пропало. А через минуту смотрят – лежит лепёшечка, румяная, поджаристая и пахнет так, что слюнки текут. Попробовали – пальчики оближешь!

В Средние века пекари были главными «жаворонками». Пока все спали, пекари разжигали огонь в печи. Им нужно было успеть напечь горы хлеба к рассвету.

Так огонь помогал и помогает людям
в разных сферах до сих пор.

Верный друг
или грозная стихия?

В древности люди почитали огонь, как божество, называли его священным. На территории Коми до появления христианства народ исповедовал язычество и поклонялся природным стихиям, в том числе и огню. Он воспринимался как одушевлённое существо. Его уважали: нельзя было плевать в огонь, говорить про него плохое, его нельзя было затаптывать ногами, а полагалось заливать водой. Перед приёмом пищи охотники совершали обряд кормления огня, бросая в него крошки
хлеба. В надежде на благополучие огонь или угли из очага старого дома переносили в очаг нового.

В мифах народа коми люди получили огонь от одного из главных богов – Ена. Он создал огонь в виде красивого румяного человека, который стал разгуливать по земле и поджигать леса. Тогда Ен превратил огонь в кремень и серу, и люди стали использовать огниво и спички для его получения.

Эта древняя легенда напоминает нам важную истину: огонь – это огромная сила, которая может быть как великим благом, так и страшной бедой. В добрых руках он согревает дом и печёт хлеб, но, оставшись без присмотра, вновь превращается в того самого «румяного человека», который готов поджечь всё вокруг. Быть другом огня – значит быть ответственным и мудрым. Помните, что Рыжий Зверь слушается только тех, кто соблюдает правила и относится к нему с уважением.

Задания

1. 1. Вместе с родителями проведите простой опыт: поставьте свечу на блюдце и зажгите её. Накройте свечу стеклянной банкой. Посмотрите, как пламя постепенно гаснет.

Проводить опыт только вместе со взрослыми!

Вопрос: Почему огонёк погас?

2. 2. Перед вами две колонки. В одну выпишите, когда огонь нам помогает (варит суп, светит в храме, плавит металл), а во вторую – когда он становится
   опасным (лесной пожар, забытый утюг).

Подумайте: Какое самое главное правило нужно соблюдать,

чтобы огонь всегда оставался другом?

 

Елена Габова

ПРОГУЛКА

– Вадик, ты гуляй в сторону запада или в сторону севера. На юг и восток не ходи, там дорогу переходить надо, – сказал папа, закрывая за мной дверь.

– Ладно! – ответил я.

 Только на лестнице до меня дошло, что папа как­то странно выразился. Как это – в сторону запада или севера? Раньше папа никогда так не говорил.
Я даже не знаю, где эти запад и север!

– Вадька, будешь с нами в хоккей? – во дворе ко мне подбежал Серёга.

– Нет, – ответил я, соображая, куда же мне направиться. – Я на запад пошёл.

– Куда ты пошёл? – удивился Серёга.

– На запад.  Идём?

– Мне на запад не разрешают, – с завистью сказал Серёга. – А в какую
это сторону?

Если б я знал.

Вышел со двора на улицу и огляделся.

По улице шла тётенька с коляской.

– Скажите, пожалуйста, где здесь запад? – обратился я к ней.

Тётенька обвела взглядом многоэтажные дома и пожала плечами. Ну вот. Взрослая, а не знает.

И тут я вспомнил, куда заходит солнце. Ведь оно заходит на западе? Во­он туда, в проём между большими домами. Значит, запад в той стороне, где наша школа.

Я смело пошёл туда, гордый оттого, что иду не просто в сторону школы, а на запад, как настоящий путешественник. Теперь я знал, что в противоположной стороне – восток, а где север и юг мне помог разобраться дяденька с лыжами в руках. Наверное, он возвращался с лыжной прогулки в лесу.

– Если встанешь лицом к востоку,
то по правую сторону будет юг, а по левую – север.

Я шёл­шёл по одной улице в сторону запада, мимо школы прошёл, и добрался до привокзальной площади. Здесь был вокзал со шпилем, за ним – перрон, откуда в сторону севера собирался уехать поезд.

И я подумал, что раз папа разрешил мне пойти гулять и в сторону севера тоже, может, мне проехаться немного в ту сторону? Тётя, проверяющая би­леты у входа в вагон, на минуту отвернулась, и я  быстро прошмыгнул внутрь. В вагоне уже сидели люди. Я сел на сиденье сбоку и стал ждать, когда же мы поедем на север.

Тут по радио объявили, что через пять минут отправляется поезд и что всем провожающим надо выйти.

Ура! Значит, скоро поедем.

Поезд тронулся. Все замахали в окна, и я тоже замахал. А за окном проплывали дома, дома, снова дома, а потом начались поля, поля, поля, а потом лес, и мы прямо на поезде въехали в этот лес и я подумал, что сейчас я увижу
какого­нибудь настоящего зверя.

Тут проводница стала у всех спрашивать билеты. Она отбирала их и впихивала в кармашки своей длинной сумочки­кассы. В школе мы тоже кла­дём в кармашки кассы буквы и слоги.

– Это чей ребёнок? – спросила про меня проводница. –  На него тоже ну­
жен билет!

Все молчали, потому что никто не знал, чей я ребёнок. Я честно ответил, что еду один. Я даже объяснил ей про север. Но тётенька ничего не поняла. Она ужасно заволновалась и повела меня по вагону, спрашивая у пассажиров, не их ли я мальчик. Но все от меня отказывались. Я остановился и сказал:

– Тётя, не надо меня, как маленького, водить. Я, правда, один.

Я попытался объяснить проводнице про запад и север, юг и восток. И про то, что так мне велел гулять папа.

– Мудрёный у тебя папа, – покачала головой проводница. –  Давай­ка садись сюда и – ни с места. Понял?

Как только она ушла, меня окружили ребята.

– А зачем ты на север едешь? –  спросила девочка в спортивном костюме. –  Сейчас там очень холодно.

– Я еду на север потому что путешествую,– ответил я.–  Хочу посмотреть, что там есть.

– Наш поезд, между прочим, едет не на север, а в Москву,– важно сказал мальчишка с надкусанной грушей в руке.

– Без остановок? – я  испугался. В Москву я тоже хотел. Но точно знал, что папа и мама расстроятся, что я поехал в Москву без них.

Я встал и направился к выходу. Как только остановится поезд, я сойду и отправлюсь назад, на юг. Дойду до привокзальной площади и сверну на восток – домой.

И тут поезд, в самом деле, остановился. Я вылетел в тамбур и стал дёргать дверь. Но она была закрыта. Тут я не выдержал и заплакал.

В это время и нашла меня проводница с настоящим милиционером. Где она его в поезде раздобыла? Наверное, он тоже в Москву ехал. Про­водница ключом открыла дверь, и на перроне я увидел другого милиционера. Откуда их тут столько?

– Это и есть ваш заяц? – спросил тот милиционер, помогая мне спуститься.

Откуда он про меня знал? И почему я – заяц?

– Этот! – ответила проводница и чуть­чуть мне улыбнулась. – Смотри, не убегай больше из дому. И папе своему привет передай. Пусть не от­пускает одного ребёнка!

– Я и не убегал. А привет передам!

Поезд тронулся, и мы пошли на вокзал. Здесь он был крохотный, как автобусная остановка с комнаткой­кассой.

– Дядя, а почему я заяц? – спросил я у милиционера. Он был совсем не страшный, всё лицо в веснушках, как у Димки Королёва из на­шего класса.

– Потому что ехал без билета, – ответил он.

– А зайцы ездят без билетов?

– Без, – милиционер засмеялся.

– А куда они ездят?

– В разные места ездят.

Я представил, что в вагоне сидят много­много зайцев. Одни машут в ок­но, другие роются в чемоданах, а ма­лыши с хрустом поедают морковины, длинные, как заячьи уши.

– Дома есть телефон? – спросил милиционер.

Я назвал номер, и милиционер очень быстро связался с нашей квартирой.

– Вы не потеряли ребёнка? – спросил он папу или ма­му – она уже должна была вернуться с работы. Я не слышал, что они отвечали, а милиционер тут же сказал:

– Вы ошибаетесь. Ваш сын не гуляет во дворе. Он  находится на железнодорожной станции «Эжва». Его только что сняли с поезда.

Когда за мной приехали на машине расстроенные родители, папа сказал:

– Что же ты меня, Вадька, подводишь? Я разве велел тебе на поезд садиться? Я просто хотел, чтобы ты самостоятельно узнал, где находятся стороны света.

– А я узнал, – ответил я. – Вот приедем домой, я покажу вам, где запад и восток, север и юг. И ты меня, мам, не ругай, ладно?

– Ругать надо не тебя, а папу, – ответила мама.

Папа грустно взглянул на неё и вздохнул. Видно, ему от мамы попало.