Однажды, как-то раз, зимней порой, когда детёныши были уже выведены, а жиры аж до пяти сантиметров накоплены, а делать было особо нечего, собрались пингвины. Императорские. Какие-то внутренние волнения начались в колонии, и непонятно, откуда были эти причины? Один говорил, что надоело ему быть черно-белым, хочет быть розовым, как фламинго, другой вообще цветным хотел бы стать, а третий возмущался: «Не понять, кто мы? Стая или стадо? Летать не умеем, а ходим на двух лапах-ногах!»  И так далее.
Вот и собрались они, чтобы урегулировать споры, пока их детёныши в яслях поодаль были и ничего не слышали. Ох, сколько было разговоров, целый птичий базар! И каждый тянул одеяло на себя. Даже самому императору-вожаку трудно было найти аргументы, чтобы успокоить колонию.
- Хорошо, - сказал он всем. – Согласен. Я должен учитывать все ваши неудовольствия. Давайте начнём с малого – с окраски.
-Давайте! Давно пора! Сколько можно ходить черно - белым? Если наш далёкий пращур, которого уже давно никто не помнит, выдумал этот фрак, то почему мы должны до сих пор носить его?
- Вот именно, - подхватил другой пингвин, - почему павлин такой разноцветный и радужный, а какой хвост у него, я тоже таким хочу быть!
- А я сине - зеленым, переливчатым, как попугай! – Крикнул третий.
- А я леопардовым, ведь не зря нас стадом зовут. Не рыбы мы, не птицы, не животные…
- Хорошо, - ответил спокойно вожак. – Но, вы же помните, для чего нам служит черно-белый цвет? Это же наша защитная окраска! Такую окраску имеют многие рыбы и другие водные животные. Благодаря белой краске передней части туловища, мы сливаемся со светлым цветом воды и поэтому не видны, если смотреть на нас снизу. А если посмотреть сверху, когда мы в воде, то нельзя различить на фоне темных морских глубин. – Зачитал он наизусть фразу из пингвинологии.
- Да это нам говорили с яслей! – Опять начали возмущаться пингвины.
- Значит, плохо вам говорили, раз вы не помните такую истину! – Вожак утомлённо потёр своим крылом-ластой висок. – Надо браться за образование. А вот мы прямо сейчас и возьмёмся!
И он тут же послал своего помощника – правую руку в ясли, где расположились пять десятков пингвинят со старшими учителями. Они с гоготом и смехом тут же «прилетели».
- Скажите, дети, - задал им сразу вопрос хозяин стаи. – Нравятся вам ваши костюмчики?
- О, да, да! Они такие торжественные, театральные, официозные, ну просто императорские! – Закричали они наперебой.
- Это понятно. Но вот скажите их самую главную функцию? – Продолжал экзаменовать их вожак. – Поднимите свои крылышки, кто знает.
Все пингвинчики засмеялись, подняли, как один, свои крылья-ластики и хором ответили:
- Это наш защитный окрас!
- Видите, - произнёс тут в сторону взрослых вожак, - дети это даже знают.
- Да мы тоже это знаем! Но сколько можно одну и ту же истину толочь! – Снова завозникала пингвинья колония. – Надоело!
Тогда учительница-пингвиниха попросила детей рассказать, что они еще знают. И детишки - пингвинишки начали наперебой говорить:
- Наш пращур был великим композитором! Поэтому и выдумал такой смокинг.
- А ещё был великим дирижёром, поэтому и приучил нас ходить и стоять вертикально!
- А ещё так приятно греться зимой на солнышке спинкой, ведь чёрный цвет притягивает лучики!
- А весной и летом, когда снег уже грязный, можно поваляться на спинке. И мамы не будут ругаться, что выпачкались. Брюшко-то будет белым!
Чего только пингвинята не говорили, а один молчаливый мальчик-пингвинёнок вдруг произнёс:
- А когда люди снова начнут отстреливать нас с вертолётов, то мы ляжем на спинки и сравняемся с белым снегом зимой, а летом, наоборот, черным - сравняемся с землёй.
Тут все замолчали: и взрослые, и дети. С минуту стояли, как вкопанные. Мудрость маленького пингвинёнка сразила их наповал.
Пингвинят отпустили снова на занятия в ясли, а взрослые стыдливо и молча, начали нырять в холодные воды, чтобы наловить: сардинки, серебрянки антарктической, а может быть и деликатес-анчоус попадётся: «Ведь детишки придут с занятий, кушать захотят!»