Лёлька и волшебная лампа

В большом-большом море жила креветка по имени Лёлька. У неё была бабушка Тюша и двое замечательных друзей – малёк Тёнька и морской черепашонок Нёнька. Целыми днями друзья резвились в ласковом течении, прогретом солнечными лучами, или катались на волнах в прибрежном прибое.

Хотя Лёлька была очень маленькой креветкой, её интересовали чрезвычайно серьёзные вопросы. Например, почему некоторые морские жители такие большие, а другие совсем маленькие? И почему большие командуют, а маленькие должны приказы выполнять, да ещё прятаться, чтоб их не съели.

– Карась никогда не станет китом, а креветка – акулой! – любила повторять бабушка Тюша.

А на Лёлькин вопрос «почему?» всегда отвечала одно и то же:

– Так устроен мир! Нужно своё счастье ценить, а не чужому завидовать!

И вот однажды, поджидая друзей на берегу, Лёлька вновь загрустила: «Ну, какая ж неинтересная наша, креветочья, жизнь! Конечно, у меня есть замечательная бабушка! Она печёт вкусные пирожки с морской капустой! И ещё двое весёлых друзей – Тёнька и Нёнька. Но всё же… если по справедливости разобраться… По телевизору акул и осьминогов часто показывают. А нас, креветок, почти никогда… А ведь я тоже хочу быть большой и знаменитой, чтобы и про меня фильмы снимали!».

Лёлька поковырялась в песке и огляделась: друзей ещё не было. И она вновь погрузилась в свои размышления:

«Вот хотя бы нашего осьминога взять! Целый день, как султан турецкий, лежит на коралловом диване, и все вокруг него вертятся. А он только приказывает: подайте ему то, подайте это. Даже с телевидения приплывали, снимали его и сбоку, и спереди. Если б я была такой огромной, я тоже могла стать знаменитой и всеми командовать! Вот было б здорово! О! Это моя заветная мечта!»

Лёлька вздохнула:

– И что они так долго возятся?! Наверное, опять свою кашу никак не доедят! – В нетерпении она нырнула, чтобы поторопить друзей.

Лёлька опустилась к самому дну и только хотела заглянуть в заросли водорослей, где жили малёк с черепашонком, как в иле вдруг что-то блеснуло. Лёлька не удивилась: подводное течение часто приносило сюда разные предметы, смытые волной с берега или с затонувших кораблей.

«Наверное, монетка!», – предположила она, пытаясь вытащить находку из ила.

Малышка была доброй креветкой, поэтому сразу решила: «В воскресный день куплю на рынке бабушке зимнюю шаль. А то бабуля уже старенькая, ей легко простудиться».

Однако скоро Лёлька поняла, что это не маленькая монетка, а что-то довольно большое. Но что именно, сразу понять не могла и стала копать с помощью черепка, валявшегося неподалёку. А выкопав и очистив от ила, увидела, что это… старинная лампа. На ней чёткими буквами было написано: «Волшебная лампа. Потри меня, и твоё желание исполнится!».

– Вот здорово! Теперь у бабушки, точно, шаль будет!

Она уже приготовилась тереть лампу, но вдруг опять задумалась: «Ну что – шаль? Шаль всё равно когда-нибудь порвётся, и опять бабушка без шали будет… Бестолковое желание! Что же такое стоящее пожелать? Но... ведь у меня есть заветная мечта!»

Лёлька тут же усиками потёрла лампу и загадала:

– Хочу стать большой-пребольшой, даже больше осьминога и акулы! Хочу лежать на коралловом диване и всеми командовать! И ещё хочу стать знаменитой, чтобы меня по телевизору показывали и все звали звездой и госпожой, а не просто Лёлькой!

Из лампы потянулся дымок, возник джинн в чалме и поклонился. Но выполнять приказание джинн не торопился. Он поскрёб за огромным ухом и сказал:

– Э-э-э… зачем тебе это нужно, Лёлька! Ведь ты – счастливая! У тебя такая добрая бабушка, друзья преданные. Лучше них никого не найдёшь! Они любят тебя! Вот я несчастный: двести лет назад мой хозяин, плывя на корабле, случайно уронил лампу в воду, с тех пор я совсем одинокий грущу на дне!

– Исполняй, что приказывают, не то лампу разобью, тебе же хуже будет!

Джинн вздохнул, что-то пошептал, потеребил бороду и молвил:

– Ваше желание исполнено, госпожа!

И Лёлька тут же почувствовала, как стремительно куда-то возносится. Но на самом деле это возносились её глаза на разбухающем теле. В следующий миг смотрит: лежит она на коралловом диване, а все вокруг плавают, почтительно кланяются. Осьминог у её хвоста смиренную позу принял, указаний ждёт. Лёлька сразу поняла, что стала она огромной-преогромной, как и мечтала.

– Подайте мне кренделей заморских да побольше! – командует Лёлька.

– Сию минуту, госпожа! – кланяется осьминог и тащит гигантское блюдо с кренделями из японских водорослей.

Лёлька съела все до одного и даже спасибо не сказала.

– А теперь можете жемчуга подносить! Да самые красивые!

Тут со всех сторон стали к ней подплывать рыбы большие и малые с подношениями – жемчужными бусами небывалой красоты: белыми, голубыми и розовыми. Обвесилась она вся с головы до хвоста ими и даже на усы жемчужины нанизала:

– Вот теперь я звезда первой величины!

Тут же приплыли телевизионщики и стали её с разных сторон снимать и восхищаться, какая она не бывало красивая и огромная для креветки!

«Вот это жизнь! – сладко зевая, думает новоиспечённая звезда. – Кренделя заморские – это не то, что какие-то пирожки с капустой. А бус жемчужных и с роду у меня не было! Наконец-то моё счастье пришло! Все кланяются, фильмы про меня снимают, госпожой величают!». С такими приятными мыслями Лёлька и заснула.

…Узнали про всё это бабушка, малёк Тёнька и черепашонок Нёнька и решили Лёльку проведать.

Приплывают к коралловому дивану, а она там спит, во всю ивановскую храпит.

– Лёлька, давай в тёплом течении поныряем! – будят её друзья.

– Съешь мои пирожки, они вку-у-усненькие! – предлагает бабушка.

Лёлька лишь недовольно приоткрыла один глаз и лениво хвостом мотнула:

– Что это за мелкота спать мешает?!

Закрыла она вновь глаз, повернулась на другой бок и ещё громче захрапела.

Расстроились бабушка, Тёнька и Нёнька, заплакали, да делать нечего, не решились второй раз такую важную госпожу будить, уплыли восвояси...

...Так прошёл целый месяц. И вот однажды поднялся на море сильный шторм. Даже под водой всё заколыхалось. Морские обитатели бросились прятаться кто куда, а о Лёльке впопыхах позабыли.

А она от постоянного лежания, излишних сладостей и огромного количества жемчужных бус, опутавших её, совсем ослабела и отяжелела. Поэтому плыть, чтобы спастись, не может. Лишь подводное течение переворачивает её с боку на бок. Вдруг поток стал стремительней, подхватил её и куда-то понес.

– Помогите! – кричит Лёлька. – Спасите, куда же вы все?!

– В шторм каждый свою шкуру да чешую спасает! – ответил осьминог, покраснел, – видно, неловко ему всё же стало, – и под камень огромный спрятался.

А бабушка с Тёнькой и Нёнькой, хоть и обидела их Лёлька, дома за неё волнуются:

– Что там с нашей Лёлькой, как бы беда с ней в такой шторм не приключилась, она ведь и плавать, поди, от постоянного лежания разучилась!

Поплыли они к коралловому дивану. Смотрят, и правда, разбушевавшееся течение куда-то Лёльку тащит.

– Беда! Нужно Лёльку спасать!

И хотя сами в опасности были, направились к киту:

– Помоги, кит, только ты во всём море больше нашей Лёльки и можешь её спасти!

А беспомощную Лёльку, всю опутанную жемчужными бусами, к скалистому берегу вот-вот прибьёт!

Бабушка с Тёнькой и Нёнькой разрезали эти бусы, чтобы не мешали Лёльку спасать, а кит потянул её за хвост и оттащил от опасных скал.

Приплыли домой. Лёлька рыдает:

– Обидела я вас, а вы меня всё равно спасли! Простите меня, не ценила я вашей преданности и любви! Плохая я!

– Не плохая, а просто глупенькая была, а теперь поумнела!

Нашла Лёлька припрятанную лампу, потёрла усиками, джинн вновь явился.

– Джинн, миленький, преврати меня обратно в простую креветку Лёльку!

– Вот это правильно: дороже любви родных и друзей нет ничего на свете! – молвил джинн и превратил её вновь в маленькую, хорошенькую креветку Лёльку.

Радости и объятиям не было конца!

А потом они вытащили лампу на берег. Там как раз праправнук хозяина эту лампу искал, – целых двести лет прошло, как она затонула! – и очень ей обрадовался. Теперь и джинн был не одинок: его то и дело вызывали из лампы, чтобы о чём-нибудь посоветоваться!