Гимназист Паша Борисенков, одиннадцати с половиною лет, принёс домой птицу. Птица была большая, фарфоровая, с мощным хищным клювом и нарисованными перьями, ну совсем как настоящая. Она сидела на камне, и смотрела на мир внимательным и острым взглядом. В определении породы птицы Паша был не силён. То ли орёл, то ли ястреб. Но по всем признакам, шутить с такой, коли попадётся в природе, явно не стоит.

Заприметил он её давно. В одном магазине, где продаётся всякая всячина. Птица стояла на полке среди каминных часов, чернильниц, витых канделябров и прочих разностей, ну совсем не замеченная. А Паше она так приглянулась, что спросив о цене, он тут же принялся копить деньги на такую покупку.

Целых два месяца мальчуган помогал горничной в уборке по дому. Ему приходилось и подносить ей воду, и выбивать ковры, и выносить мусор… Словом делать всю ту работу, от которой ни один мальчишка не испытывает ни веселья ни удовольствия. Но зато, за оказанную помощь, Паша получал гривенник, а получив тут же прятал в маленькую баночку, а баночку прятал в сундучок, который держал в дальнем углу огромного платяного шкафа. А как же иначе? Ведь в доме, кроме него, находилась ещё и Зиночка, сестрёнка Паши. Зиночке было всего шесть лет, и ценности денег она пока не понимала. Но вполне могла, увидев красивые блестящие кружки, заиграть их куда-нибудь так, что все Пашины труды по выбиванию ковров, оказались бы напрасными.

Тем не менее, через пару месяцев самоотверженного труда, в маленькой жестяной баночке набралось уже достаточно денег, и мальчик отправился в магазин. Высыпав на прилавок груду сверкающих медяков, он с замиранием сердца ждал, пока усатый продавец пересчитает всё, до копеечки. И вот, наконец, заветная покупка, с пыльной магазинной полки, перекочевала в заботливые Пашины руки. Аккуратно положив драгоценную свою ношу в большой гимназический портфель, он понёс её домой.

Вбежав в детскую, подросток сразу же поставил птицу на то место, которое выбрал для неё заранее. А именно на край высокого орехового секретера. Затем уселся на диван и полчаса к ряду любовался на то, как грозная птица окидывает своим взглядом комнату. И от этого комната становилась какой-то серьёзной, совсем взрослой, и по-особенному уютной. И Паше это очень нравилось. Но вскоре пришло время отправляться на дополнительные занятия по французскому, и птица осталась одна. Но ненадолго.

Высокая, цвета какао, дверь, тихонько скрипнула, и в детскую вошло маленькое и любопытное существо – Зиночка. Увидев птицу, девочка ахнула, и потянула к ней свои маленькие ручки. Ручки до птицы не дотягивались, и догадливая Зиночка поставила поближе к секретеру стульчик, затем осторожно вскарабкалась на него, и уж тогда попыталась взять незнакомую игрушку маленькими пухлыми ручками. Но, то ли птица оказалась тяжелее, чем ожидала Зиночка, то ли в маленьких ладошках девочки не было ещё достаточной ловкости и умения, чтобы удержать такую вещь. Птица выскользнула, ударилась о край секретера, перевернулась в воздухе, и уж потом, упав на пол, разбилась на множество осколков.

- Ах, какая я не ловкая! – Подумала девочка. А откуда-то из столовой донеслось: - Зиночка, где ты? Иди кушать деточка!

Это была мама. И Зиночка побежала кушать, весело стуча по полу маленькими башмачками.

А после обеда Зиночку повели гулять. И когда пришёл Паша, её уже не было в доме. Птицы на своём месте тоже не было. Но зато в детской на полу была большая куча осколков.

- Зи-ноч-ка! – Зловеще протянул Паша, глядя на пододвинутый к секретеру стульчик. Сомнений не было. И установить личность виновной в исчезновении птицы и в появлении мелких осколков на полу, не составляло большого труда. – Зинаида! – Крикнул на весь дом Паша. Но как раз в это время девочка вместе с няней кушала фисташковое мороженое в Летнем саду, и конечно же, не могла слышать как брат зовёт её.

От обиды и отчаяния на глазах Паши появились слёзы. Он упал на диван лицом вниз и очень глубоко вздохнул. Ах, как хотелось ему сейчас сделать Зиночке что-то злое, не хорошее, пакостное.

Вот будь он, Паша, вождём индейцев, он сразу же велел бы снять с Зиночки скальп. И пусть бы она мучилась. А потом Паша представил себя королём племени дикарей-людоедов. Он сидит на троне из костей диких животных, и властным жестом приказывает отдать Зиночку на растерзание львам. И львы тут же съедают вредную девочку, и она наконец-то понимает, какую боль, какую неприятность доставила своему брату.

- Нет! Этого не достаточно! – Решает Паша. – Лучше я возьму краски и подрисую её любимой кукле усы, бороду и очки. И измажу всё белое платье ваксой. Вот пусть тогда знает! Или нет… Лучше съем все конфеты из буфета, а фантики засуну ей под подушку. И пускай она потом доказывает, что не ела этих конфет. Вот так!

Планы коварной мести рождались в Пашиной голове один страшней другого. А в это время маленькая Зиночка уже возвратилась с прогулки. И едва сняла курточку, тут же побежала в детскую. А застав там брата, обняла его за шею и сказала в самое ушко: - Прости меня, пожалуйста. Ведь я нечаянно разбила твою игрушку. Я совсем, совсем не хотела. А она выскользнула и разбилась.

- Ну, что ты. Пустое! – Ответил Паша, и поцеловал Зиночку в щёку. – Ты самая лучшая сестрёнка на свете.