– Мама, – спросила маленькая Маша. – Почему с тополей летит пух? Почему с других деревьев не летит, а с них летит? Они, что, старенькие?

– Почему старенькие? – не поняла мама.

– Мама, ну что ты! Тополя седые, как дедушка, да?

– Седые… – задумалась мама.

– Ну, посмотри же! Посмотри! Все деревья летом зеленые, молодые, а тополя белые, как старички! – не унималась пухлощекая девочка.

         Мама запрокинула голову и посмотрела на кроны тополей. Каждая веточка была обвита белым облаком из пуха так, что зеленых листочков почти не было видно.

– И, правда, как будто старенькие, – согласилась мама.

– Мам, а почему они старенькие? Почему все молодые, а они нет? – интересовалась Маша.

         Мама задумалась. Ни одному маленькому ребенку не понравится ответ «просто так выглядят семена дерева». Такое взрослое объяснение покажется неправдоподобным или, лучше сказать, будет неинтересными.

– Мам? – Маша нетерпеливо дернула маму за руку.

– Прости, я вспоминала эту историю, – улыбнулась мама.

         Однажды в лесу деревья заспорили, кто из них самый главный.

– Мы, – утверждали Ели. – Зеленые круглый год. Мы не сбрасываем трусливо листья, как это делают многие! Мы стойко терпим холодный снег на иголках. Вечнозеленые должны быть главными.

– Вы совершенно правы! – присоединились к ним Сосны. – Мы, Сосны, не только не боимся мороза, но и от солнца тоже не прячемся. Посмотрите, наши макушки почти достают до неба.

– Постойте! – выступили Березы. – А разве главный тот, кто самый высокий? Мы думаем, что главными должны быть мы, как самые красивые. У кого еще в лесу такое красивое платье?

– Вы главные? – рассмеялись Ели. – Да разве белое дерево может быть главным в темном лесу?

– Да, друзья, думаю, вы погорячились, – снисходительно улыбнулся Дуб. – В любом лесу мы, Дубы, всегда были главными. И размера мы соответствующего, и живем долго, и трудностей не боимся. А что листья зимой теряем, так это от избытка силы: весной обрастаем новыми, еще лучше.

– Но мы выше! – вмешались Сосны.

– Не спорю, – примиряющим тоном ответил Дуб. – Но как докричится до вас заплутавший заяц? Как обратиться к вам раненой лисе? Вы же слышите только шум ветра.

– Это правда! – закивали Ели. – Они такие высокие, что нам отсюда даже не видно, есть ли у них иголки, или они тоже малодушно сбрасывают их.

– Успокойтесь, причем здесь малодушие? Назовем это привычкой, привычкой встречать зиму без листьев, – мудро рассудил Дуб.

– Я услышал спор. В чем дело? – бархатным голосом проговорил высокий стройный Тополь.

– Мы тут решаем, кто будет самым главным в лесу, – ответили ему Березы.

– И что же? Решили? – Тополь тихо шелестел листьями.

– Ели вечнозеленые. Сосны самые высокие. Дуб крепче всех. С нами никто не сравнится в красоте! Как тут решить? – покачиваясь, спросили Березы.

– Нда… – задумался Тополь.

– Да что он может сказать? – нетерпеливо качнули макушками Сосны. – Ни красоты, ни роста, ни мощи!

– Думаю, – спокойно сказал Тополь. – Тут не о чем спорить.

– Как это не о чем? – ощетинились Ели.

– Неужели Вы себя предлагаете считать главным? – угрожающе загудел Дуб.

– Ни в коем случае, – качнулся Тополь. – Ты, Дуб, как самый сильный будешь главным все лето. Кому, как ни тебе, доверить лес: и птиц от грозы укроешь, и лису от охотника спрячешь, и молодому зайчишке дорогу укажешь. Вы, Ели, примите этот пост осенью. Все лиственные в это время только о нарядах думают: то в желтый, то в красный, то в коричневый передодеваются. Вы же серьезные, вам и руководить осенью.

– Но… – начал было Дуб.

– Шшш! – шикнули на него Ели, которым пришлись по вкусу слова Тополя.

– Вы, Сосны, командуйте зимой. Всем известно, как вы грозно скрипите на морозе. Ну, а вы, Березы, будете главными весной. Любой лесничий скажет, что средь весенней серости ваш белый наряд как нельзя лучше помогает заплутавшему найти дорогу.

– Мудро! – восхитились Сосны.

– Всех рассудил! – захлопали мохнатыми лапами Ели.

 – Ну, а ты сам? Когда ты будешь главным? – зашумели Березы.

– Я? – задумался Тополь.

– Хочешь, мы поделимся с тобой февралем? – предложили Сосны.

– Мы можем уступить ноябрь, – посовещавшись, сказали Ели.

– Май? – неуверенно предложили Березы.

Дуб промолчал, обидевшись на то ,что ему выделили только три летних месяца.

– Ничего, – сказал Тополь. – Я обойдусь.

         Как было уговорено, Ели стали главными в лесу осенью. Заплутавшим зверям помогали найти дорогу, спасали птиц от дождя, делились шишками с теми белками, которые не успели запастись на зиму. 

         В декабре Сосны приступили исполнять обязанности хозяев леса. С высоты своих макушек они зорко следили за тем, чтобы не вылез из своей берлоги сонный и голодный медведь, кормили клестов и снегирей, пели колыбельную уставшей лисе.

         С началом весны Березы вступили в свои права. Надев самые красивые сарафаны, они создавали праздник в сером хмуром лесу. Благодаря их веселому настроению, охотнее вылезал из своей норки ежик, растяпа-зайчишка шил себе новую летнюю шубу, просыпались цветы.

         Летом лес наполнился шумом. Теплу и солнцу радовались и звери, и птицы, и растения. Резвились белки, летали мошки, раскинул листья папоротник. Только Дуб был хмур и не разделял общего ликования. Он строго смотрел за всеми: то останавливал уколом ветки молодого оленя, слишком резво скакавшего по поляне, то закрывал цветам солнце, то шумел на птиц. Ему хотелось, чтобы у него просили защиты и совета, но никто не обращал на него внимания. Дуб хмурился и запасался желудями, чтобы при случае запустить желудем в балбесов-зайцев, плутовку-лису, прыгунью-жабу.

– Как хорошо все придумал Тополь! – заговорили Ели. (Они с нетерпением ждали осени, чтобы вновь стать самыми главными в лесу.)

– Да… – мечтательно протянули Березы.

– Согласны, придумано было славно! – согласились Сосны.

         Дуб опять промолчал. Ему совершенно не нравилось то, как рассудил всех тополь. Дуб считал, что вполне мог бы справиться со всем один и летом, и зимой, и осенью, и весной.

– Надо подарить ему подарок! – улыбнулись Березы.

– Мы могли бы достать для него с неба облако. Это будет чудесный и оригинальный подарок! – затрещали Сосны, вытягиваясь в высь.

         Всю осень Сосны караулили облака. Им хотелось подарить тополю самое красивое и пушистое облако, но осенние облака были мрачны и тяжелы. Изредка на небе появлялись маленькие жиденькие светлые облачка, но, гонимые ветром, они быстро уплывали, не оставляя никакого шанса соснам их схватить.

         Зимой соснам было не до облаков. Роль хозяев леса обязывала их следить за порядком. Зато в конце весны все небо было в больших белых облаках. Хватай любое! Стянули Сосны одно облако с неба.

– Хорошее! – восхитились Березы.

– Превосходное! – согласились Ели.

Одним майским солнечным днем Березы, Ели и Сосны обратились к Тополю:

– Дорогой Тополь! Мы очень благодарны тебе за то, что ты нас так мудро рассудил. Мы хотим поблагодарить тебя и подарить это облако в знак нашей признательности.

– Облако? – смутился Тополь. – Но что же мне с ним делать?

– Что хочешь. Оно твое, – сказали Сосны, опуская на крону тополя белое облако.

– Ой! – воскликнул Тополь, оказавшись окутанным белым облаком.

– Ой! – вскрикнули Ели и Березы. – Он состарился! Что мы наделали!

– Без паники, – успокоили всех Сосны и потянули облако обратно, наверх.

Тополь вновь стал обычным зеленым деревом.

– Ого! – только и смогли вымолвить Березы.

– Что, без облака лучше? – спросили Сосны.

Тополь не хотел их обижать, ведь они так старались, доставая ему подарок с неба, поэтому сказал:

– Нет! Я буду носить его в знак нашей дружбы.

         С тех пор каждый год в мае-июне Тополь надевает белое облако и стоит так весь месяц, поражая всех своим величием и красотой. Высокий, стройный и весь белый он привлекает внимание любого, кто оказывается среди деревьев.

– Мам, а дуб? – спросила маленькая Маша, моргая покрасневшими глазами.

– А что дуб? – удивилась мама.

– Как дуб в лесу? Его, что, никто не любит? – и из глаз девочки брызнули слезы. – Мам, дуб тоже хороший. Правда же?

– Конечно, хороший, – поспешила успокоить дочку мама.

– Скажи, что с дубом тогда, – всхлипывая, остановилась Маша.

         И мама продолжила рассказывать.

         Одним летним вечером, когда Дуб уже собирался заснуть, он услышал тоненький жалобный голосок. Кто-то стоял у самых его корней и плакал.

– Кто здесь? – как обычно строго спросил Дуб.

– Дяденька Дуб, дяденька Дуб! Помоги! Негде мне жить! Негде спастись! – пищало что-то очень маленькое.

– Кто ты? – удивился Дуб, наклоняясь, чтобы рассмотреть говорившего.

– Я – Грибок, без рода, без дома, без штанов! – и Дуб опять услышал горький плач.

– Как это без штанов? – удивился Дуб, оглядывая круглую коричневую шляпку Грибка.

– Вот как! – всхлипнул Грибок, наклоняя свою шляпку так, чтобы Дуб смог рассмотреть его.

         Дуб увидел толстую гладкую белую ножку.

– У Лисичек желтые штаны, у Подберезовиков – в крапинку! Мухомор с бахромой себе где-то достал! А я без штанов! Как мне среди них? Помоги мне, пожалуйста!

– Что ж я сделаю? – растерялся Дуб. – Где же я тебе штаны найду?

– Дяденька Дуб, ты умный, ты все знаешь! К кому мне еще обратиться, ведь ты же в лесу самый главный! – плакал Грибок.

         Дуб задумался. Его впервые признали главным, и этот маленький Грибок был единственным, кто попросил у него помощи. Как мог Дуб отказать ему? «Но где же я достану ему штаны?» – думал про себя Дуб.

– Ты говоришь, тебе негде жить? – спросил Дуб.

– Негде, – закивал шляпкой Грибок. – Не могу я без штанов на глаза всем показываться!

– Знаешь что, оставайся здесь, – предложил Дуб. – Укройся моими листьями – никто тебя не увидит.

– А штаны? – пискнул Грибок.

– Со штанами я что-нибудь придумаю, – ответил Дуб.

         Грибок зарылся в опавшие дубовые листья так, что даже шляпки не было видно. Дуб думал всю ночь и весь следующий день, но ничего не смог придумать.

– Послушай, – обратился он к Грибку. – Может, ты есть хочешь? Не стесняйся! У меня здесь место хорошее!

         Грибок, который, и вправду, очень был голоден, с удовольствием стал тянуть из земли воду. Вода была соленая, вкусная. Не даром Дуб такой крепкий вырос на этом месте – все от воды!

         Мимо Дуба шел кабан. Он частенько подъедал опавшие желуди. Как всегда кабан стал ворошить жухлую листву под Дубом в поисках хрустящих желудей.

– Ой! – взвизгнул Грибок, когда кабан задел его носом.

Кабан принюхался и облизнулся: он очень любил есть грибы, но, так как был подслеповат, не часто находил их в траве.

– Ой-ой-ой! – запищал Грибок. – Дяденька Дуб, помоги!

– Что такое? – обеспокоено спросил Дуб.

– Кабан хочет меня съесть! – дрожа всем тельцем, голосил Грибок.

– Кабан! – грозно загудел Дуб.

– Хр? – поднял морду кабан.

– Не тронь мой Гриб! – сказал Дуб, укрывая Грибка длинной веткой.  

– Твой Гриб? Почему это он твой? – недовольно спросил кабан.

– Он здесь растет. Он под моей защитой!

– Хрр, – фыркнул кабан. Он знал, что с Дубом лучше не спорить: ветвями хлестнет, желудем в глаз попадет. – А желудей хоть можно? – протянул кабан.

– Желудей можно. И иди, иди! – настойчиво проводил его Дуб.

Кабан ушел. Грибок оправил съехавшую набекрень шляпку и поблагодарил Дуб:

– Спасибо тебе, дяденька Дуб, чтобы я без тебя делал!

Дуб смущенно улыбнулся.

         Ночью был сильный ветер. Бедный Грибок изо всех сил держал свою шляпу, чтобы ее не сорвало. Заметив это, Дуб, которого лишь забавляла игра ветра, склонился на Грибком и укрыл его своими ветвями, приговаривая:

– Не бойся, не бойся, малыш, вместе не улетим!

         Так и жили Дуб и Грибок. Припекало солнце – Дуб накрывал прохладными листьями своего маленького друга. Скакал ли олень, пробегал ли заяц – Дуб выставлял свои ветви так, чтобы никто случайно не задавил малыша. Прошло лето. Ничем другим, кроме заботы о своем Грибке, Дуб не был занят. Однако он так не придумал, где достать ему штаны для друга. И, решив однажды в этом признаться, сказал Грибку:

– Малыш, ты знаешь, я очень… – вдруг осекся Дуб. У корней больше не было того маленького, в смешной коричневой шляпке Грибка. На его месте стоял большой солидный Гриб в темно-коричневой шляпе, белых панталонах и зеленых гольфах. Дуб только сейчас увидел, как изменился за три месяца его маленький друг.

         Гриб с достоинством поклонился.

– Спасибо тебе, дядя Дуб, за твою заботу обо мне. Благодаря тебе я так славно вырос и обзавелся отличными панталонами. Они сами появились, как только я начал хорошо питаться и перестал бояться солнца, ветра и кабанов.

– Чудеса! – только и смог сказать Дуб.

Помолчав немного, Дуб спросил:

– И как мне теперь к тебе обращаться?

Гриб задумался:

– Сам не знаю. Раньше все звали «Грибок без порток». Теперь, думаю, надо самому имя себе выбрать. Только какое?

– А как там у вас, у Грибов, имена даются? – поинтересовался Дуб.

– Некоторые растут под одним деревом и в честь этого дерева себя называют: Подосиновики, Подберезовики. Другие хотят быть на зверей похожими и просят называть себя: Лисички, Свинушки. Третьи по заслугам: Мухомор, – стал объяснять Гриб. – Может Дубовик? – спросил он, глядя на Дуб.

– Ой, нет! – тут же замахал листьями Дуб, которому хоть и очень хотелось, чтобы Гриб назвал себя в честь него, Дуба, но он стеснялся в этом признаться.

– А как же тогда? На кого из зверей я похож?

Дуб только покачал макушкой.

– Может, тогда Белый? Раз у меня белые панталоны…

– Отличная идея! – одобрил Дуб, которому и в правду понравилось это имя.

– Ну, вот, теперь я – Белый Гриб. И у меня есть эти замечательные панталоны – мне не стыдно показаться своим. – продолжал Гриб.

– Ты собираешься уйти… – помрачнел Дуб. Он не мог себе представить, как останется один, чем будет занят.

– Да, – ответил Гриб и, посмотрев с надеждой на Дуб, добавил. – Если только ты не разрешишь мне навсегда здесь остаться.

– Конечно, оставайся! – повеселел Дуб. – Зачем тебе уходить?

         И Гриб остался. Осенью он не без удивления заметил своему большому другу:

– Дядя Дуб, а ведь на тебе тоже грибы растут!

– Какие еще грибы? – рассмеялся Дуб.

– Вот эти! – Гриб кивнул на желуди.

– Хе! Нет! Это желуди. Я вырос из одного такого.

         Гриб с еще большим удивлением покачал головой: не мог поверить он, что такой крепкий и высокий Дуб мог быть маленьким желудем.

– Ты лучше поглубже в листву спрячься, – посоветовал Дуб Грибу. – Скоро морозы.

         Зимой Гриб сидел под опавшими дубовыми листьями. Когда наступали уж очень сильные морозы, Дуб озабоченно скрипел:

– Ты как там?

         И Гриб, не высовываясь из своего теплого дома, щекотал вылезший на поверхность корень Дуба. Это означало, что с ним все в порядке, что ему тепло и спокойно.

         Весной Дуб помог своему другу вылезти из-под прелой листвы.

– Послушай, – как-то спросил Дуб. – А что это ты семьей не обзаведешься? Вы, Грибы, по-моему семьями растете. Пригласил бы кого-нибудь из своих. Или ты такой один без штанов в нашем лесу?

– Да я… – смущенно начал Гриб, но потом, видно, обрадовавшись, ответил: – Конечно обзаведусь, вот только чуть потеплее будет!

         Летом под Дубом уже жила целая семья Белых Грибов. По всему лесу разнесся слух, что рядом с Дубом растут самые красивые Грибы. Прилетали птицы и просили у Дуба разрешения присесть на его ветки, чтобы посмотреть на счастливое грибное семейство. Прибегали звери и, с почтением поклонившись Дубу, любовались на красивых ровных Грибков в коротеньких белых штанишках. Дуб, почувствовав себя не только главным, но и любимым, улыбался всем и каждому, даря на память по одному маленькому желудю.

         Видя это, чувствительный Тополь, тряс белой кроной, стараясь не заплакать. Белое облако клочками слетало с его головы и разлеталось по всему лесу, возвещая всем о том, что наступило самое радостное время года – лето.

– Ура! Ура! – захлопала в ладошки маленькая Маша. – Как здорово, мама! Как хорошо! Это с тополей облачко летит!

Мама улыбалась и уже сама верила тому, что только что рассказала.