Журнал «Мурр+», Калининград, в августе радует нас стихами Ольги Алёнкиной, Ирины Иванниковой и Марины Тараненко, а также рассказом Марины Тараненко.

Главный редактор журнала Тамара Тихонова

 

Куратор Странички МТО ДА Татьяна Шипошина.

(Напоминаем – куратор странички посылает в журнал подборку стихов и прозы, а окончательный выбор – за главным редактором журналов)

 

Ольга Алёнкина, Курск

 Тихо-тихо

 

Тихо, тихо,
      мимо стула,
          мимо круглого стола.
             к миске мышка 
                   прошмыгнула.
На секунду замерла,
      посмотрела на усищи,
             и на лапы,
                  и на...
                      ой...
              Ой! Огромные когтищи!
И бегом к себе домой.

 

Отчего

- Отчего ты, улитка, грустна?
- Оттого, что я в доме одна.
Не вмещаются гости в мой дом.
Да и я помещаюсь с трудом.

 

У девочек в сумках

У девочек в сумках
тетради и ручки.
У девочек в сумках
секретные штучки.

У девочек в сумках
Помады, расчёски,
Резинки, заколки,
Чтоб делать причёски.

У девочек в сумках
булавки, платочки
Стаканчики, кремы,
Салфетки, носочки.

Не может приличная
Девочка-дама,
Прожить без привычного
Женского хлама.

 

 

Марина Тараненко, Краснодар

Траншея

 

Целый день играли в прятки

И мартышки, и утятки.

И козел, и крокодил…

А жираф один грустил.

Аж до слез ему обидно,

Ведь его повсюду видно,

Где жирафу спрятать шею?

Может, выкопать траншею?

 

 

Минута тишины

 

Говорит бабуля мне:

«Успокойся чуточку,

Посидел бы в тишине

Хоть одну минуточку!»

Но сидеть совсем без дела

Очень быстро надоело.

Прокатился я на стуле,

Пролетел по дому пулей,

Проскакал, как антилопа,

А потом конфету слопал,

Сбросил на пол покрывало

И порвал свои штаны…

В общем, сделал я немало

За минуту тишины!

 

 

Дождь-джентльмен

 

Собирался дождь пойти,

Долго собирался,

Был уже почти в пути,

Но засомневался.

А причина-то проста -

Шла девчонка без зонта.

 

 

 

 Как я потерялся.

 

  Вы думаете, это случилось в лесу? В парке? В огромном магазине? Нет, это произошло в обычной квартире городской многоэтажки.

         А все началось с того, что мама играла в игру, которую папа называет «будильник». Нет, она никого не будила, это другая игра. Сперва мама начинает заводиться. И быстро так заводится, заводится, заводится. А потом звенит, то есть кричит громко и звонко:

- Опять у тебя все разбросано! Ступить негде! А на кровати медведи танцевали? Кто ее вместо тебя застилать будет? Дед Мороз?

         Я не настолько маленький, чтобы не понимать, что Дед Мороз летом не придет, жарко ему.

- Наверное, бабушка застелет, - честно ответил я. А что, она всегда так делает, чтобы меня не ругали.

         Мама побежала к папе. И я следом.

- Ты видел, какой у него беспорядок? Поговори со своим сыном. И очень серьезно поговори!

         А папа играл в разведчика. Он незаметно убрал с компьютерного стола немытую кружку и затолкал под клавиатуру обертку из-под шоколадки. Увидев меня, папа нахмурился и сказал:

- Даниил Андреевич, будьте так добры, разберитесь со своим бардаком.

И посмотрел на маму, довольна ли она его серьезностью. Маме серьезности показалось маловато, и она строго добавила:

- Даниил! Ты слышал, что сказал тебе отец?

Я-то слышал, но разбираться ни с чем не хотелось.        

- Данечка, не упрямься, будь хорошим мальчиком, – это бабушка спешила на помощь. - А я твоих любимых блинчиков напеку.

- А может, все-таки ремня? – задумчиво спросил дедушка по пути на балкон.

         Но мама ответила длинным, почти не звенящим словом:

- Непедагогично!

         Я поплелся в свою комнату, включил телевизор и уселся на пол. Если посмотреть пару мультиков, а потом навести порядок, он же все равно наведется. На седьмом мультфильме ко мне заглянула мама. Она уже не играла в «будильник» и ласково спросила:

- Сыночек, ты где? Пора обедать.

         Я тут же обнаружил, что проголодался, услышал запах горячих котлет и рванулся ему навстречу, но не смог сдвинуться с места. Что такое? Кто меня держит? И тут я увидел, что сижу в луже клея. Открытый тюбик, из которого он вытек, валялся около моих ног. Ох, и крепко же я приклеился! Как теперь встать?

- Куда он подевался? – взволнованно спросила мама непонятно у кого.

         От мамы меня скрывали две горы. Одна гора из сломанных машинок и пистолетов, а другая из книжек, дисков и разных коробок, уже не помню из-под чего. Я мог наблюдать за мамой сквозь щель между самосвалом и тем, что осталось от трактора. Но она меня не видела. Оставалось только кричать.

- Я здесь, мамочка! – мне казалось, что это было очень громко, но мама даже не посмотрела в мою сторону. Наверное, телевизор заглушал мой голос, а дотянуться до пульта никак не получалось.

         Мама убежала и вернулась с папой.

- Посмотри сам! Наш сын пропал!

- Только без паники! – успокаивал ее папа. - Мы его обязательно найдем.

- Ах, разве здесь можно кого-нибудь найти? – всплеснула руками мама и облокотилась на шкаф.

         На нее тут же пролился цветной дождь, она отскочила в сторону и закричала. Теперь ее белая челка была наполовину зеленой, наполовину малиновой, а на желтой майке появились голубые ручейки. Я вспомнил, что так и не убрал баночки с водой, в которых мыл кисточки после рисования.

         Пока мама стряхивала красочные брызги, папа отважно пробирался через кучу моих рубашек, штанов и носков. Он выбрал верное направление и был совсем рядом. Еще чуть-чуть и папа увидел бы меня, но вдруг…Ему под ноги попали теннисные мячики. И папа покатился!

         Куда он мог докатиться, страшно представить, но его поймала вовремя прибежавшая бабушка.

А где же мой внучок? – спросила она.

- Потерялся наш Даниил, пытаемся отыскать его во всем этом безобразии,- грустно ответил папа.

- Пытаются они! А блинчики-то остывают, - обиделась бабушка.

         В животе у меня заурчало. Блинчики! Небось, со сгущенкой! Я стал кричать сильно-пресильно:

- Вот же я! Идите сюда! Я тут!

         Но никто меня не слышал.

         Когда я решил, что пора разрыдаться, вошел дедушка. Со всем своим альпинистским снаряжением!

- Много вершин я покорил, - сказал он. - Значит и тут пройду, внука своего в беде не оставлю.

         И прошел. И меня отклеил. Правда грозился уши мне оторвать, но мама не разрешила, с ушами все-таки красивее.

         А в моей комнате теперь потеряться нельзя. Догадались, почему?

 

 

 

Ирина Иванникова

Стрекоза

 

В крыльях медного отлива

Из хитиновой слюды

Отражаются игриво

Блики солнца и воды.

Берегись, болотный житель:

Зорки хищные глаза!

Пролетает истребитель

Мух и мошек – стрекоза.

 

 

Тополиный пухопад

 

Старый тополь – белый пух,

А под тополем – лопух.

Тополь рад и рад лопух:

Кружит, вьюжит снегопух.

                           

Тополь стелет лопуху

Одеяло на пуху.

Рад лопух и тополь рад:

Тополиный пухопад!                   

 

Под зонтом стоял укроп,

Над зонтом теперь – сугроб.

Одуванчик молодой –

Раньше времени седой.

Валит много дней подряд

Тополиный пухопад.

 

И, пушинками кружа,

Пух ложится на ежа,

На скамейку у ворот,

Залетает в нос и в рот.

Так и тянется рука

Вылепить… пуховика!

 

 

В долине лета

 

Мы приходили в речную долину,

Мы собирали лесную малину.

Цапля, покинув холодную воду,

Хлопала крыльямипо небосводу.

А на просёлочной тропке-дороге

Кошка бездомная тёрлась о ноги.

Ветер гулял у соснового бора.

– Скоро ли осень?

– Не скоро, не скоро!

 

 

Мост над рекой

 

 

Иду по шаткому мосту,

Внизу течёт река.

Скрипят дощечки. Я иду,

Встречая облака:

Они плывут, плывут везде –

Вверху и подо мной, 

Гуляет небо по воде

До кромки травяной.

И ветер ластится к мосту:

Качает – ну и пусть.

Ещё немного – и пройду.

И снова приземлюсь.

 

 

На склоне августа

 

На солнце выгорело лето.

Уткнулся в небо сухостой,

А бальзамин у речки где-то

Благоухает над водой.

Цветут вразвалочку цикорий,

Иван-да-Марья и кипрей.

Так много день вершит историй,

Что к но́чи клонится быстрей.

Завечереет, и в потёмках

Увидишь, если подождёшь,

Как лист кленовый на иголках

Уносит вместе с летом ёж.