В ноябрьском номере журнала «Проспект» рассказы Веры Сытник, (Китай), и подборка стихов учредителя МТО ДА Леонида Брайловского.

 

Также журнал публикует статью Т. Шипошиной «МТО ДА празднует десятилетие» с некоторыми фотографиями, http://www.deti-knigi.com/novosti-mto-da/item/8402-mto-da-prazdnuet-10-letie

 

Главный редактор журнала Лариса Васкан, куратор страниц МТО ДА – Елена Овсянникова

 

 

 

Вера Сытник

ФОНАРЩИК

 

            В давние времена, когда не было электричества, в одном городе жил фонарщик. Каждый день, как только начинало темнеть, брал он в руки лестницу, баночку конопляного масла, спички и обходил городские фонари. Приставлял к столбу лестницу, взбирался на неё, открывал дверцу фонаря, доливал немного маслица и зажигал фитиль. Убедившись, что огонь разгорелся, закрывал фонарь и спускался вниз. Шёл к следующему и проделывал то же самое. И так весь вечер, пока не зажигались все фонари в городе.

Утром, едва солнышко начинало золотить крыши домов, фонарщик спешил погасить фонари. Зачем маслу напрасно гореть, когда и без огня светло? Всё это он проделывал на протяжении долгих лет! Зимой и летом! В бурю и в дождь! Фонарщик выбрал своё дело в молодости, когда был безусым юношей и впервые подумал, что фонари похожи на звёзды. Ему понравилось, что каждый вечер звёзд становилось на несколько десятков больше,

поэтому всегда с радостью бежал к фонарям, всё больше влюбляясь в своё дело. Шли годы, а фонарщик оставался одиноким – отдавал свои заботу и внимание фонарям и звёздам…

.

Теперь он был пожилым человеком, но по-прежнему считал, что фонари – это братья звёзд. Горожане относились с уважением к фонарщику, считая, что он дарит людям свет. Да так и было: без фонарей невозможно бы было ходить по вечернему городу в поисках нужной улицы, нужного дома. Свет пробивал ночную мглу, соревнуясь с луной, которая с удивлением смотрела на землю, наблюдая, как повсюду появляются жёлтые огоньки.

Все считали фонарщика странным человеком. Ещё бы! Жил один, без семьи, никого не замечал, разговаривал лишь со звёздами и фонарями.

Бывало, задерёт голову вверх, к небу, и говорит:

– Проснулись голубушки! Хотите видеть своих друзей? Вот подождите минутку…

Затем подойдёт к фонарю и спрашивает:

– Ну как? Заждался? Соскучился без огня? Сейчас, сейчас зажгу тебя…

И лезет на столб. А когда запустит в работу последний фонарь, слезет на землю и до-о-олго стоит, слушает, как фонарь со звёздами шепчется. Стоит, улыбается, головой кивает – радуется. Но никогда никому не рассказывал, о чём беседуют звёзды с фонарями. Такой это был сдержанный человек.

Один раз в году, на Рождество, фонарщик зажигал фонари по-особенному: масло лил много, фитиль делал длинным. Огонь получался большим, ярким: бился за стеклом, освещая заснеженные улицы. Фонари, словно пылающие оранжевые кокошники на столбах, украшали город, делая его необыкновенно нарядным, праздничным.

Однажды случилось непредвиденное: фонарщик проспал! Прилёг отдохнуть и проспал до позднего вечера. Проснулся в темноте. В окошко заглядывала звезда.

            – Ах, я старый пень! Уже Вифлеемская звезда загорелась, а я всё сплю! – воскликнул фонарщик и бросился в угол комнаты, где стояла баночка с конопляным маслом.

Оделся, схватил лестницу, масло, спички и выбежал на крыльцо. Не рассчитал ступеньки, запнулся и упал. Баночка выскользнула из рук, масло вылилось на снег.

            Город стоял в темноте. В небе сияли звезды.

            – Эх, я несчастный! Испортил людям праздник! – заплакал фонарщик.

            Сел в сугроб, как вдруг сверху услышал хрустальной чистоты голос:

            – Не плачь, добрый человек, лучше пойди открой все фонари. Я отправлю на землю своих подруг. Звёзды спустятся вниз и поселятся на время праздника в фонарях.

            Фонарщик не верил своим ушам: с ним разговаривала самая яркая, самая большая звезда! Звезда улыбалась. Он вскочил на ноги и побежал открывать фонари. Подставив лестницу, взбирался наверх и открывал стеклянную створку фонаря. В тот же миг внутрь ныряла слетевшая с неба звёздочка. Фонарщик захлопывал створку, спускался на землю и торопился к следующему фонарю. Так обошёл все фонари, запустив в них звёзды.

            – Спасибо тебе! – крикнул он, обращаясь к самой яркой звезде и услышал в ответ:

            – С Рождество-о-о-м! С празднико-о-о-м! Сча-а-астья все-е-ем!

Город стал похож на рождественскую открытку, весь сиял и серебрился. Люди вышли из своих домов и с чувством удивления, с чувством восторга смотрели на фонари. «С Рождеством!» раздавались возгласы, «Как прекрасно!». Всю ночь до раннего утра звёзды освещали город. Люди не уходили с улицы, желая насладиться прекрасным зрелищем. Они пели и плясали, славя Рождество Христово, радуясь чудесному празднику. А когда первые лучи солнца показались на востоке и фонарщик выпустил звёзды наружу, народ разошёлся по своим домам.

Фонарщик в тот же день купил новую баночку конопляного масла и вскоре взял к себе ученика, молодого парня, чтобы было кому передать своё мастерство. А люди долго ещё разговаривали про звёзды в фонарях, вспоминая Рождественскую необычную ночь.

 

 

Милостыня

 

 Эта история случилась давно, когда не было ни машин, ни телевизоров, когда люди ездили на санях или в дорожных каретах, запряжённых лошадьми, а дома ещё не были столь высокими, как сейчас. В одном старинном городе, где было много богатых торговцев, мелких лавочников и уличных продавцов, жил купец. Ни жены, ни детей, никого из друзей у него не было. Уехал он в юности от своих бедных родителей, бросив отца с матерью на произвол судьбы, и занялся торговлей шелка, который стал возить из далёких заморских стран. Быстро разбогател и был счастлив тем, что не имел жены и детей, потому что с ними пришлось бы делиться нажитым богатством. 

      Купец имел огромный дом, внешним видом похожий на дворец, где, однако, не было ни одного слуги, ведь слугам надо платить! А купец не желал никому платить деньги и всю работу по дому делал сам. Конечно, он не успевал заниматься торговлей и вдобавок мыть полы, стирать одежду и готовить еду, поэтому дом производил впечатление унылого жилища: везде паутина и пауки, пыль и грязь. 

        Всё было у купца: полки в его кладовой ломились от запасов еды, сундуки трещали от положенных в них драгоценностей, подвалы были забиты овощами и фруктами. Люди, зная о богатствах купца, удивлялись: для кого человек старается, если родителей бросил, а свою семью не завёл? Для кого занимается накопительством? Даже милостыни никому не подаст! Много раз в двери его дома-дворца стучались нищие странники в надежде, что им вынесут немного еды или подадут мелкую денежку. Нет! Купец никому и никогда не открывал двери. 

     Однажды в самом начале Великого поста потребовались купцу хлеб и соль. Вышел он из дома и увидел, что его поджидают двое нищих – старик и старуха, измождённые тела которых были покрыты лохмотьями. Упали старики в ноги купцу и взмолились: 

    – Умираем с голода! Подай кусок чёрствого хлеба… 

    – Прочь с дороги, попрошайки! – вскричал владелец несметных богатств. 

       И ударил по очереди нищих ногой так, что те упали в дорожную пыль, а сам прошествовал мимо. Кое-как поднялись несчастные на ноги, заплакали оба и заковыляли дальше. Раздосадованный встречей с бродягами купец накричал на продавца хлебных лепёшек, обвинив его в том, что он продаёт подгоревший хлеб. Взял богач одну лепёшку, понюхал и бросил на землю со словами: «Горелым пахнет!» после чего зашёл к лавочнику и попросил соли. Когда ему подали соль в бумажном пакете, купец посмотрел на неё и со словами «Твоя соль мокрая!» высыпал содержимое пакета на пол, развернулся и в гневе ушёл домой. В этот вечер он ужинал без хлеба и соли. 

       Прошло несколько дней. 

        Замечает купец, что к нему в магазин перестали заходить покупатели. Было такое впечатление, что люди больше не нуждались в шёлковых тканях, что женщины не желали шить платья и занавески. Как ни старался купец зазвать в магазин горожан, выбегая на крыльцо и обещая всем красивейшие образцы тончайшего шёлка, никто не хотел слушать его громких призывов. Вскоре другая напасть настигла купца: в его доме от грязи завелись крысы, которые испортили продукты, фрукты и даже в сундуки с драгоценностями умудрились проникнуть и погрызли ожерелья и кольца. 

        Испугался купец. Видит, что всё его богатство тает не по дням, а по часам, что на шёлк напала мошка, которая наделала в отрезках множество крохотных дырок, сделав ткань непригодной для продажи. Крысы сожрали съестные припасы, поцарапали драгоценности, испортили одежду. Купцу нечем стало питаться, не во что одеваться, нечем хвастаться. 

       Ко всем бедам прибавилась другая: никто в городе не хотел продавать ему ни хлеба, ни соли, ни каких-либо других продуктов. Как только разносчики еды видели, что к ним приближается купец, все тотчас уходили на другую сторону улицу, а торговцы закрывали перед носом богача лавку. Похудел купец, подурнел. Не спит, не ест, от крыс отбивается, водой насыщается. Не успел оглянуться, как стал бедным. Только дом и магазин остались, да и те пустые стоят. Люди их дальней дорогой обходят. 

         А время между тем приблизилось к Пасхе. Горожане напекли куличей, покрасили в разные цвета варёные куриные яйца и направились к церкви освещать праздничную трапезу. Поплёлся к церкви и купец. Пристроился у ограды, закрыл от стыда глаза и протянул руку за милостыней. Не прошло и секунды, как кто-то положил в его ладонь кусочек хлеба. Купец открыл глаза и увидел перед собой нищих, старика и старуху, некоторое время назад просивших у него корку чёрствого хлеба. Это старик, вынув хлебушек из своей котомки, положил его в руку купца. 

       С жадностью накинулся бывший богач на пищу. Потом остановился и спросил, нет ли у старика ещё и щепотки соли? 

     – Вот тебе соль – мои высохшие слёзы, – сказала старуха и протянула купцу крохотный мешочек соли, который вытащила из глубин своей рваной одежды. 

        Посолил купец той солью хлеб, съел и вдруг что-то кольнуло в самое сердце. Он узнал в стариках своих престарелых родителей. Слёзы брызнули из его глаз. Упал купец на колени перед стариком и старухой и взмолился: 

      – Прости, отец! Прости, мать! Прости меня, грешного, Господи! 

      – Прощаем тебя, – сказали старики-родители. – Ради праздника Пасхи, ради Христа прощаем. 

          Ещё пуще заплакал купец. Обнял родителей и повёл их к себе домой. А там – чудо расчудесное! Ни одной крысы не осталось! Тихо так в доме,  светло от солнца, попадающего внутрь сквозь раскрытые окна. 

          Поселились старики в доме у своего сына. С того дня дела у купца пошли на поправку. Он снова начал торговать шёлком, снова стал покупать много еды и складывать продукты на полки. Только теперь не для хранения он делал запасы, а для того, чтобы раздавать нищим и бродягам.

       Говорят, в том городе не было добрее человека, чем этот купец.

 

 

Л. Брайловский

ЧУДО-ДИВО

 

Шёл по лесу дивный зверь

И не раньше, а теперь.

И не прямо, и не вкось,

Без тропинки – на авось!

Шёл и что-то напевал,

Пряник сахарный жевал.

Две гармошки вместо щёк,

Круглый нос, как пятачок,

Два весёлых длинных ушка

Танцевали на макушке.

На банановых рогах

Хвост пушистый, будто флаг.

С васильковыми глазами,

На копытах с каблучками,

Шёл он задом наперёд

И мурлыкал словно кот.

А внизу, вдоль старой балки

Шёл медведь с ночной рыбалки.

Косолапый ночь не спал,

Но зато леща поймал!

Вдруг медведь увидел - Это!

Это что за чудо света?

То ли в перьях, то ли без,

То ли леший, то ли бес?

Поздоровался учтиво

И спросил: «Скажите, Диво,

Вы Олень, а может Волк?

Не возьму я, старый, в толк!»

Засмущалось Чудо-диво

И ответило стыдливо:

«Я не знаю, говорят,

Я – фантазия ребят!»

 

 

Лишний

 

Скажите, пожалуйста,

Может быть лишним

Пирог в день рожденья

С вареньем из вишни?!

А мама сказала:

– Он лишний, сынок! –

Когда я отрезал четвертый кусок!

 

 

Сороконожкины ножки

 

Перед сном сороконожке

Захотелось вымыть ножки.

Сорок пар - не пустяки!

Снять кроссовки и носки.

Все намылить, сполоснуть,

Полотенцем обернуть.

Но… взялась она за дело

И работа закипела.

В общем, споро дело шло...

Только солнышко взошло.

 

 

Пирог

 

В день рожденья Носорог
Для гостей испёк пирог!

Просит папу Носорожка:
– Дай попробовать немножко.
Можно я лизну разок
Чудно пахнущий пирог!

Улыбнулся папа крошке…
А потом подмёл все крошки.
Почесал в раздумье рог
И ещё пирог испёк!

 

 

Грудничковая гимнастика

Советы Дедушки эЛ. 

 

Ваш малыш лежит на спинке
На фланелевой перинке.
Начинаем не спеша,
С подготовки малыша. 

Взяли ручки, улыбнулись
И немного потянулись.
Нам приятно, нам тепло,
Тельце ровненько легло. 

Без штанишек, распашонок –
Дышит кожицей ребёнок.
Ручки вверх, а после вниз, 
Кто смеётся - тому приз! 

Ручки в стороны,
Скрестили,
Улыбнуться не забыли!
Ручки в стороны опять,
А теперь – поцеловать! 

Повторяем все движенья
В ритме строк стихосложенья. 

Перейдём теперь на ножки:
Мы их выпрямим немножко.
Потягушечки споём
И к животику согнём. 

И обратно потягушки,
А потом, как у лягушки
Разведём по сторонам –
Что за прелесть! Где тут срам! 

А теперь, мой милый котик,
Повернёмся на животик. 

Спинка выгнулась дугой,
Носик дышит, торс прямой. 

А чуть-чуть пониже спинки
Дольки две от мандаринки!
Вы должны меня понять –
Это нужно целовать! 

Но, прошу не увлекаться,
Продолжаем заниматься! 

Мягко вверх пройдем по спинке,
А затем, прижав к перинке,
От восторга чуть дыша,
Пощекочем малыша. 

И подушечками пальцев
Под мотивы венских вальсов
Проведем вдоль ребрышек – 
Подрастай, воробышек! 

Ах, как славно нам вдвоем!
Вновь на спинку повернём. 

И теперь животик крошки,
(Так мордашки моют кошки),
Разомнем по часовой
Мягкой, теплою рукой. 

Хорошо нам с малышом!
Повалялись голышом.
Кремом смазали, где надо.
Отдыхай моя отрада!