В феврале журнал «Проспект» представляет писательницу из города Москва Галину Стеценко с рассказом «Своей избраннице» (12+). Это рассказ о школьной любви, мечтах и надеждах, о том, как со взрослением и через неожиданный случай к главной героине пришло понимание чувств… 
В рубрике наших партнёров – портала «Мы-Дети Книги» стихи Ирины Дружаевой, Нины Пикулевой, Надежды Радченко, Владимира Колодкина, Светланы Сон и Людмилы Улановой.

В журнале можно также почитать о жизни и творчестве финской писательницы Туве Янссон, писавшей на шведском языке, отрывок из её сказки "Дитя Невидимка" и много интересных статей.

Главный редактор журнала Лариса Васкан

Куратор странички МТО ДА Елена Овсянникова

 

Ирина Дружаева

Ждём теперь 8е марта

 

В день мужской календаря –

Двадцать третье февраля,

Одноклассникам - мальчишкам

Подарили мы не книжки,

Не игрушки, не тетрадки,

Не зефир, не шоколадки.

Ведь подарок лучший самый

Тот, что сделаем мы сами.

Все девчонки с увлеченьем

Для ребят пекли печенье.

Не жалели мы муки с молоком,

Пачку соли извели целиком.

Ну и что, что наперчили…

Ну и что, что пересол…

Это вовсе не причина

Для обиды и для ссор.

Только… После угощенья

Нет с мальчишками общенья.

Часто шепчутся в сторонке,

Подозрительно глядят.

Ой, мне кажется, девчонки,

Что они нам отомстят!

Ждём теперь Восьмое марта…

Что увидим мы на партах??

 

 

Нина Пикулева

Я проснулся и лежу

 

В доме тихо. Дремлет кот.

Дышит пузиком.

Дождь идёт. И снег идёт.

Мама в платье узеньком

Перед зеркалом поёт

Нежно, тихо, тоненько.

Папа рядом, он её

Называет: Оленька.

Я проснулся. И лежу.

Не спеша, на мир гляжу.

 

 

Надежда Радченко

Влюблённый 

«Цирцея, 
Клеопатра, 
Нефертити!
Вы ярче солнца летнего в зените.
Вы – как императрица на престоле
В сияющем хрустальном ореоле.

Волшебница,
Богиня, 
Афродита!
Ах, сердце, будто лампочка, разбито.
На Вас, как зачарованный, смотрю
И, кажется, вот-вот перегорю.

Заметьте же страдальца, бога ради!» –
Вздыхал фонарь, 
В окно на люстру глядя.

 

 

Владимир Колодкин

Мне бы в армию 

 

Мне бы вырасти повыше,

Да окончить детский сад –

Из меня бы точно вышел

Замечательный солдат!

Я уже немного воин –

Я не хнычу по утрам,

Закаляю силу воли

И посуду мою сам.

Утром делаю зарядку

Вот уж пятый день подряд,

И постель умею гладко

Заправлять как старший брат.

Я совсем без пистолета

И без острого клинка

Спас мою подружку Свету

От большо-о-го червяка!

Мне и чёрный кот не страшен,

А ведь он пугает всех.

Только… кто не любит кашу –

Не берут в солдаты… Эх!

 

 

Светлана Сон

Влюблённая наночастица

 

Ну, надо же было такому присниться:

Во сне превратилась я в наночастицу -

Немыслимо крохотную! Вот такую!

И смело большой интернет атакую!

Секретные коды теперь – не преграда,

Ах, как же, ребята, я этому рада!

Я ящик почтовый вскрываю у Сашки –

Позор!

           Променял он меня на Наташку!

Наташку из класса четвёртого Б,

Она в интернете – ни бэ и ни мэ!

Любимый дружок, оставляю записку:

- Ты вспомнишь не раз непоседу Лариску!

Но жаль, сообщенье без наноключа

Тебе не прочесть, дорогой каланча…

Ты в наночастицу, Сашок, превращайся,

Ко мне поскорее, мой друг, возвращайся!

Мы в нано-пространство свободно войдём,

Молекулой Счастья с тобой заживём!

Вжик! Прямо ко мне подлетела частица…

Сашок!!!

               Это ж надо такому присниться!..

 

 

Светлана Сон

Грустная квартира

 

В детский сад умчалась Ира,

Стала грустною квартира:

-Эх, во мне никто не пляшет!

Не поёт!

             Сачком не машет!

По полу никто не топнет!

Дверью кухонной не хлопнет!

Не стучит по батарее...

Ира, приходи скорее!

 

 

Людмила Уланова

Не сложилось

 (Из жизни рукокрылых и брюхоногих)

 

«Повстречались моллюск и летучая мышь.
Где – не знаю! Но встретились где-то.
Он сказал ей: «Ах, как ты красиво летишь!
А как быстро! Со скоростью света!»

Отвести он влюблённого взора не мог,
Взгляд ответный она подарила.
Прошептала ему: «О как ты брюхоног!»
Он шепнул: «О как ты рукокрыла!»

Но Эмилия Львовна сказала: «Смирнов!
Брюхоногих прошли мы в апреле.
Ни к чему столько громких возвышенных слов,
Мы не это услышать хотели.

Про повадки летучих мышей расскажи,
Про питанье, строенье скелета.
И пускай ни моллюски, ни львы, ни ежи
Не мешают нам слушать про это».

И моллюск, на прощанье вздохнув тяжело,
Уволок своё брюхо и ноги.
Так вот счастье любви, не начавшись, прошло.
Как жестоки порой педагоги!

 

 

 

Галина Стеценко

Своей избраннице  (рассказ для старшеклассников)

  

         Ира с завистью наблюдала воркование голубей на крыше невысокого строения во дворе пятиэтажек: в лучах нежного весеннего солнца они соприкасались своими клювами и чистили друг другу крылья... Скорей бы Митя вернулся из армии! Чтобы потом всюду вместе! Раз и навсегда, как голуби!

          Митя писал, что считает дни до дембеля. Ира зачёркивала числа в настенном календаре, ожидая эту весну...

           Известие о возвращении Мити быстро облетало друзей. Об этом Ире сначала мимоходом сообщила Юлька во дворе, а вечером мама подозвала к телефону. Ира взволнованно взяла трубку и услышала радостный голос Мити:

          – Иришка, привет! Я вернулся! Собираю стол завтра вечером. Охота всех увидеть!

          – Ты вернулся! Я так рада!.. – Ира не находила других слов восторга.

          – Обязательно приходи ко мне! Тебя сюрприз ждёт.

          – Сюрприз? Какой?

          – Приходи – увидишь, – заинтриговал он.

         После этого звонка Ира не находила себе места. Пыталась представить их встречу. Каким он стал? В чём ей лучше выглядеть завтра? Вернулся! Наконец-то! Теперь она не будет ежедневно проверять почтовый ящик в подъезде: есть ли армейское письмо? Будет живое общение! Сколько писем улетало ему и прилетело ей! Митя отвечал не сразу, писал коротко. Ира торопилась с ответом, отложив институтские задания, слала ему свои длинные описания, воспоминания, размышления: «Пусть поймёт, что для меня отвечать ему – дело первейшее. Солдатам армия кажется длинным тёмным коридором, а письма как фонарики помогают поскорее преодолеть путь и выбраться на свет...»

          Вечером, уединившись в своей комнате, Ира взяла толстый фотоальбом. В него она часто заглядывала. В нём – сокровенные фото школьных лет. Вот общая фотография 1-А класса: Ира с большими белыми бантами в косах, а рядом Митька, коротко подстрижен, в белой хорошо отутюженной рубашке, улыбается: в круглых щёчках глубокие ямочки. В младших классах она вглядывалась в этого мальчика, смущалась и краснела. Ира листала альбом дальше и любовалась Митей-подростком, всегда аккуратным, в модных рубашках и костюмах благодаря маме-швее. Десять школьных лет она хранила и оберегала эти чувства.

          За партой Ира украдкой разглядывала его профиль: высокий, наполовину прикрытый чёрными завитками лоб, густые чёрные брови, ровный нос. Восхищалась его огромными хваткими руками, умеющими ловко хватать и бросать мяч. Детское чувство к Мите, рождённое в ней в младших классах,  не увядало, а укоренялось,  набирало силу и  вместе с ней взрослело.

          – Ты ленишься учиться, Митя! А мог бы школу окончить без единой тройки … –  в старших классах твердила ему учительница. – Футбол тебе мешает или девочки?

         Митя невозмутимо молчал, как будто ему было безразлично, что о нём думают, и куда приведёт его дорога. А Иру колола учительская критика о нём, она болела за каждую его оценку, приходила в класс пораньше и спрашивала:

            – Мить, домашку сделал? Возьми мою тетрадь, скорей перепиши… Если что-то не понятно, спрашивай, объясню… – она готова была остаться после уроков и заниматься с ним хоть до утра, чтобы подтянуть его, наверстать упущенный материал. А он отмахивался:

           – Зря стараешься. Тройкой меньше, тройкой больше…Всё равно в институт не поступлю.

           – Ты можешь постараться и поступишь!

         Ира огорчалась, что он опустил руки и не пытался бороться, и злилась, что из-за этого он после школы не минует армии. Так и случилось…

          А вот фото, которое она сделала в фотосалоне, чтобы подарить Мите. Освежив перед зеркалом губы помадой и поправив причёску, села на стул в небольшой комнатке перед яркой лампой и фотообъективом. У неё было много любительских фотографий  разных школьных праздников и вечеринок с друзьями, но хотелось иметь портрет, сделанный настоящим профессионалом. Фото удалось. Иру вполне устраивало, как она на нём выглядела. Её пышные  после химической завивки волосы лежали волнисто и естественно, едва касаясь плеч. Крашеные ресницы обрамляли огромные серые глаза. Вот только возле правого уха она не прикрыла прядью волос родинку, но это никак не портило фото.

        Но в день проводов Мити в армию эта фотография пролежала весь вечер у Иры в сумочке и уехала с ней обратно, мучая её неисполненным желанием подарить новобранцу.

Потом в одном из писем Митя попросил её прислать фото, и на следующий день она отнесла на почту конверт с фотопортретом: «Дмитрию на долгую память от Ирины».

         Перед сном она вспоминала школьный выпускной вечер. Митя, самый красивый парень, танцевал с ней. Она, как невеста, в белом длинном платье. Ей казалось, что это их свадебный вальс. Головокружительно! Митя увёл её в сторону и крепко обнял. Потом подошла Юлька: «И я хочу с ним танцевать». С ним желали танцевать многие девчонки, и он танцевал с ними по очереди. А дальше… Ире не хотелось вспоминать: Юлька поцеловала его... Смелости у Юльки всегда хватало.

           Дверь Ире открыл Митя. Изменился, возмужал: лицо вытянулось, скулы выделились, волосы коротенькие. Он обнял Иру крепко, что она ойкнула и замерла. Она втянула его новый запах – сигаретный.

        Прошла в комнату. Все друзья уже собрались и наперебой высказывались. Юлька перед зеркалом примеряла его солдатскую фуражку. Мама ставила на стол тарелки с закусками. 

        Выпили за то, то было и что будет, закусили. Возбуждённый и счастливый Митя засыпал друзей расспросами,  а они – его. Показал ребятам свой армейский альбом,  сопровождая каждую фотографию комментариями. Вдруг вспомнил:

           –  О, для Иры подарок… Я сейчас.

           –  Надеюсь, не свадебный? Не обручальное кольцо? – иронично спросила Юлька. 

            Митя исчез за дверью, и тут же появился. Двумя руками он держал над головой огромный портрет. Все оторвали взгляд от раскрытого альбома. Узнали на портрете Иру:

           –  Уф, ты!

           –  Здорово!

           –  Красивая ты, Иринка!

           –  Это фото? Или картина? – потухшим голосом спросила Юлька.

           – Это фотография. Я видела у Иры такую, 10х15, – объяснила Майя. Ира вглядывалась в портрет и чувствовала, как тёплое течение огибает её сердце: «Увеличил ту самую фотографию, что я отсылала ему».

           –  Нет, это не фото, – определил кто-то. 

           Майя подошла поближе:

           – Действительно…

Портрет пустили по кругу. Митя развеял сомнения друзей:

           –  Это работа одного сослуживца. Его Игорем зовут. Наши койки в казарме рядом стояли.

           –  Спасибо, Митя! – Глаза Иры блестели счастьем, она обняла и поцеловала Митю в щёку. – Спасибо, тебе! Это необычный, дорогой для меня подарок. Твой товарищ прекрасно выполнил твой заказ…

           Митя замешкал, переступая с ноги на ногу:

           –  Если честно, это не мой заказ… Не так…

           –  Не твой?.. А как? – изумлённая Ира уставилась на Митю.

           –  А история этого портрета такова. – Начал Митя, как артист разговорного жанра, прислонив портрет к шкафу. – Мой армейский друг Игорь всегда был обособленным, молчаливым, задумчивым. Хотя воспитывался в большом коллективе. В детдоме. Кажется, писем он ни от кого не получал. От девчонок – точно не было. А у меня писем – отвечать не успевал! Все девчонки прислали мне свои фотки. Однажды я вытащил пачку фотопортретов. Все девчонки красивые! Ребята шутили: «Сколько невест! Гарем!»... Попросил посмотреть эту пачку фоток Игорь. Вижу – заинтересовался. Долго разглядывал и, представляете, попросил фото Ирки! Я сначала ему отказал. Но он так просил! Выпрашивал, с умоляющим взглядом. Ну я и дал. Он все два года её фото – вытащит, посмотрит, спрячет. Всё своё свободное время вместе с ней проводил. Любовался и рисовал...

          Ире было не по себе, она почувствовала, как что-то оборвалось внутри:

           – А сейчас, где та фотка?

           – У него.

           – Ты отдал? – вскипела Ира.

           –  Так он без неё её – никуда, на сердце носил. И увёз.

           – Я же тебе подписала! Тебе!

           – Взамен я тебе большой портрет привёз. Тебе что, не нравится?.. Чудачка! А всем понравился. Правда, ребята?

          Все молчали. Ира схватила портрет. Набросила в прихожей на одну руку светлый плащ и выскочила из квартиры.

           Придя домой, она пыталась сдержать слёзы. В своей комнате поставила портрет на стол и, упав на кровать, разрыдалась.

           – Ирочка, что случилось? – мать тихо присела на край кровати, положив ладонь на вздрагивающую спину дочери.

           – Как он мог! Как он мог так, мама?!

           – Да что произошло, скажи?

          Дочь всхлипывала, не объясняя. Потом выдавила из себя:

           – Он отдал мою фотографию какому-то Игорю. А я ему, ему подарила! Как он мог…

         Мама взяла со стола портрет и долго рассматривала:

           – Глаза, ресницы, губы – твои, узнаю. И все завитки – воздушные. Как так удалось! Чувствуется, этот человек с душой рисовал... Спасибо ему. Поблагодарить его не забудь за это. И Мите, спасибо, что вёз через полстраны…Давай в мою комнату повесим…

         Портрет был выполнен простым карандашом. Множество тончайших, аккуратно нанесённых линий отображали лицо Иры. 

         Девушка выплакалась и тоже оценила:

           – Да, точь в точь как на фото. Видно, долго рисовал…  

         Перед сном она корила себя за своё поведение, что вспылила на Митю, ушла раньше, а ведь он вёз портрет издалека, хотел её порадовать, а она обидела его: «Завтра же  извинюсь, надо всё исправить…» 

          На следующий день после института она пошла к Мите. Он открыл ей – с голым торсом, в спортивных штанах. Лицо было не бритым. Чувствовался запах сигарет и спиртного.

           –  Ты ко мне? – спросил он.

           –  Привет! К тебе. К кому же ещё? – удивилась вопросу Ира. Из прихожей через открытую дверь она увидела на диване Юльку.

         Ира потеряла дар речи от неожиданности. Быстро обратилась к Мите:

          –  Я ненадолго.  Дай мне, пожалуйста, адрес Игоря.

          –  У меня нет его адреса.

          –  А телефон?

          – Тоже нет. А у него какой адрес, телефон? Он же детдомовский! Неизвестно, где он будет жить после армии. Это он у меня спрашивал и записывал адрес, телефон...

          Летом Ира уехала из городка работать вожатой в детском оздоровительном лагере. Она хотела забыть о Мите, и активная работа, с утра до ночи с заботами о детях, помогала ей в этом.

Возвращаясь домой, она остановилась у подъезда, запрокинув голову, глядя на свой балкон. По его поручню ходил белый голубь, распустив хвост, издавая хриплое урчание, будто приманивал избранницу.

         После ужина мама сообщила дочери:

           –  Как жаль, что тебя не было дома…К тебе Игорь приезжал.

           –  Какой Игорь? – удивилась Ира. – Не знаю я никакого Игоря.

           –  Я его сначала тоже не признала и не хотела в квартиру  пускать... Но он показал мне твою фотографию, с которой портрет нарисовал...  А потом мы с ним чай пили... Он подставил табуретку, снял портрет со стены. Пыль с него платочком стёр. Волосы твои долго гладил... Сказал: «Я ощутил каждую клеточку на её лице, каждый волосок…А настроение у Ирины грустное, почему-то… Я это почувствовал…»  Долго мы с ним разговаривали. Он в Москву в художественное училище поступил. Мечтает настоящие картины писать...

           –  Мам, а я ведь так и не поблагодарила Игоря за портрет…

        Мама взяла со стола листок:

           –  Так поблагодари. Лучше поздно, чем никогда. Вот его адрес…

 

http://byton.net/mag1/2019/fev19.html
для смартфонов: 
http://byton.net/mag1/2018/fev19/mobile/index.html