Анкета для вступления в ТО ДАР, проза

1) Ф. И. О. Черкасова Анна Юрьевна. Год рождения: 1983 г. Место проживания: Московская обл., г. Домодедово.


2) Образование: высшее, квалификация «лингвист, переводчик» по специальности «Перевод и переводоведение» в Сибирском государственном технологическом университете (г. Красноярск, 2005 г.)


3) Член Союза детских и юношеских писателей. Курсы: «Мастер текста» (2018), «Пишем детскую книгу с Катей Матюшкиной» (2020), «Как написать детектив» (Катя Матюшкина. 2022, 2023), «Как написать смешной сценарий для детей и их родителей» (Артур Гройс. 2022), «Вот те раз, пишу рассказ!» (Катя Матюшкина, 2022).


4) Сказка в книгах "Про котят, котов и кошек" (2020) и "О чём говорят кошки" (2021) (издательства АСТ). В ближайшее время выйдут две книги — сказочный детектив («Астрель», прошла отбор) и фантастика для младших школьников (заключён договор). Всё — за счёт издательства.


5) Больше 50 публикаций в журналах «Солнышко» (Нальчик), «Чердобряк» (Пенза), «Вверх тормашками» (Киров), «Радуга» (Сыктывкар), «Шалтай-Болтай» (Великобритания), «Филчер» (Пенза), газете «Пионерская правда» (Москва), также в издании «Сценарии и репертуар» (Москва), «толстом журнале» «Волга XXI век» (Саратов), газетах «Розетка» (Московская область), «Школьные игры и конкурсы» (Москва) и др. В ближайшее время ожидаю выхода эпизода по моему сценарию в киножурнале «Ералаш».

6) Награды, премии - нет


7) Увлекаюсь этнографией, освоила дополнительную общеобразовательную программу «Язык, культура и межкультурная коммуникация» в МГУ им. М. В. Ломоносова (2019)

8) Чем можете помочь объединению: работать в редколлегии, работать в жюри конкурсов, работать с детскими произведениями, помочь со спонсорской помощью или самому добровольно перечислять какую-то сумму на счёт объединения.

ЧЕРКАСОВА АННА

р

Волшебный снежок

Идёт Саша по улице, ёжится от морозного воздуха. Вдруг под ноги ему падает волшебный снежок.

— Съешь меня! — говорит снежок.

— Фу! Не буду я тебя есть. Ты холодный и невкусный! — Саша пнул снежок, но поскользнулся и упал. Прямо в сугроб!

Саша не любил зиму. А зима не любила Сашу.

Идёт Амина по улице, щурит глаза от искрящегося снега. Вдруг под ноги ей падает волшебный снежок.

— Съешь меня! — говорит снежок.

— Ух ты, говорящий снег! Отнесу-ка я тебя домой.

В квартире снежок растаял.

— И правда, волшебный снежок, — восхитилась Амина. — Превратился в воду!

Идёт Соня по улице, куртка нараспашку, шапочка на бок. Вдруг под ноги ей падает волшебный снежок.

— Съешь меня! — говорит снежок.

— Ничего себе! Волшебный! Интересно, в кого я превращусь, если съем его, — сказала Соня и съела снежок. И превратилась в больную Соню, кашляющую Соню и чихающую Соню.

— Вот тебе и волшебный снежок! — качала головой Сонина мама, наливая в ложку лекарство.

Идёт Егор по улице. Везёт на санках младшего брата. Вдруг под ноги ему падает волшебный снежок.

— Съешь меня! — говорит снежок.

— Я лучше мороженое дома съем, — ответил Егор.

Схватил снежок и давай его катать по двору.

— Смотри-ка, наш снежок превратился в огромного снеговика!— сказал Егор брату. — Потому что это волшебный снежок.

 

Вредная привычка

Знаете, есть такие девчонки, которые делают вид, что они главнее мальчиков. Например, Даша — соседка по парте моего друга Санька. Даша его всегда спрашивает: «Ты дома рисунок нарисовал?», «Где твоя спортивная форма?» или говорит «Положи локти на стол» и «Не рисуй на обложке».

И многие девочки так себя ведут. Наверное, их для этого в школу и берут.

Но моя соседка по парте Ира сначала была нормальная: не лезла ко мне с вопросами, иногда подсказывала что-то на уроке, если я немного отвлекался на Санька.

Но недавно вот что она выдала! Сказала, что её раздражает, когда я кончик ручки или карандаша на уроке грызу.

Мне показалось это странным, и я возмутился:

— Я же не твои ручки и карандаши грызу.

— А меня это раздражает! И вообще — фу! — ответила Ира.

Я на её слова внимания не обратил — до тех пор, пока она не стала тыкать мне в бок линейкой каждый раз, когда карандаш или ручка оказывались у моего рта.

— Отстань, — сказал я Ире, когда она в очередной раз меня в бок ткнула. И тихонько добавил: — Может, мне так легче сосредоточиться.

— Ты у меня всё равно отучишься от этой вредной привычки, — ответила Ира шёпотом.

Так началось моё отучение.

Я долго терпел это издевательство над моим левым боком, но через два дня придумал хитрость: подложил под рубашку тетрадку и ремнём прижал её к телу. В начале урока я специально медленно потянул кончик ручки в рот. Ира привычно развернулась и ткнула меня своей ручкой. Думала, что ткнёт в бок, но получилось — в тетрадку.

Сразу было видно, что такой находчивости она от меня не ожидала.

— Ну тогда я тебе по голове буду линейкой давать, и ты у меня всё равно бросишь грызть ручки.

Я ей ничего не сказал, но под столом показал кулак. Ира на кулак посмотрела вскользь — сразу же отвернулась.

К концу урока я сам не заметил, как опять начал грызть карандаш — и тут же получил линейкой по голове.

— Ира! Это что ещё такое? — Марина Николаевна заметила Ирин отучительный процесс. И он ей, видимо, тоже не понравился, потому что она спросила: — Хочешь в дневник замечание?

Так я избавился от Ириного отучения до конца дня. Я специально грыз кончик ручки, карандаша, несколько раз даже одновременно и ручки, и карандаша. У меня даже зубы на последнем уроке заболели. А Ира только грозно смотрела на меня, сощурив глаза. Но сделать ничего не могла.

На следующий день на урок я пришёл во всеоружии: под рубашкой — тетрадка, в пенале — три ручки и три карандаша. Я не собирался всеми ими писать или даже все их грызть, но это я специально — для Иры.

Она молча посмотрела на мою коллекцию, и я почувствовал себя победителем.

На перемене я тайком вытащил из-под рубашки тетрадку. Решил, что бой выигран и теперь она мне не понадобится.

Вторым уроком у нас был русский язык. Я очень старался, чтобы не было помарок. В какой-то момент я о чём-то задумался и совершенно неспециально чуть не начал грызть колпачок ручки. Но едва я успел приняться за свою привычку, как мой язык страшно защипало, а на глаза навернулись слёзы. Во рту явственно чувствовался вкус чеснока.

— С ума сошла? — зашептал я, продышавшись с открытым ртом, как собака. — Ты мне что, все ручки чесноком намазала? Я же его ненавижу! Гадость! От меня ж теперь на километр пахнет!

— Так тебе и надо, понял? — Ира с довольным лицом показала мне язык.

Но война не была окончена. На перемене я собрал все ручки и карандаши, отмыл их от чесночного сока и всю перемену носил с собой. Ни на секунду не оставлял без присмотра.

Начался третий урок. Пришлось садиться за парту. Около Иры, кроме учебника, тетради и пенала, лежал чеснок. Я поставил свой пенал подальше. А ведь сообразительная оказалась девчонка?

Во время урока Ира вдруг легонько толкнула меня локтем в бок. Я возмущённо посмотрел налево. Ира кивнула головой на мою ручку, которая была уже на полпути к тому, чтобы опять оказаться погрызенной. А потом Ира покачала головой из стороны в сторону: мол лучше не надо.

Я победоносно прикусил кончик ручки и гордо посмотрел на Иру. В этот момент она с не менее победоносным видом взяла три зубчика чеснока, положила их в рот и принялась жевать. Лицо у неё сразу покраснело, а на глазах выступили слёзы. Я изумлённо смотрел на одноклассницу. Дожевав последний кусочек, Ира внезапно выдохнула мне чесноком прямо в лицо.

— Ты чего?

И тут Ира такое сделала! Она поцеловала меня. Прямо в губы!

— И так будет каждый раз, если не перестанешь грызть ручки! — сказала она потом. И запах чеснока окутал меня с ног до головы.

— Ненавижу чеснок! — Я изо всех сил старался сделать так, чтобы от этого чеснока не выступили слёзы на глазах.

— А я ненавижу, когда грызут ручки. — И Ира с широченной улыбкой взялась за новую задачу по математике.

 

Странная семейка Ивановых (несколько отрывков)

Мама в семье Ивановых — тоже странная. Хоть уже и совсем взрослая женщина.

Однажды она испекла необыкновенно (а как иначе у Ивановых!) вкусный пирог с вишней. Специально для папы.

Папа ел мамину выпечку так, что у него от удовольствия за ушами трещало. Особенно за правым ухом.

Наелся папа пирога, а спасибо маме не сказал. Может быть — забыл, может быть — постеснялся, может быть — невежливый был. Но вполне вероятно, что папа просто понадеялся, что спасибо за него скажут дети Ивановых или даже мама Ивановых сама себе. Ведь они все вместе пирог с вишней ели, и почему тогда папа один должен спасибо маме говорить.

Но странная мама папиного молчания правильно не поняла. Ей пришла в голову совсем уж чудная мысль: будто папа не сказал спасибо, потому что ему не понравился вишнёвый пирог. Выкинула мама рецепт и больше никогда-никогда такой пирог не пекла.

Вместо этого готовила удивительно странные пирожки — с солёными огурцами.

Дети Ивановых — хотя ещё и начинающие Ивановы, а уже тоже — странные. Например, сын Ивановых однажды пришёл из школы и попросил маму Ивановых помочь раздеться. Чтобы она и брюки с него сняла, и пуговки на рубашке расстегнула.

А надо сказать, что сын у Ивановых был уже совсем взрослый. Во второй класс пошёл.

И вот стала мама сыну помогать переодеваться, как будто он маленький. Как будто ему один годик и четыре с половиной месяца примерно. Она пуговки все расстегнула на рубашке, брюки стянула с лежащего на полу сыночка, надела на него домашнюю одежду, потом книгу вслух почитала про Колобка.

Вечером мама кормила сына Ивановых супом с ложечки и приговаривала: «Скушай за маму, скушай за папу. Откуси хлебушек за бабулю и компотиком запей за дедулю».

А перед сном и вовсе достала погремушки из чулана и дала их сыночку — поиграть.

И что самое странное, Иванов-младший не стал погремушкой играть. Он достал конструктор взрослый, железный (с двумя отвертками) и принялся собирать трактор.

Такой вот он странный, этот сын Иванов. Не стал погремушкой играть перед сном. Хотя днём и вёл себя как маленький.

Кстати, среди Ивановых есть и взаправду самый настоящий жадина. Это четвероюродный дядя Ивановых. А может и пятиюродный. Так сразу его и не подсчитаешь, этого дядю.

Так вот, этот дядя жадина — каких свет не видывал. И гордится этим.

«Жадным быть — хорошо. Когда ни с кем не делишься, тебе самому больше достаётся», — говорит он.

И сына своего учит жадничать.

Мальчика этого часто в школе просят дать списать домашнее задание. А он не даёт! И за это его иногда называют жадиной-говядиной. Обидно совсем немного, зато как дядя сыном гордится!

Но однажды этот сколько-то-юродный дядя узнал, что сын его, вместо того чтобы просто не дать списать, несколько раз на переменах помог одноклассникам задачи решить. Научил, подсказал, объяснил.

За просто так. Ни за что!

Ну и досталось же тогда бедному сыну жадины-дяди!

Хотя могло и больше достаться, просто дядя опять пожадничал…

Такие вот они — эти Ивановы. Некоторые — обычные, некоторые — странные, есть даже один незаурядный.

Живут себе Ивановы необычной странной жизнью и даже не замечают, как вокруг них некоторые тоже странными становятся.

Например, кто бы мог подумать, однажды даже учительница их сына стала на целый день странной. Представляете? Учительница!

Вот уж на кого никогда не подумаешь!

Когда сын Ивановых пришёл на урок чтения в спортивном костюме, учительнице это не понравилось. Её даже не убедил аргумент, что так удобнее сидеть за партой. А ведь сыну Ивановых, наверное, и в самом деле в школьном костюме неудобно сидеть. Иначе почему он на уроках всё время ёрзает на стуле и иногда встаёт без разрешения.

В общем, не согласилась учительница с сыном Ивановых насчёт спортивного костюма на уроке чтения. Вместо этого на следующий день пришла в класс на лыжах и в банном халате. Мне, говорит, сегодня так удобнее вас математике учить.

Все дети сначала посмеялись. Конечно, кроме отличников. Но потом поняли, что сын Ивановых не прав. Особенно хорошо они это поняли, когда на физкультуре учитель заставил их бегать по спортивному залу в домашних тапочках и шапочках для бассейна.

Тогда уж все одноклассники сына Ивановых внезапно догадались, что для всякого места и ответственного дела существует своя одежда. Специальная. Именно поэтому большинство людей не спят в водолазном костюме и не ходят на пляж в резиновых сапогах.

Вот что значит — учителя. Всегда учат только правильному. Доброму, вечному.

Поделившись с друзьями, вы помогаете нашему движению
Прочитано 161 раз

Последнее от Татьяна Шипошина. * Главный литературный редактор ТО ДАР. Председатель ТО ДАР

Люди в этой беседе

Комментарии (2)

  1. Надежда Шемякина

Анна, добро пожаловать в нашу дружную команду! Всегда рады новым талантливым авторам! Удачи в творчестве!

  Вложения
  1. Анна Черкасова    Надежда Шемякина

Спасибо за тёплый приём!

  Вложения
Здесь ещё нет оставленных комментариев.

Оставьте Ваш комментарий

Добавление комментария от гостя. Зарегистрируйтесь или войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 2)
Поделитесь своим местоположением