Лучшие произведения по версии дежурного редактора сайта «ДЕТИ+КНИГИ» 

Виктории Топоноговой  https://todar.ru/cb-profile/795-viktoriya за январь 2026

В ПОЭЗИИ были выбраны стихотворения

Сергея Никифорова  https://todar.ru/cb-profile/2716-nikiforov

«ШИРЕ КРЫЛЬЯ, ВЫШЕ ЛАПЫ»

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16041-shire-krylya-vyshe-lapy

и Ольги Шарковой https://todar.ru/cb-profile/2611-olga

«ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ»

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16063-figurnoe-katanie

а В ПРОЗЕ – рассказы Светланы Сороки https://todar.ru/cb-profile/2603-soroka

«ПРУТИК»

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16088-prutik

и Александра Ралота https://todar.ru/cb-profile/paw

«КАЖДЫЙ ХОЧЕТ ЛЮБИТЬ»

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16058-kazhdyj-khochet-lyubit

 

«ШИРЕ КРЫЛЬЯ, ВЫШЕ ЛАПЫ» автор Сергей Никифоров

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16041-shire-krylya-vyshe-lapy

В вальсе кружится Косой

С рыжей модницей Лисой.

А Ежиха и Осёл

Обожают рок-н-рол!

Полонез играет Пони

На заливистой гармони.

Второпях Слонихе Моль

Наступила на мозоль.

Приглашает Бегемот

Черепаху в хоровод.

Распевают две Кукушки

Новогодние частушки.

А интрига этой сказки

В том, что ВСЕ надели маски!

И пошла неразбериха –

Кто Осёл и где Слониха?

И, быть может, не Кукушки,

А Дрозды поют частушки?

Не узнаешь без подсказки

Кто скрывается под маской.

Чьи там уши, чьи клыки?

Когти, крылья, плавники?

Чьи копыта, чьи усы,

Лапы, клювы и носы?

Новогодний карнавал

Возле ёлки всех собрал.

И звучит под небосводом –

С Новым счастьем!

С Новым годом!      

«ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ» автор Ольга Шаркова

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16063-figurnoe-katanie

Зима в лесу преподаёт
Фигурное катание –
Ученики спешат на лёд
Показывать задания.

Являлась Зимушка вчера
Не зря к лесному озеру:
Его до самого утра
Всю ночь она морозила.

И вот на льду снеговики
Порхают, словно бабочки.
Мелькают острые коньки
И вязаные шапочки.

Покрыт замёрзший водоём
Чудесными узорами –
Застыли рыбки подо льдом
С восторженными взорами.

Летят снежинки на каток –
Нарядные, ажурные...
И рыбки мчатся на урок –
На плаванье фигурное!

 

«ПРУТИК» автор Светлана Сорока

https://todar.ru/proizvedeniya/item/16088-prutik 

Волшебник-декабрь припорошил деревья в школьном дворе лёгким сверкающим серебром, превратив их в хрустальные ледяные скульптуры.

Видимо, проникнувшись этой сказочной атмосферой Егоркина учительница, Нина Львовна, вдруг заговорила о чудесах.

‒ Ребята, ‒ глянув в окно, восторженно начала она, ‒ скоро Новый год. Я думаю, для каждого из вас этот праздник связан с чем-то необычным, незабываемым, волшебным. И хочу, чтобы дома вы написали небольшое сочинение-рассказ о чуде, которое произошло под Новый год с вами или вашими родными. ‒ Нина Львовна замолчала на мгновение и загадочно улыбнулась. ‒ Наверняка, ведь было?..

Егорка перевёл удивлённый взгляд с учительницы на старосту Галинку. Она на своей второй парте улыбалась и кивала, мол, конечно, было, было...

Нахмурившись, Егорка обернулся на Вовчика Рыкова. Вовчика обычно мало что интересовало. Разве что физкультура и игрушки в телефоне... А сейчас он оживился, и кажется, готов был написать...

«Да что они все сговорились?! ‒ сердито и немного обиженно подумал Егорка. ‒ Какие чудеса?!..

Урок литературного чтения был последним. Стоило звонку прозвенеть ‒  Егорка живо закинул в рюкзак учебники, оделся в раздевалке и одним из первых выскочил из школы. Мысли о сочинении расстраивали, злили, заставляли всё быстрее идти вперёд.

Обогнав его, мимо прошёл такой же взволнованный, суетливый человек.

‒ У нас депозиты с самой высокой ставкой, поверьте, не прогадаете... ‒ услышал Егорка обрывки его вовсе не сказочного телефонного разговора и в десятый раз подумал, что никаких чудес не существует. Ни Деда Мороза, ни Снегурочки, ни Бабы Яги... Он совершенно не представлял, о чём будет писать...

‒ Как о чём?! ‒ выслушав сына, сказал ему дома папа. ‒ О прутике напиши.

‒ О прутике?

Папа кивнул.

‒ Ну, не знаю... ‒ пожал плечами Егорка и в задумчивости ушёл в свою комнату. Она была готова к празднику: на окнах висела штора-гирлянда, в углу стояла пушистая нарядная ёлочка...

История с прутиком тоже произошла под Новый год несколько лет назад и тогда сильно впечатлила Егорку. Он улыбнулся и, опустившись на диван, окунулся в воспоминания.

В тот морозный солнечный день они с папой возвращались из школы домой. Шли молча. Егорка смотрел себе под ноги. И вдруг увидел на дорожке тонкую берёзовую веточку. Она беспомощно распласталась на снегу, замёрзшая, но живая. Захотелось согреть...

‒ Папа, смотри, прутик! ‒ позвал Егорка, показывая находку.

Папа без слов всё понял и предложил:

‒ Давай, возьмём с собой.

‒ Давай!..

Егорка взволнованно заёрзал на диване, вспомнив с каким трепетом он нёс прутик домой, прижимая к груди, заботливо укрывая меховыми варежками...

Дома, на кухонном столе, веточка оттаяла и обмякла.

‒ Папа, а прутик точно живой? ‒ забеспокоился Егорка.

‒ Конечно, живой, просто спит. Хочешь, разбудим?..

Егорка восхищённо закивал.

‒ Тогда неси вазу из комнаты. Ту, что на полке, прозрачную, с узким горлышком...

Егорка живо сорвался с места, и через минуту папа уже держал вазу в руках. Налил в неё воды из-под крана, опустил берёзовую веточку и, поставив на подоконник, сказал.

‒ Напьётся ‒ проснётся. Только придётся подождать...

Егорка вздохнул, вспомнив, каким томительным было для него это ожидание. Он каждый день подходил к окну, внимательно вглядывался в тонкие веточки с круглыми коричневыми почками ‒ ничего не происходило. Тогда Егорка решил, что папа пошутил, и  ждать перестал.

Наступил Новый год. Так же, как и сейчас, в комнате нарядили ёлку, а на кухне накрыли стол. В доме царило предвкушение праздника. Папа расставлял тарелки, мама дорезала салат, а Егорка подошёл к окну, и вдруг заметил, что на берёзовой веточке появились нежные зелёные листочки.

‒ Папа, мама, смотрите, проснулась!!!

Посреди снежно-белой зимы это было замечательным подарком, настоящим Чудом!

Прав папа, о нём обязательно нужно написать, а ещё лучше показать. И Вовчику, и Галинке.

Егорка поднялся с дивана и подошёл к окну. Во дворе, припорошенная снежком, росла тоненькая молодая берёзка ‒ тот самый прутик, который они подняли и отогрели по пути из школы.

 

«КАЖДЫЙ ХОЧЕТ ЛЮБИТЬ…» автор Александр Ралот

https://todar.ru/index.php?option=com_k2&view=item&id=16058

­Текст этого рассказа впервые опубликован в журнале "Камертон" https://webkamerton.ru/2026/01/kazhdyy-khochet-lyu...

Серб, боснийский солдат и английский матрос
Поджидали у моста быстроглазую швейку.
***
Закурили, сказав на своём языке
Каждый что-то о том, что Россия — болото.
Загоралась на лицах у них позолота
От затяжек... А там, далеко, на реке,
Русский парень запел заунывное что-то...
Каждый хмуро ворчал на своём языке.
Арсений Несмелов (Арсений Иванович Митропольский)
***
После бомбардировок Югославии «серба и боснийского солдата» в стихах поменяли на «югославский солдат», затем удалили кусок про отношение интервентов к России. В итоге на сцене Валерий Леонтьев стал исполнять весёлую и вполне позитивную песенку про несостоявшуюся любовь.

1986 год. Монгольская Народная Республика г. Улан-Батор. Дом советской науки и культуры

В те далёкие годы МНР была одной из немногих стран, в которых жёнам советских специалистов, исполняющих свой интернациональный долг, официально разрешено трудоустройство в любой организации, но всё же — желательно советской. Поэтому моя супруга — инженер-технолог — устроилась на работу в местный ДСНК (Дом советской науки и культуры, советский культурный центр за рубежом) в качестве… уборщицы. Замечу также, что в отличие от меня — ведущего инженера на строительстве элеватора, — она получала заработную плату в долларах! ($24 в месяц)

К чему я это всё рассказываю, да к тому, что с целью укрепления Советско-Монгольской дружбы на гастроли в эту богом забытую сторону приехал молодой исполнитель — Валерий Леонтьев. Скажу честно, я в то время относился к творчеству «этого кривляки», мягко скажем, — прохладно.
***
Зал был заполнен на сто процентов, хотя билеты на его концерт, конечно же, не продавались. Находчивая супруга, пользуясь «своим служебным положением», принесла стул и усадила меня за кулисами, в двух метрах от выхода на сцену. И я воочию увидел, как работает этот артист! И проникся к нему, — а следовательно, и к его песням: — искренним уважением. За тот вечер он похудел, наверное, килограмма на три, не меньше. И поэтому когда, спустя тринадцать лет, в его репертуаре появился самый настоящий хит — «Каждый хочет любить», эта весёлая песенка отныне — рингтон на моём телефоне.
***
Наверное, всевышнему было так угодно, чтобы лучшие (в самых разных сферах деятельности) люди, жившие в начале прошлого века в Российской империи, служили в армии, и затем становились участниками Первой мировой войны. Был боевым офицером известный поэт Николай Гумилев и мало кому известный — Арсений Несмелов.

Арсений Несмелов ***
Его настоящая фамилия — Митропольский. Его отцом был тоже литератор и вдобавок к этому ещё — надворный советник и секретарь Московского окружного военного медицинского управления. Молодой Арсений учился во Втором Московском кадетском корпусе, но по какой-то причине его не окончил, а перевёлся в Нижегородский Аракчеевский. Выпускником которого и стал в девятьсот восьмом году.

Четыре года спустя

В нескольких изданиях стали появляться его первые тексты. Возможно, Митропольский со временем и стал бы известным литератором, но помешала война. Двадцатого августа четырнадцатого года его призвали в армию. Сражался честно, себя не щадя, о чём свидетельствуют аж четыре Георгиевских ордена. Полученные за личное мужество и воинскую доблесть! Окопы Австрийского фронта не покидал все годы войны, кроме нескольких месяцев пребывания в госпитале.

Первое апреля 1917 года

Отставной подпоручик вернулся в Москву. За какую сторону дальше воевать — не колебался, — и полгода спустя воевал с большевиками. После чего подался на Урал, сначала в Курган, а потом уже и в Сибирь, в Омск. Там как раз формировалась дивизия прославленного в фильме «Чапаев» генерал-лейтенанта Каппеля, командующего Восточным фронтом.
***
Одно время служил адъютантом коменданта Омска полковника Василия Катаева. И был повышен в звании до... поручика.
***

Ноябрь 1919 года

Офицер Митропольский участвует знаменитом Сибирском (Ледяном) походе. Тридцатитысячная армия под командованием Каппеля покинула Омск и в пеше-конном строю двинулась на Иркутск. Цель благородная и практически невыполнимая — освободить арестованного чехами и переданного большевикам верховного Правителя России адмирала Александра Васильевича Колчака. Продвигались медленно, то и дело вступая в бой. От Ново-Николаевска (нынешний Новосибирск) до Барнаула и Красноярска.
***
Предстояла жестокая битва за город. И перед её началом авторитетный генерал издал удивительный приказ:

«Всем тем, кто сомневается в правильности дела и в победе разрешается:
Первое — идти и сдаться на милость большевиков.
Второе — просто уйти домой.
Ибо тех, кто останется и будет верен присяге, ждут тяжелейшие испытания и невзгоды!» ***
Состав дивизий резко сократился, однако их боеспособность стала значительно выше. Форсировали реку Кан, однако за Красноярском, всех ждала «дорога» вдоль незамерзающей реки, протяжённостью аж до самого Иркутска. Двинулись в невиданный в военной истории почти стопятидесяти километровый поход по льду и землям, куда в студёную пору ни птица, ни зверь лютый не прилетает и не забегает! А вокруг только треск от промёрзших деревьев. Одно слово — тайга непроглядная!
***
Получился небывалый в военной истории 110-вёрстный переход по льду реки, куда зимою ни ворона не залетит, ни волк не забегает, кругом сплошная, трескучая от морозов тайга.
***
Отчаянный приказ стал последним в жизни Каппеля. Его армия совершала марш-бросок в сорокаградусный мороз, ночью, в полной темноте, да ещё и по льду. То там, то здесь раздавались крики тех, кто проваливался под лёд. Угодил в полынью и генерал. Отморозил ноги. Пришлось срочно ампутировать. Неудачно. Началось заражение крови, и это вдобавок к уже имеющемуся воспалению лёгких. Более он уже не мог передвигаться самостоятельно, но всё ещё некоторое время продолжать командовать, будучи привязанным к крупу лошади.
***
Но поручику Митропольскому крупно повезло. Он выжил! И в начале весны следующего года, вместе с остатками Колчаковской армии, смог добрался до самого края земли, до Владивостока.
***
В городе власть держала «красная» областная земская управа. И если бы не поддельный паспорт писаря охранной стражи Китайско-восточной железной дороги, Арсений точно бы угодил в местные казематы. Случай помог ему найти убежище в местном госпитале с запоминающимся названием «Гнилой угол». Местные власти со временем отыскали бы белого офицера и там, но опять помог господин случай. Вскорости город оккупировали японские войска. Началось разоружение и расстрел революционных частей по всему Дальнему Востоку. Эти страшные события и послужили толчком к написанию ставших спустя много лет спустя популярных строк — «каждый хочет любить...».
В тот день, слушая беспрестанную пальбу за окном, бывший поручик выпросил у санитара клочок бумаги, начертал на нём пришедшее на ум стихотворение. Задумался, как подписать, вывел — Арсений… а потом вспомнил своего погибшего в боях за Тюмень друга и добавил — НЕСМЕЛОВ! Пусть люди помнят его хотя бы в моих стихах.
Дальше стихотворение зажило собственной жизнью. Его опубликовали в газете «Голос Родины», а — автору «милостиво предложили» стать редактором русскоязычной газеты «Владивосток Ниппо». Официального издания оккупационных войск в Приморье. Её издатель Рионосуки Идзуми искал именно такого русского, способного доходчиво и красиво объяснить местным жителям необходимость пребывания японцев на их исконных землях.
***
Поэт обосновался на берегу бухты Улисс вместе со своей супругой Еленой Худяковской и маленькой дочкой Наташей. Зарабатывал на хлеб журналистикой и литературой, продолжая подписывать свои тексты фамилией боевого товарища. Перезнакомился с местными и приехавшими поэтами-футуристами, подружился с уже известным Николаем Асеевым, тоже бывшим фронтовиком. Как это не странно звучит, хорошо и искреннее отзывался о советском революционном поэте — Владимире Маяковском.

Май 1924 года

Фортуна и на этот раз была благосклонна к Митропольскому. С большим трудом ему удалось-таки уйти от преследования сотрудников недавно созданной Чрезвычайной Комиссии. Вместе с тремя такими же как и он бывшими белыми офицерами покинул вновь ставший красным Владивосток. Переправились через Амурский залив и, поплутав по тайге, добрались до китайского Харбина. Выручила топографическая карта, которую подарил В. К. Арсеньев.
***
Двадцать лет Арсений прожил в этом практически русском городе, на реке Сунгари. И Харбин не был уникальным исключением. Ибо во всём Китае до конца сороковых годов прошлого века проживало почти миллион наших соотечественников, издавалось три сотни газет и журналов на русском языке!
***
Однако через пару лет, в начале пятидесятых, русская диаспора в Поднебесной... исчезла. Совсем! С приходом к власти Мао Дзэдуна многие были репатриированы обратно в Советский Союз, кое-кто сумел перебраться за океан — в Северную или Южную Америки или в Австралию.
***
Как известно, стихи не имеют границ. Его тексты знали, ценили и цитировали: и Марина Цветаева, и Борис Пастернак, и Григорий Адамович.

1945 год

В этом году фортуна повернулась к поэту совсем иной стороной. Советские войска, покончив с Квантунской армией, вошли в Харбин. И командование решило устроить встречу с местной русской интеллигенцией. Был организован банкет. После которого всех арестовали, не стал исключением и Несмелов. Через несколько месяцев, в пересыльной тюрьме близ пограничной станции Гродеково, ему был зачитан смертный приговор, вынесенный ещё в далёком двадцать четвёртом!

Шестого декабря того же года

Нет, поэта не расстреляли. Он ушёл в мир иной на холодном цементном полу от кровоизлияния в мозг.
***
Место его последнего упокоения неизвестно. Как и имена тех, кто запытал поэта до смерти.

Наше время

Николая Гумилева уже много лет в нашей стране почитают как классика. Его поэзию переиздали множество раз. Со стихами Арсения Несмелова такого, увы, не случилось.
***
Достал виниловую пластинку. Сдул с неё пыль. Включил выпущенный во времена Советского Союза проигрыватель «Вега». В какой уж раз слушаю заученную наизусть песню Леонтьева и — ищу на книжной полке потрёпанный и зачитанный до дыр журнал «Дальний Восток». Тридцать семь лет назад его редакторы не побоялись опубликовать Несмеловскую подборку стихов под названием «Прощёный бес». Надо бы перечитать заново. И конечно, друзьям показать. Чтобы помнили!

 

Поздравляем авторов!!!