ДОРОГИЕ КОЛЛЕГИ
Не забудьте оплатить взносы - от этого зависит существование нашего сайта todar.ru
Куча мала. Проза (64)
В этой категории находятся работы опубликованные с нарушением правил приема.
Для детей дошкольного и младшего школьного возраста
Из цикла "Мышка Муся. Лесные сказки"
ПОВЕЗЛО
Муся старалась побыстрее переделать все дела: заправить постель, позавтракать, почистить зубки, расчесать усики… Ведь ей предстоял долгожданный поход — в гости к бабушке и дедушке!
Мусины родные живут довольно далеко, на Ландышевой опушке, близ Весёлого ручья. Ах, какие красивые там места! По весне на опушке расцветают душистые ландыши, словно жемчужные колокольчики, а в воздухе всегда разливается радостное журчание Весёлого ручья — он даже зимой не замерзает, так бодро спешит по лесу вприпрыжку.
Мышка с нетерпением ждала, когда же она снова побывает в уютном домике у ручья, послушает увлекательные рассказы дедушки — он любит вспоминать молодость, — отведает знаменитых бабушкиных голубцов с грибами… И вот наконец мама с папой решили проведать своих родителей. Мама напекла целую корзинку пирожков с ежевикой — ведь на Ландышевой опушке ежевика не растёт, а старикам будет приятно покушать сладкого. Папа приготовил для дедушки лупу — чтобы тому легче было читать. А Муся сплела красивую кружевную салфетку — этому искусству она научилась на уроках макраме тётушки Паучихи.
Солнышко поднялось уже довольно высоко над поляной, когда мышиная семья отправилась в небольшое путешествие. Папа пересказывал маме какую-то новую статью из научного журнала, пока они не спеша шагали по тропинке. А Муся радостно семенила впереди, обогнав родителей с их скучными разговорами. Давно она не отходила так далеко от дома! Мышка с интересом осматривалась вокруг. Вот высокая стройная сосна с беличьим гнездом. Тут живёт тётя Рыжули со своей семьёй. А вон там, вдалеке, виднеется вершина самой большой и старой ели в лесу. Говорят, именно там — дупло страшной Совы. Ух! Хорошо, что совы не летают днём.
Размышления Муси прервал какой-то шум из-за кустов. Громкий щебет и писк, словно стайка маленьких птичек сражалась с врагом. Неужели на них напала сова? Или другой хищник? Надо помочь! И мышка отважно ринулась на звук. Прошмыгнув сквозь тесно сплетённые ветви кустарника, она выскочила на небольшую прогалину. Тут росло огромное раскидистое дерево, у корней которого, прямо над самой землёй, суматошно носились две птички-мухоловки. Это они так громко шумели, наперебой крича что-то на своём птичьем языке трелей и щебета.
«Всё ясно, — подумала мышка, — наверняка их птенчик выпал из гнезда, бедняжка». Но под деревом никого не было! И только подбежав совсем близко, Муся догадалась, в чём фокус. Оказывается, она была права: из гнёздышка мухоловок выпал птенец. Однако малыш умудрился не просто упасть в траву — он провалился в чью-то заброшенную нору, словно в колодец. Птенчик отчаянно пищал от страха и голода. Да, было от чего расстроиться его родителям!
Но если вы думаете, что Муся растерялась, то вы ошибаетесь. Она мгновенно поняла, что нужно делать. Звать на помощь папу! Уж он-то всё знает и умеет.
Папа Мыш не подвёл. Оказавшись на месте происшествия, он быстро оценил обстановку и принялся уверенно командовать:
— Всем успокоиться! Начинаем спасательную операцию. Папа-мухолов! Лети на старое болотце к бурому Вальдшнепу. Попроси его жену заглянуть сюда ненадолго. Мама-мухоловка! Принеси птенцу муху пожирнее — он должен подкрепиться. Муся! Спускайся в нору и проверь, как себя чувствует малыш и насколько крепко он там застрял.
— А мне что делать? — робко спросила Мама-мышь. Папа казался ей грозным военным генералом.
— Тебе? Ты будешь часовым! Мы займёмся спасением, а ты смотри вокруг, чтобы никто и ничто нам не помешало. Задача ясна?
— Так точно! — бодро откликнулась мама. Она вскарабкалась на пенёк и принялась внимательно смотреть по сторонам.
Муся тем временем попыталась спуститься в норку к птенчику. Но малыш был такой толстенький и пушистый, что занимал всю нору, да и земля из-под мышкиных лапок сыпалась прямо ему на голову. Нет, так не пойдёт… И тут Муся сообразила: ведь это нора, так? Но многие животные, как и мыши, устраивают несколько комнат в своей норке, делают кладовочки и обязательно — дополнительный ход, отнорок. Так, на всякий случай. Значит, можно поискать другой подход к пленнику.
Не прошло и двух минут, как Муся отыскала такой ход. Ловко проскользнув по нему, она добралась наконец до птенчика. Теперь перед ней были ножки и покрытое пухом тельце, а не только широкий жёлтый клюв.
— Папа, малыш не ранен и застрял не слишком сильно. Кажется, всё с ним в порядке! — крикнула Муся.
— Вот и отлично, — откликнулся папа. А теперь я вытащу его с помощью хвоста. Объясни птенцу, что он должен схватиться за хвост. Крепко, но не слишком. Боюсь, как бы со страху он меня не искусал.
— Но ведь он птица, папа, зубов у него нет!
— Ах да, я как-то упустил это из виду, — смущённо признался папа.
— Оберни хвост листком лопуха или подорожника, — посоветовала Муся. Всё-таки клюв у него, наверно, твёрдый и острый.
— Молодец, — похвалил мышку папа, — так и сделаю.
Папа спустил в нору хвост, птенчик без долгих уговоров ухватился за него, папа потянул, а Муся принялась толкать снизу. Медленно, постепенно, с трудом — но дело продвигалось. Вернее, продвигался птенчик — вверх, к свету и зелёной травке. И вот он уже на земле!
— Ура! — воскликнула мама-мышка. А мама-птичка тут же угостила сыночка вкусной мухой.
Папа-мышь, как ни в чём не бывало, невозмутимо протирал стёкла своих знаменитых золотых очков. А все остальные бурно радовались и восхищались блестящим проведением спасательной операции.
— Но, папа, а как же вернуть птенца в гнездо? — вдруг спохватилась Муся. Ведь оно так высоко на дереве…
— Всё продумано. Помощь уже совсем близко. А вот и она!
— Помощь?
— Ну да. Познакомься, Муся: Тётушка Вальдшнеп.
— Здравствуйте, Тётушка, — вежливо произнесла Муся. Выговорить «Вальдшнеп» она не стала даже пытаться — побоялась обидеть новую знакомую, нечаянно исковеркав её имя.
— Я уже знаю, что тут у вас произошло, — добрым голосом сказала большая длинноклювая Тётушка. — Мы, вальдшнепы, умеем переносить своих деток, куда нужно. А уж этого-то малявку я запросто доставлю домой. Где ваше гнездо?
Мухоловки показали своё гнёздышко. Тётушка ловко подхватила птенчика длинными пальцами, осторожно прижала к своему мягкому брюшку и резко взмахнула крыльями. Раз, два — и маленький любитель приключений очутился наконец в родном гнезде. Счастливые родители благодарили умелых спасателей, а малыш моментально заснул, пригревшись под маминым крылом.
… Когда мыши снова направились к Ландышевой опушке, Муся воскликнула:
— Как нам сегодня повезло!
— Ты хотела сказать «им с нами повезло»? — откликнулся папа. — Ещё бы, конечно.
Но мама поняла Мусю с полуслова. Она тихонько сказала:
— Ты права, доченька. Сегодня нам выпало счастье помочь слабому. Повезло!
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для дошкольного и младшего школьного возраста
Из цикла "Мышка Муся. Лесные сказки"
Муся вот уже несколько дней пребывала в радостном волнении: приближался день рождения её лучшей подруги — белки Рыжули. Мышка заранее приготовила подарок. Она насобирала ягод рябины, выбрала самые яркие, хорошенько вымыла их и высушила, разложив на широком листе. Сухие ягоды Муся осторожно проколола шилом — тут ей немножко помогла мама, — а потом нанизала на тонкую верёвочку, сплетённую из волокон коры. Получились самые настоящие бусы. Очень красивые и при этом ароматные и даже вкусные.
— Квак, а ты приглашён в гости к Рыжуле? — спросила Муся лягушонка, когда они увиделись на берегу пруда.
— Приглашён, приглашён, — неожиданно равнодушно отозвался тот. — И что все находят в этом празднике — не понимаю. Собирается толпа народу, шумят, лопают твою вкусную еду и дарят всякие ненужные вещи.
— Да ты что, Квак, — поразилась Муся, — какая тебя муха укусила? Разве не весело друзьям собираться вместе, играть, лакомиться и радоваться, дарить и получать подарки?
— Ну, не знаю. Может, мне просто не везло, но часто я получал совсем не те подарки, о которых мечтал. А от этого настроение портится. Очень сильно.
Потом они заговорили о другом, но на душе у Муси стало как-то неспокойно. Она задумалась: а что, если Рыжуле не понравится её подарок? А что, если другие подарки будут лучше? А что, если?..
И вот настал тот самый день. Мышка Муся собиралась в гости чуть ли не с рассвета, хотя Рыжуля пригласила друзей приходить на праздник в полдень, когда солнышко будет светить прямо над Ежевичной Поляной. Мама повязала Мусе на каждое ушко по ленточке, — ты не представляешь, до чего трудно маленькой мышке сделать это самой! — а на хвостике Муся самостоятельно соорудила пышный бант. Она тщательно умыла мордочку, расправила усики, почистила зубы… Ну, кажется, всё. Пора идти в гости. Свой подарок — рябиновые бусы — Муся завернула в мягкий лист, сколов края сосновой иголкой.
Белки устраивают себе жильё по-разному. Одни селятся в дуплах деревьев, а другие строят гнёзда из веточек, похожие на шары, с аккуратной круглой дырочкой-входом. Дом Рыжули — как раз такое гнездо-шар. А построено гнездо на большой сосне, растущей у самого края Ежевичной Поляны. Так что далеко идти Мусе не пришлось. Не спеша она подошла к сосне, стараясь держать хвостик повыше, чтобы бант не испачкался и не зацепился за сосновые иголки — ведь под соснами и елями всегда лежит ковёр из опавшей хвои.
А я знаю, о чём ты сейчас думаешь! Как же Муся сможет забраться в Рыжулино гнездо? Как туда доберутся другие гости — зайчик, ёжик, лягушонок? Да и поместятся ли они в беличьем доме?
Дом у Рыжули не так уж велик, да и лифта у её сосны, конечно, нет. Так что праздник решили устроить в виде пикника под сосной. И удобно, и просторно, и воздух свежий, и тенёк. И маме Рыжули легко угощение приносить, а заодно и присматривать сверху за всей компанией.
Подойдя к сосне, Муся увидела, что Рыжуля помогает маме накрывать на стол. Точнее, на одеяло. Стола-то не было. Зато на широком и разноцветном лоскутном одеяле можно было устроиться с большим удобством. А на круглых зелёных листочках белки приготовили угощение для каждого гостя: орешки для Муси и Рыжули, вкусные корешки для зайчика Лопушка и ёжика Шуршика, а для Квака — парочку самых жирных мух.
— Ура! Вот и мой первый гость! — радостно вскричала Рыжуля при виде мышки.
— А вот и твой первый подарок! — рассмеялась Муся. — Поздравляю, дорогая подружка!
Рыжуля положила подарок посередине праздничного ковра и вздохнула:
— Ой, как мне ужасно хочется увидеть его! Но в этом году я решила сделать так: буду разворачивать подарки, когда соберутся все гости: пусть сюрприз будет для всех, так интереснее. Скорее бы все пришли!
— Гляди-ка, в день рождения желания и вправду сбываются, — улыбнулась Муся.
К сосне уже подходили остальные гости, все вместе — Лопушок, Шуршик и Квак. И у каждого в лапках было по таинственному свёртку. Кроме того, Квак принёс очень красивый цветок кувшинки.
Друзья поздравили Рыжулю, расцеловались с ней и нажелали много-много радости и счастья. Потом все расселись на ковре и приготовились наблюдать за разворачиванием подарков.
Рыжуля потёрла лапки:
— Приступим. Я так волнуюсь! С какого бы подарочка начать? Первым был Мусин. Вот он. Ну-ка, ну-ка… Ах, какая красотища! Муся, неужели ты сама сотворила эту прелесть?
— Нравится? — смущённо спросила Муся.
— Да я просто в восторге!
Белочка сразу надела бусы на шею — они оказались вполне подходящего размера и очень ей шли.
— Чей подарок следующий? Это твой, Шуршик?
— Ага, — пропыхтел ёжик. Это я тоже… сам… для тебя.
Под упаковкой из большого листа обнаружилась прозрачная коробочка, наполненная самыми разными семенами, плодами и орехами. Рыжуля запрыгала на месте:
— Вот здорово! Да ведь тут все мои самые любимые лакомства: и кедровые, и лесные, и земляные орешки, и… Ух ты, да тут ещё сушёные яблоки и груши! И грибы! Шуршик, как ты хорошо потрудился! Спасибо тебе огромное! — и Рыжуля чмокнула ёжика прямо в нос.
— Открывай мой, — предложил Лопушок. — Он тоже должен пригодиться.
Белочка развернула подарок и удивлённо ойкнула:
— Ой, тут жучки какие-то!
— Где жучки? Что за жучки? — заинтересовались зверята.
— Да вот они. Чёрненькие… — растерянно пробормотала Рыжуля. Заяц Лопушок негромко засмеялся, показывая острые зубки и морща розовый нос:
— Да нет, подружка, что ты! Никакие это не жуки. Это семечки! Такие вкусные-вкусные, вроде орешков.
— Никогда таких в лесу не встречала. Надо же, как интересно! Ну, ты, Лопушок, прямо фокусник или волшебник: где же ты их нашёл? — Рыжуля аккуратно разгрызла семечку и блаженно зажмурилась: вкусно!
— Мне дядя Косой помог. Он живёт у целого поля удивительных цветов — подсолнухов. Это такие… такие… солнышки на ножках, которые очень любят солнце и всегда на него смотрят. И постепенно в них, как в корзинках, созревают вкусные семечки. Дети дядюшки Косого их так любят, так нахваливают — вот я и решил, что тебе тоже понравятся.
— Понравились, очень понравились! Вот попробуйте! — и Рыжуля угостила друзей. Впрочем, Квак отказался, потому что любителем орешков и семян не был. Зато теперь как раз пришла очередь открывать его подарок.
— Что же тут спрятано? Какой длинный свёрточек… Уж-жасно интересно, — приговаривала именинница, распаковывая последний подарок. — Готово! Вот оно… он… она? Квак, а что это такое?
Рыжуля держала в лапках зубную щётку с длинной ручкой. Ручка была розовая, а щетина — голубовато-белая.
— Как что? Это же расчёска для твоей пушистой шубки! — объяснил лягушонок. — Не угодил, да?
— Ура-а! — завопила Рыжуля! — Я всегда мечтала сама ухаживать за шубкой и быть самой-пресамой аккуратной и чистенькой. Но никак не могу дотянуться до непослушных шерстинок на спине — приходится маме их приглаживать. А теперь — теперь я буду причёсываться легко и быстро. И всё благодаря тебе, дорогой Квак! Я очень-очень рада! Спасибо!
Лягушонок так застеснялся, что даже не нашёл слов для ответа. Тогда он сделал вид, будто ужасно заинтересовался пролетающим мимо мотыльком.
Рыжуля прыгала от счастья и снова благодарила всех за такие замечательные подарки. А потом друзья играли в разные игры, пили чай, разговаривали о том о сём — и незаметно день подошёл к концу. Солнышко уже не стояло над поляной, а путалось в ветвях деревьев, и его сверкающие лучи веером пробивались сквозь листву. Гости стали прощаться и расходиться по домам.
Вскоре Муся с Рыжулей остались вдвоём.
— Послушай, — спросила мышка, — а что было бы, если бы… ну…
— Что, что? — подбодрила её белочка.
— …если бы тебе не понравился чей-нибудь подарок? — решилась Муся.
— А такого просто не может быть. Ведь у меня же есть «пра-пра»!
— Прабабушка, что ли?
— Да нет, — расхохоталась Рыжуля, — праздничное правило.
— Это какое же?
— А вот послушай мою историю. Когда я была маленькой, мама пообещала подарить мне куклу. И я так размечталась о ней — представляла, какие будут у куклы волосы, какое платье… А потом мама, наконец, подарила мне куклу, и я…
— Обрадовалась?
— Наоборот: ужасно рассердилась. Кукла оказалась совсем не такая, как я навоображала. Я фыркнула и сказала маме, что подарок мне не нравится. Мама расстроилась, но меня не ругала, просто спрятала куклу в шкаф. А я убежала на самую верхушку сосны и заплакала. Немножко поплакала, а потом подумала: но ведь кукла-то красивая. И мама так надеялась, что я обрадуюсь, а я её обидела — совсем зря, понимаешь? И тогда я придумала «пра-пра». Праздничное правило.
Рыжуля выпрямилась и торжественно произнесла:
— «Я буду рада любому подарку!»
— Так просто? И это помогает?
— Конечно! Я всегда помню об этом правиле, поэтому не мечтаю и не представляю заранее подарок — ведь любой мне понравится. И знаешь, теперь я никогда не разочаровываюсь. Я хочу, чтобы мне подарили любой подарок — и моё желание всегда исполняется!
— А если подарок окажется, например, совсем не нужной штукой?
— Таких подарков не бывает. Каждый подарок — знак любви и дружбы, а это всегда нужно. Посмотрю на эту «штуку» — и подумаю о том друге, что её преподнёс. И мне сразу станет радостно!
… В эту ночь Муся долго не могла уснуть. Она всё думала о том, какие всё-таки удивительные и замечательные у нее друзья, и как она счастлива. А ещё она решила, что Рыжулино «пра-пра» стоит сделать общим правилом всей их дружной компании. И тогда даже Квак полюбит отмечать день рождения.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для дошкольников и младших школьников
Из цикла "Мышка Муся. Лесные сказки"
Предисловие
В большом Сказочном Лесу, на Ежевичной Поляне, живёт дружная семья лесных мышей. У них очень уютный домик-норка под корнями старой сосны.
Папа Мыш — серьёзный и солидный. Он любит сидеть в кресле-качалке и размышлять. По вечерам, надев на нос очки в блестящей золотой оправе, он листает толстые научные журналы. А потом рассказывает маме Мыше длинные истории.
Истории бывают порой интересные, а порой и не очень. Но мама всегда слушает внимательно и терпеливо: ведь папе так приятно делиться с ней прочитанным! А ещё мама Мыша превосходно вышивает крестиком и печёт самые вкусные пироги в Волшебном Лесу.
Папа Мыш всегда мечтал о сыне. Он садился в свою любимую качалку, поднимал глаза к потолку и задумчиво бормотал:
— Я назову его Аподемусом*…
Маме он объяснил, что это — самое научное имя для серьёзной мыши, но всё-таки ей хотелось бы назвать будущего малыша как-нибудь иначе. Однако с мужем Мыша не спорила.
Дело решилось само собой, потому что вместо сына у них появилась дочка. Мама волновалась, не расстроится ли папа, но Мыш был очень счастлив.
— Знаешь, Мыша, я так рад, что мы теперь родители! Вот только…
— Только что?
— Только как же мы назовём дочку? Имён для девочек я не придумывал, а Аподемусом её точно не назовёшь…
И тут маме пришла в голову отличная идея:
— Мы назовём ее… Муся!
Папа обрадовался и долго рассказывал знакомым, что именно его «Аподемус» подсказал имя для доченьки.
Мышка Муся растёт, как говорится, не по дням, а по часам, и родители не могут на нее нарадоваться — такая она весёлая, добрая и умная. У Муси много друзей, а нрав у нее очень любознательный и непоседливый. Поэтому в жизни Муси постоянно происходит масса замечательных событий. Некоторые из мышкиных приключений собраны в этой книжке.
* Apodemus uralensis - это лесная мышь на латыни.
Как Муся помогла феечке
Однажды после обеда мышка Муся выбежала из норки, чтобы немного порезвиться на поляне. День был ясный, солнечный, цветы кивали друг другу разноцветными головками, а птицы перекликались:
— Пить-пить?
— Тень-тень!
«Наверное, им жарко», — решила Муся.
Она задумалась, кого бы из друзей позвать поиграть, но вдруг… Пожалуй, ни одна сказочная история не может обойтись без этого «но вдруг». А знаешь почему? Да потому, что именно после этих слов начинается самое интересное.
Что же случилось с Мусей? Думаешь, что-то невероятное? А вот и нет: просто она увидела феечку.
Феечки — особый народец: не путай их с такими большими и солидными феями, как Золушкина крёстная. В Сказочном Лесу живёт много феечек. Скажу тебе по секрету: порой они залетают и в наш, обыкновенный мир. Ведь феечки так любопытны! Но люди не замечают их, потому что издалека феечку не отличить от бабочки.
Феечки — существа тонкие, нежные, но весёлые и трудолюбивые. Это они протирают от пыли зелёную травку, сажают полевые цветы и подставляют плоды под солнечные лучи, чтобы подрумянились как следует. А самые маленькие — ходят в школу, где обучаются всем важным премудростям.
Но что же наша Муся? Мы чуть не забыли о ней. Итак, она увидела феечку. Увидела — и удивилась. А удивилась потому, что феечка была необычная — она не порхала над полянкой, а медленно брела по тропинке, и даже крылышки её так уныло обвисли, что было видно издалека: феечке нерадостно.
Муся поспешила догнать бедняжку и осторожно, стараясь не пощекотать жёсткими усиками, заглянула ей в лицо:
— Здравствуй, милая феечка! Что с тобой случилось, отчего грустишь?
— Здравствуй, мышка. Спасибо за твою заботу. Ничего со мной не случилось, просто… просто… — и тут прекрасные фиалковые глаза феечки наполнились блестящими слезами.
— Ну расскажи, попробуем вместе горю твоему помочь, — не сдавалась Муся.
Феечка вздохнула и начала свой рассказ:
— Видишь ли, добрая мышка, сегодня утром слетелись мы с подружками на занятия в школу волшебства. И каждой из нас учительница дала особое задание. И выполнить его надо обязательно, иначе учиться дальше нельзя. А я уже полдня потратила, а задание выполнить не могу. Поделом мне: таким простым урок показался, что я смеялась и перед подружками хвасталась, что быстрее всех управлюсь… — и феечка низко опустила голову.
— Не печалься ты так, я тебе помогу. Что за странное задание такое: лёгкое, а выполнить не получается?
— Дали мне две ягодки: улыбничку и грустнику. И должна я до вечера улыбничку вырастить, а грустнику съесть.
— Только и всего? Ведь вы, феечки, с детства умеете растения волшебной силой за час выращивать! А уж скушать ягодку — это все умеют, — улыбнулась Муся.
— Вот и я так подумала, — призналась феечка. — Но никак не могу я эту ягоду вырастить, понимаешь? Я уж и сажала её в землю, и листочками укрывала, и росой поливала, и песню волшебную пела — не растёт! Тогда я решила хоть вторую часть задания выполнить: ягоду грустнику съесть. Но смогла только крошечный кусочек откусить — и тут же выплюнула. Горькая она, кислая, противная до невозможности!
Феечка всё-таки не выдержала и расплакалась. И тогда Мусе стало её жалко — до того жалко, что она решительно проговорила:
— Ну, вот что. Ты плакать погоди. Покажи-ка мне лучше эти ягоды.
Феечка открыла свою сумочку, ловко сшитую из листа смородины, и достала две небольших ягодки.
— Вот эта, красная, блестящая и ароматная, — улыбничка. А эта, чёрная и сморщенная, — грустника.
— Знаешь что? Не такая уж эта грустника и страшная. Давай я помогу тебе её съесть. Можно?
— Ну, попробуй, — с сомнением сказала феечка.
Муся уселась поудобнее, взяла ягоду в лапки и храбро откусила от нее кусочек своими острыми зубками. В следующую секунду её розовый нос сморщился, усы задрожали, а чёрные глазки-бусины зажмурились. Ох, до чего невкусная ягода! Но Муся твёрдо решила помочь своей новой подруге. Она представила, что принимает противное лекарство, быстро разжевала кусочек грустники и заставила себя его проглотить.
— Ой! — вскричала феечка. — Бедная мышка! Нет, я так не могу: я должна тебя утешить. Скорее, откуси от улыбники!
— Но… — пыталась возразить Муся.
— Никаких «но»! Все равно урок мне не выполнить, так чего же ягоду жалеть? Ешь скорее!
Муся с благодарностью протянула лапку за алой ягодой. А как только откусила кусочек, настроение сразу изменилось. Улыбничка не просто вкусная — она волшебно вкусна, а у того, кто её ест, появляется такое чувство… Ну, как бы его описать? Словно тебе рассказали смешную историю, прочитали интересную книжку, познакомили с новым другом и подарили щенка — и всё это сразу.
Муся сразу позабыла о невкусной грустнике. Она ещё наслаждалась улыбничным угощением, когда услышала удивлённое феечкино:
— Ой!
— Ты сегодня что-то многовато ойкаешь, — шутливо начала Муся… и сама себя перебила:
— Ух ты!
И было чему удивиться. Маленькая красная улыбничка вдруг увеличилась раза в два. Рядом с ней грустника казалась ещё меньше, чем раньше.
— Ура! — феечка даже в ладошки захлопала. — Теперь я поняла: радостью нужно делиться, тогда она и вырастет! Кому бы ещё предложить кусочек улыбнички?
Феечка оглянулась по сторонам.
— Жаль, что на поляне никого нет. У меня осталось так мало времени — только до первой звезды.
Тут Муся лукаво улыбнулась и даже задвигала ушками:
— Никого, говоришь? Ну, тогда я сейчас покажу тебе маленькое волшебство. Или фокус. Гляди!
Мышка подбежала к соседнему дереву, подобрала с земли сухую веточку и постучала по стволу. Тук-тук, тук-тук-тук! Не прошло и минуты, как с верхушки дерева рыжей молнией метнулась белка. Она уселась на нижней ветке и затараторила:
— А, Мусенька, привет, как твои дела? А я думаю: кто это стучит? Давай в догонялки поиграем! А мне сегодня знаешь, что мама…
— Да погоди, Рыжуля, важное дело есть: наша помощь нужна.
— Помочь я всегда готова, если дело доброе, — и Рыжуля спрыгнула на землю.
Муся познакомила её с феечкой. И оставив новоиспечённых подружек щебетать, направилась к середине поляны. А по пути заглядывала под листочки, за камни, в маленькие норки и другие тайнички, где жили её многочисленные друзья, приятели и просто хорошие знакомые. В центре поляны росли колючие кусты ежевики. Тут любил отдыхать заяц Лопушок — лучший Мусин друг. И тень, и от врагов защита, и с Мусей рядом. А ещё — красивые цветы весной и вкусные ягоды летом.
Лопушок сразу согласился помочь Мусе. Собрались и те друзья, которые оказались дома в тот момент.
Вот так и получилось, что не успела феечка Рыжуле на все её вопросы ответить, как вокруг уже целая шумная толпа собралась. Муся объяснила зверятам, что нужно делать, и все согласились. Друзья выстроились в цепочку и по очереди подходили к феечке. Каждый откусывал кусочек грустники и тут же улыбничкой закусывал.
Первой вызвалась белочка Рыжуля. Она куснула грустнику и сморщилась:
— И правда, уж-ж-жасный вкус!
За ней потянулись остальные: гусеница Ивка, зайчонок Лопушок, кузнечик Прыг, лягушонок Квак и даже пожилой дядюшка Крот.
Муся наблюдала за друзьями и удивлялась их стойкости и терпению. Гусеничка, правда, с трудом проглотила кусочек ягоды, Лопушок зажмурился, откусывая от нее, кузнечик прижал усики, но Квак жевал абсолютно спокойно и даже не спеша. Дядюшка Крот, — ему выпало быть последним, — откусил от ягодки, которая стала совсем маленькой, и добродушно проворчал:
— Ох и привередливая нынче молодёжь. Только мёд им подавай, а всё остальное, значит, «ужасная горечь»? Вот в моё время…
Но что было во время Крота, никто так и не узнал, потому что дядюшка уже скрылся под землёй. Он даже не попробовал улыбничку. А ягода, кстати говоря, уже достигла размеров среднего арбуза. Придётся, как видно, феечке её катить, словно снежный ком.
— Огромное спасибо всем вам, дорогие друзья! — радостно воскликнула феечка. Улыбничку мы вырастили, а от грустники остался последний кусочек. Сейчас я его доем — и готово моё задание!
Феечка зажмурилась и со вздохом положила в рот последний кусочек ягоды. Но тут же удивлённо раскрыла глаза: грустника оказалась вовсе не горькой и не противной: чуть кисловатой и терпкой — не более того. Оказывается, не только улыбничка менялась, когда ею делились, но и грустника тоже: с каждым кусочком она становилась всё лучше на вкус.
…Перед тем, как улечься спать в тот вечер, Муся выглянула из норки. Над поляной, словно круглый фонарь, висела жёлтая луна, а по небу серебряными блёстками рассыпались звёзды. Муся вздохнула от счастья и подумала: «Какой прекрасный и удивительный сегодня выдался денёк. Интересно, что ждёт меня завтра? Надо поскорее лечь спать».
И она заторопилась в свою тёплую спаленку, чтобы не проспать завтрашние приключения.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для дошкольного и младшего школьного возраста
Жила-была гусеница. Очень необычная и даже немножко страшная. Почему? А вот представь себе: тёмно-серая, с желтыми пятнами, покрытая островками жестких волосков-щетинок, с шестью сильными членистыми ногами… И самое главное — хищная. Её совсем не интересовали сочные зелёные листья или сладкие плоды. Зато она неустанно нападала на тлей — крохотных тонконогих козявок, пасущихся на стеблях и листиках цветов — нападала и пожирала их сотнями.
Как думаешь, она была злая, эта серая гусеница? Вовсе нет. На самом деле она так старательно охотилась на тлей, потому что очень любила цветы. Полчища тлей высасывают все соки из растения, так что оно может даже погибнуть. И самой большой наградой было для гусеницы — видеть, как избавленные от вредных тлей цветы радостно раскрывают прекрасные лепестки. Ей казалось, что они благодарно кивают ей своими ароматными головками.
Гусеница мечтала стать однажды бабочкой и порхать с цветка на цветок, наслаждаясь их красотой. Вот только бабочки не охотятся на тлей, они питаются нектаром цветов. Кто же тогда будет защищать растения? И гусеница, вздыхая, думала: «Нет, пусть уж я лучше подольше останусь некрасивой ползучкой!»
Но неизбежно приходит время перемен — таков закон. И вот наша гусеница притаилась под большим листом, сгорбилась и застыла. Тельце её затвердело и даже изменило цвет. Гусеница стала куколкой. А потом настал чудесный солнечный день, когда из куколки, словно из тесной комнатки, вышло на свет совсем новое существо.
«Кто же я теперь?» — думала бывшая гусеница. И крутила маленькой головкой, стараясь рассмотреть свое большое круглое тело. Тонкие прозрачные крылышки прятались под толстыми плотными покрывалами. Покрывала были замечательные: два ярко-красных пятнистых полукруга глянцево блестели на солнце.
— Мама, мама, смотри: солнышко! Солнышко-молнышко! — послышался детский крик.
Маленькая девочка радостно улыбалась и протягивала свой пальчик, приглашая к себе на ладошку. "Неужели я теперь уже не такая страшная, как прежде?" - робко подумала наша бывшая гусеничка.
Подошла мама девочки, наклонилась поближе и тоже улыбнулась.
— Какой красивый жучок, правда? Его называют по-разному. Только правильнее всего — божья коровка. Она не только красивая, но и очень полезная. Божьи коровки охраняют сады и поля от вредителей. А знаешь, как играть с коровкой? Подними руку вверх и спой песенку — жучок заползёт на самый кончик твоего пальчика и полетит.
Девочка запела:
— Божья коровка, полети на небо…
А бывшая гусеничка, быстро перебирая лапками, резво вскарабкалась повыше, расправила тонкие крылышки, помедлила мгновение — и полетела. От свежего воздуха и яркого света, от необычайной лёгкости и новых сил у неё просто захватило дух. Она летела прямо в синее небо, а внутри всё пело: «Я солнышко, я божья коровка, я — Божья! Как я счастлива, я и мечтать о такой радости не смела!»
Потом коровка полетела к своим дорогим цветочкам, которые не уставала защищать до самых холодов. А потом вместе с ними устроилась спать — до следующей счастливой весны.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для дошкольников
Знакомься!
Хочешь познакомиться с Антом и Юкой? Спрашиваешь, кто они такие? Да просто мальчик и девочка, брат и сестра. Вот только они отличаются от тебя. Чем? Ну, понимаешь ли, они… великаны. Да-да, настоящие. Думаешь, великанов не бывает? А вот и бывают!
Я тебе открою тайну, только ты никому не говори, хорошо? Если ты присмотришься повнимательнее к горам или холмам, то можешь заметить кое-что. Некоторые горы — вовсе не горы. Это спящие великаны. Так они прячутся от людей: улягутся неподвижно, укроются травяным одеялом — вот тебе холм, а то и гора. Но когда людей поблизости нет, великаны оживают.
Ну вот. Живут в одной далёкой стране обычные великаньи дети. Мальчика зовут Антом, а девочку — Юкой. Конечно, они очень любят играть. И случаются с ними самые разные истории. Вот послушай…
Лёд и мёд
Однажды Ант с Юкой гуляли после обеда — и забрели в какой-то незнакомый уголок. Там были огромные горы с шапками снега на ледяных вершинах. Ах, как они напоминали вкуснейшее мороженое! Ант не сдержался и лизнул ближайший белоснежный ледник. И тут — ой! — его язык вдруг прилип к холодному льду.
— Юка! — позвал Ант.
Получилось что-то непонятное. Вот попробуй прижать язык к ладошке (она ведь у тебя чистая, не так ли?) и крикнуть: «Юка!» Получается? То-то же. Бедняга Ант! Но Юка услышала его жалобный голос и подбежала поближе.
— Язык примёрз? — сразу догадалась она. Юка умная девочка, это уж точно. — Не волнуйся, сейчас помогу. Ты только не тяни язык, а то больно станет. Просто потерпи немного.
Юка со всех ног помчалась домой и вскоре вернулась с целым чайником тёплой воды. А воды в великаньем чайнике знаешь сколько? Ого-го, вот сколько. Больше, чем в полной ванне, наверно.
— Ну как ты тут? — участливо спросила она брата. — Живой?
— Угу, — грустно прогудел Ант. Он успел уже замёрзнуть и заскучать. Ужасно хотелось домой, к маме. Но рассказать обо всём этом он никак не мог — язык по-прежнему крепко держала ледяная корка.
Юка стала потихоньку лить на язык тёплую воду из чайника, а Ант почему-то почувствовал себя очень несчастным и принялся тихонько хныкать.
Но вот язык оказался наконец на свободе! Юка обняла брата за плечи и утешила:
— А мама уже приготовила для тебя мёд. Самый вкусный цветочный мёд для твоего бедного язычка.
И тут Ант понял, что жизнь прекрасна.
— Вот за что я обожаю мёд, — радостно вскричал он, — ведь к нему так приятно прилипать! Лучше мёд, чем лёд, лучше мёд, чем лёд, — запел великаний малыш, весело приплясывая. — Бежим скорее домой! Кто последний — тот ест мёд маленькой ложкой!
Они помчались так быстро и так старательно при этом топали, что устроили в целой стране небольшое землетрясение.
История с сачком
Как-то раз отправились Юка с Антом на прогулку в широкую долину, где так привольно бегать. И взяли с собой сачок. Знаешь зачем? Думаешь, бабочек ловить? Не-ет, бабочки для великанов слишком малы — хоть в микроскоп разглядывай. Все равно что для нас микробы: знаем о них, а увидеть не можем.
Сачком великаны ловят… облака. Выберут самое красивые облачко, прицелятся, взмахнут сачком — и поймают! Конечно, поймать облако по-настоящему не получается, ведь оно похоже на туман. Это почти то же самое, что ловить солнечный зайчик. Но всё равно очень весело.
— Я поймал барашка! — радуется Ант. — На, бери сачок, теперь твоя очередь.
— А я поймаю вот этот… нет, лучше вот эту… ёлочку! Есть!
Так они веселились, передавая друг другу сачок, и все шло просто замечательно. Вот только Юка совсем не смотрела под ноги. Неожиданно она споткнулась о невысокую горную гряду и, не удержавшись на ногах, плюхнулась прямо в лужу… Ах, простите, на самом деле это оказалось море! Юка всего лишь намочила юбку, а вот на море поднялась целая буря. Волны раскидали и опрокинули несколько кораблей, множество людей и разных предметов оказались за бортом, в глубокой холодной воде.
Ант подал сестре руку, помог подняться и отряхнуть юбочку. А потом оба они заинтересовались, что же произошло на море. Разглядев хорошенько, какая стряслась беда, и услышав отчаянные крики о помощи, ребята ахнули и бросились на спасение людей. Им люди казались беспомощными игрушечными человечками.
Ант осторожно переворачивал опрокинутые корабли, а Юка принялась вылавливать сачком всё, что только замечала в воде. Вот ведь пригодился сачок! Правда, по ошибке в него попала целая семья дельфинов, а потом большой-пребольшой осьминог. Их поскорее выпустили на волю. Зато все люди в конце концов очутились в безопасности. И даже лохматая собака — любимица кока и друг всех матросов самого большого корабля — не пропала.
Моряки горячо благодарили своих спасителей. Юке было очень неловко. Шторм-то разыгрался по её вине. Но Ант был счастлив, что всё закончилось хорошо. Он считал, что это самое главное.
С тех пор моряки и дети-великаны стали большими друзьями. Ант и Юка часто приходят на берег моря, чтобы проведать своих маленьких знакомых. И всегда стараются помочь. Например, подальше отогнать стаю кровожадных акул. Или аккуратно подуть на паруса, чтобы корабль скорее смог вернуться домой.
Малыш
Знаешь новость? У Анта и Юки появился собственный домашний питомец. Назвали его незатейливо: Малыш. Он ведь и в самом деле умещается у любого из них на ладошке. Но ведь маленький рост — не помеха большой дружбе.
А недавно наши герои пережили небольшое приключение вместе с Малышом. Дело было так…
После завтрака брат и сестра отправились гулять в свою любимую долину. Малыш приехал туда в кармане шортов Анта. Пустив любимца побегать по свежей травке, дети принялись за свою всегдашнюю игру — с облаками. Погода стояла пасмурная, облака были плотные, а некоторые даже потемнели и капали дождем. Поэтому их приходилось называть уже не облаками, а тучами.
Юка отыскала подходящее облачко — пышное, кудрявое, словно на картинке — и осторожно сунула в него голову.
— Ну, как тебе моя новая прическа, братец? — спросила она, кокетливо поправляя облачные локоны.
— О, из тебя получилась очень красивая… седая бабушка! — со смехом выкрикнул Ант. — Значит, и я уже старый дед, наверное. Вот… вот, полюбуйся, какая у меня борода!
Он проткнул облако головой, и у него действительно появились белые усы и борода. Правда, от быстрого движения они скоро бесследно растаяли.
Из соседней тучки закапал дождь. Ант подставил лицо под крохотные летящие капли. Это было так щекотно, так освежающе, так приятно… Он поскорее подозвал сестру, и она тоже радостно подставила руки и голову под тучку. Потом дети встали на цыпочки — и вынырнули из облаков. А над облаками, представь себе, всегда хорошая погода. Да-да, даже если под облаками бушует гроза, выше облаков — светит солнце днем или луна и звезды ночью. И никакой непогоды!
Ант и Юка подставили руки и лица яркому горячему солнцу, и оно быстренько их высушило. И тут Юка вспомнила о Малыше.
— Ант, если Малыш промок там, внизу, надо его тоже погреть под солнышком! — предложила она.
— Конечно, — согласился Ант.
Они поискали Малыша глазами, но не увидели его. Они наклонились пониже и покрутили головами в разные стороны — никого. Они несколько раз позвали Малыша — он не отозвался. Юка подозрительно громко засопела и еще подозрительнее хлюпнула разок носом.
— Малыш потерялся… — прошептала она.
Ант при виде расстроенной сестры неожиданно почувствовал прилив решительности и сил. Кто тут, в конце концов, мужчина? Он! Ну и пусть младший — какая разница? А настоящий мужчина может выручить из любой беды. Так? Так!
— А ну, не реви, — скомандовал настоящий мужчина. — Как потерялся, так и найдётся. Кажется, у меня есть план.
Ант достал из кармана маленькую дудочку. Конечно, нам с тобой она показалась бы не такой уж и маленькой, потому что была сделана из целого бревна. Да-да, из целого ствола высокой сосны.
— Я уверен, звук дудочки Малыш точно услышит. И придёт к нам, — заявил Ант.
Он набрал побольше воздуха в грудь и уже поднёс было дудочку к губам, как Юка вмешалась:
— Только не играй слишком громко. Малыш может испугаться и убежать еще дальше.
Ант задумался. Потом решил, что сестра права и кивнул. Он потихоньку подул в дудочку. Если честно, Ант не умеет пока играть сложные мелодии, поэтому дудочка звучала просто:
— Ду! Ду! Ду-ду! Ду-ду-ду!
Ант прекратил дудеть. Дети прислушались. Вот он снова набрал воздуха — уже не так много — и тут…
— Тихо! — схватила его за руку Юка. — Слышишь?
— Ту! — послышалось из рощи за холмом. — Ту-ру-ру!
Ант радостно взмахнул дудочкой. Получилось всё-таки!
— Ду-ду! — снова пропела дудочка.
— Ту-ру! — откликнулось совсем рядом.
Из зелёного островка деревьев показался Малыш. Он спешил к своим друзьям, размахивая ушами и трубил, подняв хобот:
— Ту-ру-ру!
Юка на радостях расцеловала обоих: и Анта, и Малыша.
— Со мной не пропадёшь, — усмехнулся Ант, сажая слона в карман своих клетчатых шортов.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для дошкольников и детей младшего школьного возраста
Стеклянная тарелка для фруктов была очень красивая: нежно-голубая, изогнута изящной волной… Машенька поставила тарелку в центр стола и аккуратно разложила на ней фрукты: румяное красное яблоко, большую зеленую грушу и солнечно-жёлтый лимон.
Стоило девочке выйти из кухни, яблоко сразу заворчало:
— Можно было положить сюда только меня. В конце концов именно я — самый красивый и сладкий фрукт!
Лимон промолчал, а груша вздохнула. Яблоко не унималось:
— Я вообще не понимаю, что здесь делаешь ты, лимон. Ну какая от тебя польза? Ты наверняка не такой сладкий, как я!
— Нет, конечно, я очень кислый, — тихо признался лимон.
Яблоко презрительно фыркнуло, а добрая груша предположила:
— Наверное, ты станешь слаще, когда полежишь немного, дозреешь…
— Нет, не стану, — вздохнул лимон.
Ему и самому подумалось, что он лишний в этом натюрморте.
Но тут прибежала Машенька и захлопотала на кухне: налила в стакан воды, достала сахар, отрезала дольку лимона… Лимон со страхом ждал, что девочка сейчас обнаружит, какой он невкусный (а ведь тебе известно, конечно, как все продукты мечтают понравиться детям!).
Маша ловко выдавила сок из дольки лимона в воду, а сам кусочек обваляла в сахаре и сунула в рот. Она даже зажмурилась от удовольствия: лучше любой конфетки! А какой приятный свежий запах!
— Машенька, ты на кухне? — спросила из спальни мама.
Ей с утра нездоровилось: и голова болела, и горло…
— Да, мам, я лимонад себе делаю.
— Доченька, приготовь мне, пожалуйста, чай с мёдом и лимоном. Побольше лимончика — мне побыстрее выздороветь хочется.
— Конечно, мамочка, сейчас, — и Маша включила чайник.
Тут раздался и бабушкин голос:
— Машуня, не выбрасывай лимонную корочку! Я сегодня пирог испеку, а без цедры какой же аромат?
Лимон был счастлив. Груша касалась его бочком, будто хотела одобрительно похлопать по плечу. А яблоко надулось и покраснело ещё сильнее.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Вторник, 06 ноября 2018 08:06
Матрёшки. Для детей 6-11 лет.
Автор Людмила Левина Редактор портала ТО ДАР У тётушки Матрёны и дядюшки Мирона было пять дочерей: старшая Мария, чуть помладше Марина, ещё помладше Марта, ещё-ещё помладше Марфа и совсем малышка Маргарита. Каждый день отец в поле трудился, а мама Матрёна по дому хлопотала. Дочки тоже без дела не сидели – целый день маме помогали. А после домашних хлопот садились все вместе за любимое шитье, да вышивание. Мама Матрёна с самого раннего детства обучала рукоделию, потому даже маленькая Маргаритка уже кое-что умела: отмеряла и отрезала разноцветные тесёмки. Но всё же больше нравилось девочкам вышивание. Ведь на вышивках и цветы яркие распускались, и сюжеты из сказок оживали. Мама всегда хвалила дочек за хорошую вышивку. Из готовых полотен делала она небольшие подушечки, но а самые красивые вышивки оформляла в рамки и на стену вешала. Вот так, в работе и рукоделии проходили дни. А когда праздники наступали, начиналось настоящее веселье: папа Мирон на балалайке играл, девчонки хлопали в ладоши и ножками притопывали, а мама Матрёна ловко постукивала деревянными ложками в такт музыки. Всем было хорошо.
Но, однажды, вот что случилось. Как-то, ранним, летним утром сказала мама дочкам:
– Сегодня, красавицы, мы с вами за ягодой пойдём.
Девчонки обрадовались и быстро собрались. Мама Матрёна вручила каждой по корзинке, и отправились они в лес. На лесной поляне ягод много, только успевай наклоняться, чтобы сорвать сладкую клубнику. Наполняются корзинки и у мамы, и у дочек. Но, вдруг, слышат они громкое рычание:
– Р-р-р! Р-р-р!
«Да это же медведь рычит где-то совсем рядом», – пронеслось в голове у мамы Матрёны.
Но не растерялась она! Позвала негромко дочек:
– Бегите ко мне - я вас спрячу.
Девчонки поставили корзинки и к мамочке помчались. Как хорошо, что сарафан у Матрёны широченный - растянула она подол стороны, а когда девчонки подбежали и прижались к ней, запахнула с обеих сторон и спрятала дочек. Притихли девочки - не видно их, не слышно. А Матрёна стоит, как вкопанная, посреди поляны – большая, неприступная. Вышел медведь из леса и сразу к корзинкам - ягоды сладкие учуял, и быстро все съел. После поднял глаза и обомлел от страха… Видит он, стоит посреди поляны баба огромная, больше самого медведя. Испугался мишка и помчался в лес, без оглядки. А мама Матрёна обрадовалась очень, что сама не пострадала и дочек драгоценных сберегла. Девчонки тоже обрадовались, они хоть и не видели медведя, но всё равно страху натерпелись. Как хорошо, что убежал мишка. Правда ягоды жалко, съел он все до одной. Но, да ничего, нашли вскоре другую поляну и быстро наполнили корзинки. Домой вернулись под вечер и всё папе Мирону рассказали. Папа похвалил жену за находчивость, дочек тоже похвалил – за послушание.
Вскоре об этом случае вся деревня узнала, и стали люди рассказывать историю про медведя своим друзьям, потом знакомым из других деревень, и пошла молва...
Спустя какое-то время, один деревенский мастер, дедушка уже, решил рассказать об этом случае внукам своим. Но, поскольку был он умельцем известным, то вначале вырезал из дерева большую куклу -маму Матрёну, и дочек её – Марию, Марину, Марту, Марфу, Маргаритку, а ещё мишку-трусишку. Раскрасил деревянные игрушки, а после, стал рассказывать и показывать внукам историю про случай в лесу. Очень понравился внукам этот рассказ, а деревянные фигурки кукол-матрёшек и мишки-трусишки стали их любимыми игрушками.
Опубликовано в 144 номере журнала «МАвочки и ДЕльчики».
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Макс Любознайкин. За грибами
Утро выдалось ясным и прохладным. Лес проснулся и запел, защебетал, зажужжал на все лады. Воздух наполнился ароматами трав и цветов. Дядюшка Хрум, Ежинка Василинка и Макс Любознайкин бодро шагали по лесной тропинке. Макс как обычно засыпал Дядюшку Хрума вопросами.
- А почему это дерево упало?
-Вот, смотри, - сказал Ежик, отламывая кусочек коры от лежащего дерева, - Видишь эти ходы и лабиринты? Это жук-короед поселился под корой и проделал все эти ходы. В результате дерево погибло.
- А можно прогнать этого вредного жука? Жалко дерево зря пропало! – вздохнул Макс.
- Ну, не совсем зря. Мертвое дерево стало жилищем и пищей для личинок жука-усача. А дятел или поползень потом съедят эти личинки.
Макс задумался и какое-то время шагал молча. Он очнулся от боли в ухе.
- Ой-ой-ой! - Макс замахал руками и с его уха слетел комар.
- Это тебя комар укусил, - сказала Ежинка Василинка, - вернее комариха.
- За что? Я ж ей ничего не сделал! – возмутился Макс, потирая укушенное ушко.
- Комариха питается кровью, - пояснил Дядющка Хрум, - А вот комар пьет только сок растений или нектар, как пчёлы и бабочки.
- Смотри, Макс, вот белый гриб или боровик! - обрадовался Дядюшка Хрум, показывая на толстенький гриб с коричневой шляпкой и упругой ножкой.
Макс оглянулся по сторонам и в густой траве заметил красную шляпку с белыми крапинками.
- Ух, ты! Какой гриб веснушчатый! Класс! – радостно закричал Макс.
- Это же мухомор! – захихикала Василинка.
- Действительно, красавец! - отозвался Дядюшка Хрум, - Да только есть его нельзя.
- А что будет если его съесть?
- Если съесть мухомор, то и умереть можно. Только лоси и олени могут есть мухоморы, для них это лекарство. А вот сыроежки и рыжики можно есть всем и даже сырыми.
Любознайкин бродил по лесу, рассматривал траву и деревья, заглядывал внутрь цветов, но грибы ему никак не попадались.
- Да нету здесь никаких грибов, Дядюшка Хрум, - разозлился Макс.
- А ты смотри под кустами, под листьями. Вон возле березы гриб на высокой тонкой ножке, это – подберёзовик. А вон тот оранжевый гриб называется лисичка. Лисичка не любит расти в одиночестве, так что если ты вдруг найдешь одну лисичку, то осмотрись кругом и найдешь ее сестричек.
Макс внимательно слушал Дядюшку Хрума. Неожиданно за его спиной хрустнула ветка. Макс обернулся и, взвизгнув, спрятался за колючую спину Ежика. Куст шиповника протягивал к Максу оранжевые ветки.
-Муууу, - раздалось из куста и оранжевые веточки зашевелились.
- Дядюшка Хрум, что это? – прошептал Любознайкин, попыхивая паром из ушей.
И в этом же миг из куста показалась хохочущая Ежинка Василинка с оранжевыми веточками в руках.
- Василинка тоже грибы принесла, - сказал, смеясь Дядюшка Хрум, - Этот гриб называется Ежовик кораловидный или просто оленьи рожки.
- Ну, погоди, вредина! Получишь ты у меня ежовика и коралика! – пробурчал смущенный Макс, показывая Василинке кулак.
- Беее! – Василинка показала Максу язык.
Постепенно и Макс начал замечать грибы вокруг. Сквозь тонкие травинки светились рыжики, в листве прятались боровички, а лисички, словно солнечные лучики, разбегались по лесу. Корзинка Макса быстро наполнилась.
Дядюшка Хрум видел, что Любознайкин и Василинка устали, поэтому он предложил немного отдохнуть на берегу ручья, а уж потом отправиться домой. Но не смотря на усталость, Макс продолжал задавать вопросы обо всем, что видел вокруг.
- Дядюшка Хрум, а зачем ёлке иголки?
- А это что? Разве шишки растут на земле? - удивился Макс, разглядывая кучу шишек под деревом. И в этот момент одна шишка упала прямо на голову незадачливому исследователю.
Макс поднял голову и среди ветвей сосны заметил двух бельчат Тима и Тома.
- Эй, вы чего деретесь? - возмутился Макс.
- Мы не деремся, а завтракаем, - ответил Тим, обгрызая шишку.
- А ты кто такой? Что ты делаешь в нашем лесу?- спросил Том, разглядывая странного незнакомца.
- Я c неба свалился, - улыбнулся Макс.
- Врешь, так не бывает, - возмутился Тим.
В разговор вмешалась Ежинка Василинка:
- Очень даже бывает! – сказала она, поправляя синий бантик на голове, - Макс, это - бельчата Тим и Том. Они страшные забияки.
- Это мы-то забияки! – Том спрыгнул на траву рядом и сжал кулачки. Следом спешил его брат.
- Сейчас мы вам покажем забияки мы или нет!
Дядюшка Хрум поставил корзинку под деревом и наблюдал за знакомством ребят.
-Берегись! - раздался крик Белочки Алисы, рыжей молнией, мелькавшей среди ветвей.
Дядюшка Хрум обернулся и увидел прямо перед собой оскаленные зубы Лиса. Ёж фыркнул и подпрыгнул, стараясь уколоть врага. Но это не помогло. Тогда Ёжик свернулся клубком, подставляя нападающему хищнику свою колючую спину. Лис клацнул зубами и взвизгнул, задев длинным носом острые иголки.
-Ну, ладно! Я тебя все равно достану- прорычал Лис и, выпустив длинные когти, стал катить колючий мячик в сторону ручья.
- О, если Дядюшка Хрум упадёт в воду, он развернётся и тогда Лис съест его! - с ужасом прошептала Ежинка Василинка, выглядывая из-за дерева.
Макс огляделся по сторонам.
- Пошел прочь, Рыжий разбойник! – закричал Макс, поднял с земли большую палку и со всей силы запустил ею в Лиса. Лис подпрыгнул на месте от неожиданности и стал озираться по сторонам, ища обидчика.
- А, и ты тут! – воскликнул Лис, заметив Макса Любознайкина. Оставив в покое Дядюшку Хрума, Лис двинулся на Макса.
От страха из ушей Макса вылетели струйки пара, нос засветился красным. Но Ежинка Василинка свернулась в колючий клубок и отважно бросилась под ноги Лису.
- И мы тут! -донеслось откуда-то сверху и в Лиса полетели шишки. Это бельчата Тим, Том и белочка Алиса пришли на выручку Максу.
Шишки летели градом. Лис кружился на месте, катался по земле, но ему не удавалось уклоняться от града снарядов. А тем временем Хрум осторожно развернулся и, улучив удобный момент, воткнул свои иголки в нос Лису. Лис взвыл, три раза перекувырнулся через голову и бросился наутёк.
Победа была одержана. Тим и Том дружно закричали «Ура!», Белочка Алиса и Ежинка Василинка хлопали в ладоши, Макс засвистел в след улепётывающему Лису, а Дядюшка Хрум сказал, переводя дух.
— Ох, ты ж, елочки пушистые! Это ж надо, чуть к Лису на зубок не попал! Спасибо вам, друзья, без вас бы я не справился!
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Пятница, 02 ноября 2018 21:23
Макс Любознайкин. Глава 2. Знакомство с Лехой-суматохой
Автор Лилия КандыбовичЗнакомство с зайцем Лехой-суматохой
В дверь забарабанили. Не успела Ежинка Василинка приоткрыть дверь, как в нее влетел серый комок и заметался по комнате.
- Дверь! Держите дверь! - кричал кто-то серый и пушистый.
Василинка быстро захлопнула дверь и заперла ее на засов.
- Что случилось? Да скажи ты толком! - заворчал Дядюшка Хрум, поймав за шиворот непрошеного гостя. Им оказался Заяц.
- Там, там... Лис! Он за мной гонится! - пропищал испуганный заяц. И как только Хрум его отпустил, Заяц забился под кровать. Он так дрожал, что кровать ходила ходуном.
Макс с испуганно пыхнул ушами. Снова раздался стук в дверь и грубый голос произнёс:
-Эй, вы там! Отдавайте зайца, не то вам всем не поздоровится! Это говорю вам я, Лис Длиннохвост.
Дядюшка Хрум посмотрел на алеющий нос Макса, перевел взгляд на дрожащий хвост, выглядывающий из-под кровати, и спокойно ответил:
- Убирался бы ты по добру, по здорову, разбойник! Не получишь ты зайца.
- Ууууу,- завыл Лис,- Отворяйте, а то худо будет!
И стал яростно колотить в дверь.
- Эх, ёлочки пушистые, - побормотал, нахмурившись, Ежик – Это мы еще посмотрим кому сейчас худо будет. Ну, от зайца сейчас толку нет, -сказал он, взглянув на подпрыгивающую кровать.
- А ты чего испугался? - обернулся он к Максу, — Это всего лишь Лис. Сейчас мы его проучим.
Ежик мелкими шажочками побежал к кладовке и скрылся за дверью.
- Нет, не то, не это... Где ж она...- слышалось бормотание из-за двери. Потом дверь распахнулась и показался Ежик, толкающий огромный короб.
- Ну, что стоишь, помогай, - обратился он к Максу. Мальчик бросился на помощь и вдвоём они потащили короб к двери, содрогавшейся от ударов.
- Хорошо-хорошо, не стучи. Сейчас ты свое получишь.
Лис, перестал стучать и прислушался к непонятной возне за дверью.
- Отойди-ка от двери. Дай её раскрыть пошире, а то заяц не пройдёт, слышишь, как упирается?
- Неужели ты выдашь бедного зайчика? - испуганно спросила Ежинка Василинка.
Тем временем дядюшка Хрум открыл короб.
- Что это за серые шары?— недоуменно спросил Макс.
- Это наше оружие. Возьми-ка пару шаров покрупнее, и будь готов поделиться ими с непрошеным гостем, - сказал Ежик и взял два больших шара.
- Василинка, ты по команде распахнешь дверь, а потом и нам подсобишь.
- Ну, что, Лис, готов принять зайца? Ты отошёл от двери? Тогда лови!!
С этими словами Ежинка Василинка распахнула дверь. Лис облизывался, стоя неподалёку от дома. Каково же было его удивление, когда вместо зайца в него полетели серые шары. Попадая в Лиса, шары взрывались тучами серой пыли. Это пыль попадала Лису в нос, забиралась в глаза, и он принялся громко чихать и яростно тереть глаза лапами. А шары все продолжали лететь в незадачливого Лиса. Наконец, Лис не выдержал и с воем пустился наутёк. А в след ему неслись радостные крики Макса и Василинки:
- Ураааа!!!
Когда бедный перепуганный заяц был извлечён из-под кровати, а Василинка и Макс вволю насмеялись, Ежиха пригласила ребят попить чаю. Пока она ставила на стол вазочки с вареньем, а Ежинка Василинка неспешно наливала чай из пузатого самовара, Дядюшка Хрум обратился к Максу:
-Макс, познакомься. Это Заяц Леха-суматоха. Он озорник и суеты от него много, но в общем-то он неплохой парень. Можешь на него положиться. Я думаю, вы подружитесь.
Заяц протянул мохнатую лапку и Макс крепко ее пожал.
- Дядюшка Хрум, спасибо вам большое! И тебе, Макс, спасибо!
Когда все разместились за столом, ребята засыпали Дядюшку Хрума вопросами:
- А Лис не вернётся? – тихо спросила Ежинка Василинка.
- Что это были за снаряды? Откуда они взялись?
Ежик хитро улыбнулся:
- Ну, пошли посмотрим.
Ребята заглянули в короб. На дне лежали еще несколько серо-бурых шаров.
- Макс человек новый в нашем лесу, а ты, Леха, должен знать, что это такое.
- Заячья картошка!– воскликнул Леха и расхохотался, а Макс недоуменно посмотрел на Ежика.
— Это действительно грибы-дождевики или заячья картошка, - пояснил Хрум Хрумыч. –Внутри зрелого гриба находятся споры, то есть семена. Они очень похожи на пыль. Вон как Лис расчихался! Никак не думал, что эти грибы нам и дома пригодятся.
- Так зачем же ты их собирал, Дядюшка Хрум? – удивился Леха-суматоха.
- Да я хотел их отнести в Черную рощу, а то там после пожара совсем мало, что растет. А теперь и нести нечего. – вздохнул Ежик.
- А мы завтра пойдем в лес с Максом и Василинкой и наберем грибов еще больше! – заверил Заяц.
Ежик улыбнулся и сказал:
- Пойдемте-ка пить чай. А завтра вместе в лес сходим. И Максу покажем, как грибы растут.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Для детей 6-10 лет
История 6. Тильд, Мукр и паук Восьминог
Он
После победы над ведьмой Хагой на Катарангре воцарилось спокойствие. Все радовались, что больше нет злой ведьмы и её страшного оборотня, но потом на Катарангру пришла новая опасность.
В разных местах стали находить скелеты и кости зверей и птиц, а также обрывки крепкой толстой паутины. Поползли слухи, один страшнее другого, что кто-то ужасный появился в лесу, который нападал и пожирал обитателей горы, и звери и птицы прозвали его «Он». Кто такой Он и откуда Он взялся – никто не знал, потому что Его никто не видел. Обитатели горы говорили:
- Он прилетел с ветром. Он живёт в лесу в дупле большого старого дерева... на горе в пещере… в лесном болоте… в озере… в кратере, где погибла ведьма Хага… Он – это ведьмин дух, который вырвался из подземелий горы и мстит всем жителям на Катарангре!
- Он живёт в чёрном облаке и нападает сверху… Он хватает добычу и съедает без остатка, только косточки остаются! - говорили другие.
- Он - это сам чёрное облако, - заявляли третьи, - Он обволакивает свои жертвы и пожирает… Он проливается дождем, и там всё умирает – вон свежие кости валяются в разных местах после ночного дождя…
- Нет, - не соглашались четвертые, - Он боится дождя, потому что когда идёт дождь, никто из зверей не погибает! Он боится открытого солнца и всегда прячется днём – днём ведь никто не умирает и не пропадает!
Все сошлись во мнении, что Он - это злой Лесной Дух, который нападает по ночам и на рассвете, а, может быть, Он похож на огромного паука, который плетёт путину и ловит в неё птиц и зверей. Всем стало страшно ходить и летать по Катарангре. У лесных обитателей началась паника и многие решили, что лучше покинуть родную гору и поселиться где-нибудь в другом месте, где нет страшного чудища и жить спокойнее!
Тильд и Мукр, конечно, знали об этой беде. Они принялись искать таинственного пришельца. Братья облазили все уголки Катарангры, однако никого не нашли. И тогда они решили попросить помощи у своих друзей, у летучих мышей, у семьи Сэйджа. Летучие мыши летают по ночам по всей Катарангре, заглядывают во все уголки большой горы и, может быть, они заметили кого-нибудь или что-нибудь необычное, чего раньше не замечали?
Так и сделали. Летучие мыши тоже слышали о Нём, и на просьбу Тильда и Мукра ответили согласием.
Несколько ночей никто ничего особенного не замечал. Но как–то раз на рассвете, когда раннее солнышко стало разгонять ночную тьму, маленькая Муни присела отдохнуть на камень на склоне горы неподалеку от леса. И вдруг совсем рядом, как будто из-под земли или из воздуха, появился большой сгусток тёмно-серого, почти черного тумана и бесшумно промчался в сторону леса и исчез там. Муни не успела даже толком разглядеть его, настолько быстро все произошло. Мышка рассказала об этом старшим. И на следующую ночь вся мышиная семья спряталась вокруг этого места и стала наблюдать.
Начало светать. Было совсем тихо. Вдруг где-то рядом зашуршал и покатился камешек. Мыши насторожились и заметили, как из малозаметной трещины-норы, заросшей травой, появились две черные лапки, они шевелились и удлиннились, потом появились две другие лапки, а потом показалась голова с красными глазами и чёрными клыками… Мыши затаили дыхание - кто-то жуткий выползал из-под земли наружу. Прошло ещё несколько секунд, и тут на горный склон бесшумно выскочил огромный тёмно-серый мохнатый паук, величиной с большущую собаку! Он замер на секунду, прислушиваясь.
- Восьминог! – прошептала тихонько испуганная Муни, зажала лапкой рот и юркнула за камень… но чуткий паук услышал еле слышный шепот. Он мгновенно развернулся и посмотрел в её сторону, но никого не увидел, потом хищно щелкнул страшными клыками-хелицерами и бросился в лес - стремительно, как молния!
Мыши понеслись следом.
Паук двигался необычайно быстро, прыжками и был похож на плотное тёмное облако, летящее над землей. Мыши бесшумно преследовали его. Внезапно Восьминог остановился. Впереди под кустом проснулась и зашевелилась лисица. Она подняла голову, принюхалась, почуяла опасность и вскочила, чтобы удрать. Но не успела! Паук быстро достал лапой что-то из-под брюха, раскрутил над головой и кинул вперед. В воздухе развернулась паутинная сеть и накрыла лису. Та попыталась вырваться, но только сильнее запуталась, а паук прыгнул сверху, вонзил клыки с ядом и мгновенно убил её. Потом он сжал лапы вокруг тушки, стал похож на большой камень и замер… Восьминог пожирал добычу – он впрыскивал в жертву желудочный сок, который растворял тушку, и высасывал все, кроме костей. Закончив трапезу, паук неторопливо побежал обратно в нору и спрятался там. Мыши полетели рассказать об увиденном Тильду и Мукру.
- Кто же такой этот Восьминог? – спросили братья у Сэйджа, когда мышь закончил рассказ.
Кто такой Восьминог?
- Есть старая легенда, - ответил Сэйдж, - я услышал её от своей матери. Летучие мыши знают об этом Восьминоге, но боятся его и никогда не приближаются. Паук путешествует по разным землям, но один раз в год всегда приходит на Катарангру. Восьминогом его зовут потому что у него восемь ног, и он очень-очень быстр! Он может догнать любого зверя, пронзить ядовитыми клыками и сожрать! Он метко набрасывает ловчую сеть и кидает липкие ядовитые шары, которые приклеиваются и убивают добычу. У него восемь красных глаз! Он всё видит вокруг, правда совсем недалеко, но покрасться к нему незаметно невозможно - паук чувствует движение воздуха вокруг себя и нападает первым на непрошеного гостя! Мы летаем бесшумно и быстро, близко не приближаемся, поэтому он нас не замечает. Но мы все равно боимся Восьминога, потому что он может поймать и съесть! Он ловит птиц на лету, любого зверя на бегу и ему никто не страшен!
Сэйдж замолчал, а потом продолжил:
- Легенда говорит, что раньше Восьминог был обычным пауком, но неожиданно, вмиг, вырос! Это случилось после того, как однажды он заполз в наш кратер и попал в какой-то гейзер. Этот гейзер оказался чудодейственным. Кратер ведь особенный, в нём и Хага нашла свой колдовской шар! До сих пор никто не знает, где этот гейзер находится! Гейзеров много, да вы и сами это знаете, там можно запросто погибнуть, свариться в кипятке и утонуть. Поэтому никто там не бывает – ни птицы, ни звери, ни насекомые! Мы, летучие мыши, это точно знаем – мы же летаем везде! Короче, в катер вполз обычный паук, а вылез оттуда огромный! Чудовище восьмилапое! Восьминог! И с тех пор, время от времени - раз в несколько лет - он прибегает на Катарангру, живет где-то в норе на недалеко от кратера, а потом куда-то уходит. Восьминог может пробыть здесь долго, и никто не знает, когда он решит уйти! Он многих погубит! Беда опять пришла на Катарангру! – сокрушался Сэйдж, он был искренне расстроен.
- Интересно узнать, зачем он сюда приходит? – задумался Тильд, а Мукр предположил:
- Может быть, он приходит в кратер, чтобы подпитаться энергией и силой? Давайте проследим за ним!
Так они и сделали.
Слежка
На следующую ночь летучие мыши и мальчики спрятались около норы Восьминога. На рассвете паук выполз на склон и замер на несколько секунд, прислушиваясь и разглядывая все вокруг.
Тильд и Мукр хорошенько рассмотрели его – тело паука, включая длинные ноги, было сплошь покрыто тёмно-серой и бурой шерстью. На голове, сросшейся с грудью, сверкали восемь красных глаз. Они давали круговой обзор – паук видел все, что происходит не только впереди, но и сбоку, и сзади. А впереди торчали страшные и острые ядовитые клыки-хелицеры, которыми Восьминог убивал свои жертвы.
Паук никого не заметил и помчался в сторону кратера. Друзья поднялись в воздух и последовали за ним на безопасном расстоянии. Сверху было хорошо видно, насколько стремительно двигался паук – он летел как ветер, перепрыгивая через ручьи, большие камни и расщелины на склоне горы. Однако, вбежав в кратер Восьминог сбросил скорость и далее пошёл медленно и осторожно, чтобы не попасться по струи горячих фонтанов. Попетляв между гейзерами, ручьями, озерцами и лужами, паук остановился около маленького водоема с прозрачной водой, из середины которого время от времени бил брызгающий во все стороны фонтанчик. Капли упали на паука, и он залез в гейзер, погрузился с головой под воду и замер на дне. Через минуту Восьминог вылез на сушу, высоко подпрыгнул и побежал обратно. Предположение Мукра, что паук черпает в гейзере силу, было похоже на правду! Он направился в лес на охоту, двигаясь ещё более стремительно, чем раньше. Друзья летели следом и увидели сверху, что произошло дальше. На полянке Восьминог обнаружил большого кабана-секача, который лакомился желудями под огромным дубом. Паук остановился и приготовился к нападению – он достал из-под брюха ловчую сеть и примерился к броску. Но и кабан заметил паука и решил дать бой. Секач был свиреп и силен и никого не боялся. Наклонив морду с длинными острыми клыками, кабан громко захрюкал и кинулся на врага. Он хотел растерзать и затоптать Восьминога. Но не тут-то было! Паук высоко подпрыгнул и набросил сеть на добычу. Секач как тяжелый снаряд пролетел мимо него в чащу, ломая кусты и тонкие деревца, запутался в прочной паутине и упал, пронзительно визжа. Восьминог мгновенно атаковал и убил кабана, а потом начал трапезу, раздуваясь все толще и толще.
Тильд, Мукр и Сэйдж с семейством увидели всё, что хотели. Они не стали смотреть дальше на неприятное пиршество и улетели с поляны. Надо было обсудить увиденное и придумать план, как бороться с Восьминогом.
План
Во-первых, друзья решили рассказать всем жителям Катарангры, кто такой «Он» - что это никакой не злой ведьмин Хагин и не Лесной Дух, никакое не Черное облако и не ядовитый дождь, а всего лишь обыкновенный паук. Пускай огромный, хищный и ядовитый, но – паук. И зовут его – Восьминог. Всем надо быть очень осторожным и внимательным в лесу, чтобы не попасться к нему в лапы, но ни в коем случае не паниковать!
Во-вторых, надо всем сообщить, что Тильд, Мукр и Сэйдж с семьей решили прогнать этого паука Восьминога с Катарангры и обязательно это сделают. Они придумывают план, как бороться с ним, и будут рады любой помощи и идее.
Друзья сообщили обо всем этом птицам, и те разнесли новости по всей Катарангре. Обитатели большой горы стали успокаиваться.
А Тильд и Мукр, Сэйдж и Мэдж, Свам и Свами и маленькая Муни собрались вместе, расселись на полянке и начали думать.
Очень скоро, первыми, с идеей заклевать паука прилетели остроклювые дятлы. Они предложили собрать стаю и спикировать сверху на Восьминога, пронзив его своими острыми и крепкими клювами. Но Тильд и Мукр увидели в этом плане слабые места, решили отказаться и сказали об этом дятлам:
- Восьминог почувствует ваше приближение, он очень быстр и сумеет увернуться и убежать, а во-вторых, он начнет кидать ловчие сети и липкие ядовитые шары и многих из вас убьет.
И друзья принялись обсуждать разные варианты ловушек, хитроумных капканов и силков, замаскированных ям и даже больших клеток, но при подробном рассмотрении становилось ясно – либо паук из такой западни сможет выбраться, либо устройство ловушки слишком трудное и долгое, либо паука нечем туда заманить, так как он охотится только на живых зверей и птиц, а выступать в качестве приманки любому существу крайне опасно…
И вот, когда многие идеи были высказаны и забракованы, и все замолчали, размышляя, что бы такое еще придумать, маленькая Муни вдруг пропищала тоненьким голоском:
- А я знаю, как с справиться с Восьминогом!
- Ну, скажи пожалуйста, - снисходительно произнёс папа Сэйдж. Он не верил, что малышке Муни может прийти в голову стоящая мысль. Ведь они уже обсудили столько разных способов, но так ничего и не нашли!
- Пауки боятся ос и шершней! Любая оса может ужалить и убить паука, это я точно знаю! – она обвела всех взглядом и подняла лапку, показывая, что сейчас скажет самое главное, - а у нас на Катарангре живет семья огромных шершней! Их все боятся, и они могут закусать любого до смерти! Даже большого паука! Теперь поняли?
Сначала все молчали, а потом на полянке раздались радостные возгласы:
- Ай да, Муни! Как здорово ты придумала! Молодец, сестренка! Умница, дочка! - все хвалили мышку, а та гордо улыбалась и принимала похвалу старших! Как вовремя она вспомнила про ос и шершней и всех выручила!
Затем все стали обсуждать идею Муни. Итог совещания подвел Тильд. Он сказал:
- наш план состоит из семи пунктов:
- первое: собрать войско из шершней и сделать так, чтобы они всем роем напали на Восьминога;
- второе: если он кинет ловчую сеть, то она бесполезна! Шершни – слишком маленькие для ячеек сети огромного паука. Даже, если кто-то из них и попадётся, то это ничего не изменит. Шершни сами перегрызут паутину и освободят товарища;
- третье: если Восьминог начнёт метать ядовитые шары, то и это не страшно. Ну, успеет он кинуть 5 или 10 шаров, и что дальше? Скорее всего, он промажет! Целей-то будет много, они маленькие и юркие для большого Восьминога! Он не сможет охотиться на таких ос.
- четвертое: атака должна быть внезапной, чтобы Восьминог не успел удрать;
- пятое: если он спрячется в своей норе, то шершни и там его достанут;
- шестое: если у паука твердое покрытие и шерсть на спине, то шершней это не остановит. Я видел, как осы охотятся на пауков - они жалят в основания ног, либо в брюшко со стороны живота, либо находят другие слабые места;
- седьмое, самое сложное: надо придумать, как уговорить шершней напасть на Восьминога. Какие идеи?
Друзья задумались. Все понимали, что если все правильно организовать, то план удаться и шершни зажалят врага до смерти. Вот только как быть с седьмым пунктом? Идей ни у кого не было.
И тут Муни вдруг пропищала:
- а если вдруг паук побежит в кратер, чтобы спрятаться в гейзере? Что тогда? Что мы будем делать?
Но ни Тильд, ни Мукр, ни старшие летучие мыши не обратили большого внимания на её тревогу. Все решили, что такого не будет и паук не сообразит бежать в кратер, а если и сообразит, то не успеет добежать, а если и успеет, то погибнет и утонет в каком-нибудь гейзере - ведь там полно опасных гейзеров с кипящей водой, а Восьминог будет весь обкусан ядом шершней, ему будет жутко больно и он будет мало что соображать и не найдет дорогу, потому что «его» гейзер находится в самой середине кратера и надо много петлять между кипящими фонтанами и лужами… Короче, идею Муни признали не очень-то удачной, а зря!
Тем временем пришёл вечер. Друзья решили разойтись до утра и продолжить обсуждение завтра. Они думали, что раз Восьминог сегодня сожрал большого кабана, то он сыт и не будет никого убивать несколько дней, и у них ещё есть время, чтобы придумать окончательный план. Но они ошибались!
На рассвете паук устроил бойню в лесу. Сначала он зарезал семью оленей – маленького олененка, олениху-мать и оленя-отца, а чуть позже, ядовитыми шарами, умертвил зайца, белку, барсука, глухаря и журавля! Паук убивал не ради голода – он был сыт и не хотел есть. Мертвые лесные обитатели остались валяться на траве нетронутыми. Хищник убивал просто так, ради кровожадности!
Ранним утром мыши рассказали об этом Тильду и Мукру и братья сразу полетели к гнезду шершней для переговоров. Надо было срочно остановить чудовище!
Провал переговоров с шершнями и новая хитрость
Шершни жили в улье, похожем на половинку огромной дыни коричневого цвета. Толстым концом, своим верхом, «дыня» крепилась к толстой ветке и стволу старого дуба. Большое гнездо свешивалось на метр вниз, а в ширину составляло более полуметра. Вокруг летков – входов и выходов - вились большущие 6-сантиметровые жёлто-коричневые осы.
Мальчики не стали приближаться к улью, а тихонько присели поодаль, чтобы понаблюдать. Они, конечно, боялись опасных шершней – и не зря! Одним ударом жала шершень мог бы убить любого из них. Да и удрать у мальчишек вряд ли получилось бы, вздумай шершни напасть, если бы почувствовали тревогу – их было много и летали они очень быстро! Но парнишки пересилили страх и пересели чуть поближе, чтобы их увидели. Шершни сразу заметили чужаков и несколько раз облетели их. Тильд и Мукр сидели тихо и смирно, чтобы показать, что они не представляют опасности, и только попытались заговорить с осами, но безрезультатно! Шершни не ответили, успокоились и больше не обращали внимания на мальчиков. Хищные осы трудились – они все время приносили в гнездо мёртвых бабочек и стрекоз, пчел и шмелей, хищных богомолов и пауков и даже ядовитых скорпионов, которых убивали для корма своих подрастающих личинок!
Мальчики поняли, что раз с ними не хотят разговаривать, то и подлетать ближе нельзя – это опасно. Что делать? Надо было искать новую хитрость и возвращаться обратно. И они тихонько удалились.
По пути на полянку братьям в головы одновременно пришла одна и та же идея. Такое уже случалось не раз, ведь близнецы часто думали одинаково! Они вспомнили о том, что мыши говорили про плохое зрение у Восьминога. Мальчишки придумали новый хитрый план, обсудили его между собой и решили поговорить с Сэйджем, потому что этого нужна была помощь летучих мышей. Согласится ли Сэйдж принять участие в опасной схватке с пауком?
Чуть позже друзья встретились. Сэйдж и Мэйдж, Свам и Свами сразу же приняли решение драться. А вот Муни поначалу не разрешили, хотя та и рвалась – слишком опасно для маленькой! Но увидев, как она обиделась и заплакала, старшие разрешили ей присоединиться и, конечно, тут же придумали дело младшенькой! Муни возликовала - как же без неё?! Она – должна быть со всеми вместе! Ведь она первая придумала план!
На следующее утро решили устроить генеральную репетицию перед решающим боем. На рассвете Муни с громким писком принялась носиться взад и вперед перед входом в нору Восьминога. Ей было дано задание – выманить паука из норы и сразу спрятаться подальше, на безопасном расстоянии. Храбрая мышка трудилась вовсю и даже бросила несколько камешков в нору, чтобы посильнее разозлить Восьминога.
Паук выскочил наружу. Муни упорхнула и спряталась за камень, а летучие мыши с Тильдом и Мукром взлетели, сгрудились поближе друг к другу в стаю и принялись кричать обидные кричалки и обзывалки. Друзья хотели проверить его зрение – насколько хорошо он видит на самом деле и попытаться обмануть слеповатого Восьминога, чтобы он решил, что их стая - это большая птица, которая решила посмеяться над кровожадным пауком. План удался и Восьминог обманулся! Он подумал, что перед ним – глупая птица! Сейчас он ей покажет! Паук разозлился, вытащил из-под брюха сеть, раскрутил и бросил, намереваясь словить добычу. Но друзья успели разлететься в разные стороны и Восьминог остался ни с чем. Он очень удивился, потому что никогда раньше не промахивался. А компания опять собралась в кучу и продолжила обзываться. Паук метнул в них несколько ядовитых шаров, но опять промазал - друзья ждали этого и ловко увернулись, продолжая дразнить Восьминога. Тут он рассвирепел и погнался за наглой «птицей». Во время погони друзья убедились, что план отлично работает и быстренько разлетелись в разные стороны, не приближаясь к улью с осами. Они не хотели тревожить шершней раньше времени. Генеральная репетиция удалась!
А вот Восьминог остался ни с чем. Он был страшно зол и захотел кого-нибудь съесть. Однако, этот район леса оказался пустынным. Звери разбежались, а птицы попрятались высоко в деревьях – всех предупредили заранее, что будут дразнить Восьминога. А кроме того, погоня была весьма шумной и распугала лесных обитателей, кроме двух злых голодных волков, которые не побоялись вдвоем напасть на паука! Вдвоем против одного – им было не страшно! Они и напали… Паук убил обоих, одного сожрал, другого бросил валяться на траве, а сам отправился в нору спать. Он был злопамятным и решил в ближайшие дни обязательно найти безмозглую наглую «птицу» съесть!
Тем временем Тильд с Мукром и летучие мыши собрались на полянке. Они решили завтра дать решающий бой Восьминогу.
Бой с Восьминогом
На следующее утро все повторилось – Муни раздразнила паука, он выскочил из норы, стая друзей разозлила его еще больше, и паук опять погнался за ними. Но теперь Тильд и Мукр привели Восьминога к дубу с гнездом шершней.
Долго находиться здесь было опасно – шершни стали бы проявлять тревогу и раздражение. Поэтому друзья на несколько секунд присели на гнездо, прокричали обидные кричалки и обзывалки и тут же разлетелись в разные стороны, чтобы рассерженные шершни не погнались за ними. Этих секунд вполне хватило, чтобы паук понял, что цель неподвижна. Он достал свою сеть, метнул и накрыл ею гнездо, а потом, для верности, бросил еще несколько ядовитых шаров, которые прилипли к улью, убив нескольких шершней! Ловчая сеть предназначалась для охоты на животных и имела крупные ячейки – они не закрыли летки в улье. Большие осы немедленно протрубили тревогу, вылетели из гнезда и увидели угрозу! И пока Восьминог изо всех сил тащил к себе сеть (но он так и не смог оторвать улей от дуба), в воздухе образовался смертоносный рой, который напал на врага и осы стали жалить его. Паук побежал, помчался как ветер в сторону кратера – он надеялся найти спасение в своем гейзере, прежде, чем умрет! Восьминог ничего не мог поделать с шершнями – его страшные клыки-хелицеры со смертельным ядом, убийственные шары и ловчая сеть были бесполезны против ос. Боль от укусов становилась все сильнее, яд шершней проникал все глубже и глубже, постепенно убивая паука и он замедлил бег. Наконец, находясь уже в кратере и совсем недалеко от «своего» гейзера, Восьминог остановился на краю другого маленького озерца-гейзера, зашатался и упал в воду, погрузившись на дно. Шершни отстали, они покружились над водоемом и улетели домой, решив, что враг мертв.
Тильд, Мукр, Сейдж и Мэдж, Свам и Свами и присоединившаяся к ним маленькая Муни наблюдали с воздуха за погоней.
«А ведь Муни была права, - подумал каждый из старших со стыдом, - Восьминог и правду побежал спасаться в кратер к гейзеру! А мы не прислушались к ней? Что теперь будет? Хорошо бы паук утонул!»
Когда шершни улетели, они присели на камни около озерца и стали ждать. Что делать, никто не знал!
Сквозь прозрачную воду друзья хорошо видели дно. А там происходили странные вещи. Восьминог вдруг ожил, зашевелился и - стал уменьшаться! Неужели этот гейзер тоже был особенным и чудодейственным? Оказалось, что, да! Его вода не только вылечила Восьминога, но и уменьшила до нормальных размеров, каким он был раньше! Прошло совсем немного времени, и обычный паук вылез на сушу. Однако, маленький Восьминог сразу вспомнил, где находится другой гейзер, который сделал его всесильным гигантом! Он захотел опять стать таким же и быстро побежал, поскакал туда! Ни мыши, ни Тильд с Мукром даже не поняли, что происходит. Они не сообразили, куда направился маленький паучок! И только Муни мгновенно приняла верное решение. Она взлетела и догнала паука, когда тот уже добрался до «своего» гейзера и готовился прыгнуть в воду, схватила и съела его! Потом малышка вернулась к семье, Тильду и Мукру, которые молча наблюдали за её действиями и, поглаживая животик, весело сказала:
- Ну вот теперь все, конец Восьминогу. Мы выполнили наш план до конца! Верно я говорю? – и она хитро посмотрела на всех.
Папа Сэйдж и мама Мэйдж, брат Свам и сестра Свами, Тильд и Мукр - все смущенно молчали. Да и что что тут можно сказать? Они, старшие и опытные, совсем растерялись в конце! Только маленькая Муни не растерялась и выручила всех. Она не только подсказала верную идею, но и успешно закончила опасное дело.
Молодец и умница!
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Подробнее ...
Давным-давно это было. Жила на селе семья: Муж Иванко да жена Настасья. И было у них пятеро детушек: мал мала меньше. Жили они плохо, с воды на хлебушек перебивались.
Вот по осени собрали они урожай. Расстроился Иванко:
– Плох урожай в этом году, – говорит он жене. – Не знаю, дотянем ли мы до весны.
Только проговорил, слышит, стучит кто-то в дверь. Открыла Настасья, видит, стоит на пороге старуха древняя-предревняя, голова у старухи шалькой покрыта, а шалька вся молью поедена. Ветер дует, а старуха качается, дрожит, как осиновый листочек.
– Вечер добрый, – говорит старуха. – Пустите поночевать.
– Поночевать пустим, – отвечают хозяева. – Только вот отужинать у нас нечем. Дети всю похлебку съели, все крошечки подобрали.
– А мне ничего и ненадобно, – говорит старуха, – стакан кипяточка дадите и то хорошо.
Постелила Настасья старухе на лавочке. А старуха не спешит спать укладываться, все сидит про свое рассказывает, да про чужое выспрашивает:
– А как урожай-то нынче? Богатый?
– Какой там, – жалуется Иванко. – Плох в этом году урожай. Пшеница вот совсем не уродилась. Коль на семена отложить - зимой с голоду погибнем.
– Ох-ох-ох, м вздыхает старуха. – Сходи-ка ты, хозяин в амбар, принеси мне хорошей пшеницы полный черпачок.
– Эт еще зачем? – удивляется Иванко.
– А ты принеси, не скупись. Потом всё узнаешь.
Принес Иванко полный черпачок пшеницы. А старуха тем временем достала из своей котомки лоскуты да ниточки, сшила холщовый мешочек, в этот мешочек всю пшеницу из черпачка высыпала. Завязала мешочек красной ниточкой и принялась из этого мешочка куколку мастерить.
– А вы над душой не стойте, – говорит старуха хозяевам. – Спать лягайте, утро всё покажет, да всё расскажет.
Проснулись утром Иванко с Настасьей, а старуха им протягивает куколку. Куколка та, как пышная барыня, разодета в юбки с рюшами, да покрыта платком цветастым с бахромою.
– Вот вам Крупеничка, – говорит старуха. – Поставьте ее в Красный угол, пусть стоит. А как совсем худо вам будет, потяните за красную ниточку, Крупеничка пшеницею рассыплется.
Не успели Иванко с Настасьей опомниться, глядь, а старухи-то след простыл, будто и не было её вовсе.
Вот прошла осень, зима наступила. Истопила Настасья печку, котелок на печку поставила, а положить-то в котелок нечего.
– Дай, – думает, – потяну за красную ниточку, пусть куколка пшеничкой рассыплется.
Только подошла она к Красному углу, смотрит, куколка волчком закрутилась, юбки с рюшами так и завертелись.
– Не тронь Крупеничку, – слышится Настасье. – Пойди лучше в амбар, помети по полочкам веничком, сундук открой да совком поскреби хорошенечко.
Удивилась Настасья, но Крупеничку не тронула. Пошла в амбар с совком и веничком. Помела, поскребла, сундук отодвинула, а там крупы не на один обед хватит.
– И как это я сразу не углядела, – думает Настасья.
Наварила она похлебки, напекла лепёшек, детей накормила.
Вот неделя прошла, да другая, да третья. Опять приуныла Настасья. Нечем детушек кормить. А детушки малые, им не объяснишь, что кушать нечего, сидят да плачут:
– Кушать хотим, матушка. Кушать хотим.
Настасья опять к Крупеничке.
– Дай, – думает, – дерну за красную ниточку.
Да не тут-то было. Крупеничка опять волчком завертелась, юбки пышные так и взлетают, так и кружатся.
– Не тронь Крупеничку, – слышится Настасье. – Сядь на лавку да жди-пожди. Неровен час будет пища.
Удивилась Настасья, Крупеничку не тронула, села на лавку и ждёт. А чего ждёт, сама не знает.
Тут в дверь постучали. Открыла Настасья, смотрит: стоит на пороге сосед Еремейка, через плечо мешок перекинут.
– Чего тебе, Еремейка? – спрашивает Настасья.
– Долг пришёл возвратить, – отвечает сосед. – Твой Иванко мне ещё в прошлом годе мешок пшеницы давал.
Обрадовалась Настасья. Вот так дела. То ничего не было, то сразу мешок зерна появился. Иванко тот мешок на мельницу свёз, муку смолол. А Настасья на радостях детишкам пышечек да пирожков напекла.
Время, как конь ретивый. Оглянуться не успели, весна пришла. Пора огород садить, да пшеницу сеять.
Загрустили Иванко с Настасьюшкой. Сеять-то им нечего.
– Придется к брату троюродному ехать с поклоном, – говорит Иванко. – Просить, чтоб дал в долг пшеницы до нового урожая.
Только он это сказал, смотрит, Крупеничка волчком завертелась.
– Далеко ехать не надо, будет в дому награда, – слышится Иванке.
Удивиться не успели Иванко с Настасьей, смотрят, Крупяничка пшеницей рассыпается. Сыплется из неё пшеница, сыплется. Весь пол в горнице пшеницей засыпало.
Стали они пшеницу сгребать, в мешки засыпать, на телегу грузить, чтоб в поле везти да сеять. Всю пшеницу с пола убрали, до единого зернышка, а куколку Крупеничку так и не нашли.
– Как в землю канула, – удивляются хозяева.
Только потом уж выметала Настасья в хате, да вымела из-под лавки маленький цветастый платочек с бахромою. Положила платочек в Красный угол, а историю эту про Крупеничку своим детишкам часто стала рассказывать да наказывать:
Старых уважать,
убогих не обижать,
просящим не отказывать
да свои деткам эту сказку сказывать.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Воскресенье, 14 октября 2018 18:08
Куколка-стригушка (Сказки о народных куклах)
Автор Татьяна КирюшатоваДавным-давно это было. Жила в деревушке одной девчоночка-сиротинка, Лушею её звали. Осталась она без родителей ранёхонько, спасибо тётке родной Агафье, сироту приютила, к себе взяла.
Всё бы ничего было, да только у Агафьи своих дочек пятеро. Уж она их холит и лелеет, наряжает, в косы ленточки вплетает, ласкает да обнимает, а на Лушу времени у неё не хватает. Так и росла Лушечка в большой семье, да одна-оденёшенька.
Бывало начнут сестрички в куклы играть, в уголке у печки кукольную свадьбу устраивать аль именины кукольные:
– Мы бы и тебя взяли, – Луше говорят, – да у тебя куколок нету.
Луша погрустит-погрустит, да делать нечего.
А по лету как-то, в уборочную страду, собралась тётка Агафья с девками да бабами деревенскими в поле, пшеницу жать. Дочек своих пожалела, взяла одну Лушу помощницей.
День жаркий выдался, к полудню солнце во всю палит – отдыхать велит. От солнышка все в тенёчек попрятались, сели на травушку, отдыхают. Тут тётушка одна, что постарше всех других, Лушу к себе подзывает.
– Садись рядышком, – говорит, – пока время есть, сделаем тебе куколку.
Взяла она в руки пучок соломы, верёвочку из кармана достала, быстро-быстро куколку связала.
– Вот! Держи. Подружка тебе – куколка Стригушка. Дома на стол её поставь да по столу ручками постучи, припеваючи:
Тара-тара-тара-ра – тарарайка.
Заиграй, забренчи, балалайка.
Ты, Стригушечка, покрутись, покрутись.
Моя душечка, веселись, веселись.
Вот вечером, Лушечка так и сделала. Пока в избе никого не было, куколку на стол поставила, ручками по столу застучала, песенку запела, куколка в тот же миг плясать начала. Пляшет на столе, кружится, под Лушину песенку выплясывает. А под конец песенки так завертелась, что полетели в разные стороны бусинки да цветные ленточки – Лушечке на радость да на удивление.
Лушечка бусинки да ленточки собрала, в сундучок прибрала.
– Дай, – думает, – ещё раз песенку спою.
Только запела, ручками по столу застучала, куколка снова в пляс пошла. Закружилась-завертелась, в разные стороны леденцы да карамельки посыпались.
Радуется Лушечка. Вот и её сиротинке счастье привалило.
А сестрицы тут как тут на пороге, не поймут, чему Луша так радуется.
Лушечка давай им про куколку рассказывать, а они:
– Не поверим, пока своими глазами всё не увидим.
Лушечке за счастье радостью своей поделиться. Куколку на стол поставила, ручками по столу застучала, песенку запела. Завертелась-закружилась куколка, в разные стороны кружева да тесёмки полетели.
Собрали сестрицы кружева да тесёмки, Луша их конфетами угостила, бусинок отсыпала да ленточками одарила. Сестрицы её поблагодарили, а сами задумали ночи дождаться да куколку выкрасть.
– Себе заберём, – говорят. – Сами будем куколкой забавляться, бусами да лентами украшаться, конфетками объедаться.
Сказано – сделано. Выкрали они у Луши куколку. Вышли в сенцы, на стол куколку поставили, давай по столу руками стучать да Лушину песенку напевать. Только куколке хоть бы что, стоит, как вкопанная.
Рассердились сестрицы, куколку в печь бросили да спать легли.
По утру проснулись, смотрят, Лушечка в уголочке сидит, куколкой играется, а куколка цела-целёхонька.
Удивились сестрицы и новое зло задумали. На другую ночь снова куколку выкрали, во двор выбежали, куколку в колодец бросили.
– Ну, всё, – говорят, – теперь не выберется.
А по утру смотрят, Лушечка с куколкой своей разговаривает, новые ленточки ей в косичку вплетает.
Сестры уж совсем разозлились. Еле-еле ночи дождались. Снова куколку выкрали, за деревню выбежали, в сыру землю куколку закопали, ножками притоптали, сверху камнем тяжелым придавили.
– Ну, теперь точно, всё! – сказали и спать пошли.
Утром глядят, а Лушечка куколку в новый сарафан наряжает, песенку напевает.
Время, оно быстро летит. Лушечка с каждым днём всё краше делается, а сестрицы только зеленеют от злости да зависти. Вот пришло время им всем замуж выходить. Тётка Агафья своим дочкам приданое готовит, сундуки набивает, а Лушечку то и дело гоняет, работать заставляет.
Вот в денёк один такой, в начале осени, уморилась Лушечка, села в избе на лавочку, отдохнуть. Грустно ей стало, вот и достала она из кармашка свою куколку:
– Хоть ты меня повесели, куколка, – говорит.
На стол её поставила, ручками по столу застучала, песенку свою запела. Куколка пляшет, вертится, а Лушечке тоненький голосок от неё слышится:
– Выйди, Лушечка, да на улицу,
Сорви, Лушечка, с ветки яблочко.
Замерла Лушечка, затихла, не поймёт, что такое ей слышится. Застучала она снова по столешнице, а куколка опять:
– Выйди, Лушечка, да на улицу,
Сорви, Лушечка, с ветки яблочко.
Лушечка, недолго думая, на улицу вышла. Побежала скорее к яблоньке. Наклонила ветки тихонечко, сорвала красное яблочко. Тут откуда не возьмись, появился перед Лушею купец-молодец на вороном коне. Спешился он, на Лушу глядит, а сам спрашивает:
– Не угостишь ли яблочком, красна девица?
– Отчего ж не угостить? – Луша ему отвечает. – Угощу.
Берёт купец яблочко, а сам всё на Лушу глядит да снова спрашивает:
– А замуж за меня пойдёшь?
Смутилась Луша, глаза опустила, на щёки румянец набежал.
А купец смотрит да улыбается. Потом вскочил на коня, припустил во весь дух, а Луше крикнул:
– Жди сватов завтра к вечеру.
Скрылся он из виду, Луша в избу вернулась.
– Придумал тоже, – думает, – сватов засылать. Он-то вон какой видный, а я – сирота, без приданого.
К вечеру другого дня в окошко выглянула: по улице пыль столбом, сваты к Луше едут. Приехали, подарков навезли немерено, нарядов да украшений разных.
Быстро свадьбу сладили и зажили они душа в душу, не в избе, а в купеческом тереме.
Сёстры долго потом ещё злились, от зависти совсем зелёными сделались, а потом и вовсе в лягушек превратились.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Давным-давно это было. Жил на деревне паренёк один – Ванюшка. Хороший он был парень, добрый да работящий.
Вот пришла пора ему жениться. Свахи деревенские ему невесту подыскивают, а он всё на соседку - Танюшку поглядывает. Поглядывал-поглядывал, видит и Танюшка с него глаз не сводит. Решил тогда Ваня совета у матушки своей спросить.
– Матушка, – говорит, -– нравится мне очень Танюшка – соседка наша. Вот хочу к ней сватов заслать.
Матушка от радости в слёзы:
– Молодец Ванюшка, – говорит. – Лучше невесты во всей округе не сыскать.
О свадьбе с роднёй Танюшкиной быстро договорились. День свадьбы назначили, всю деревню на свадьбу пригласили, только вот про ведьму, что на самом краю деревеньки жила, забыли.
А она прямо на свадьбу пришла, в самый разгар объявилась. Объявилась и говорит:
– Веселитесь? Гуляете? Жениха с невестой поздравляете? А вот вам и моё словечко: Не будут они счастливы, по разные стороны их пути разойдутся, никогда не сойдутся.
Сказала так и исчезла, будто её и не было. Танюшка в слёзы, подружки её тоже. Ванюшка голову повесил. Гости все расходиться по домам начали. Одна матушка Ванюшкина – свекровь Танюшкина не растерялась. Быстро-быстро скрутила она двух куколок на одной ручке-щепочке:
– А вот, – говорит, – и моё слово вам, материнское. Уж оно-то сильней любого другого будет. Покуда ручка-щепочка не сгниёт, покуда лоскутки-одёжки в труху не превратятся да по ветру не развеются, никто и ничто вас разлучить не сможет.
Ванюшка с Танюшкой куколок этих на одной ручке-щепочке в божницу поставили, да и зажили душа в душу.
Время быстро бежит, что конь ретивый. Хорошо живут Ванюшки с Танюшкой, одного только не ведают, что счастье их ведьме покою не даёт.
А ведьма тем временем, травы чудодейственные собрала, зелье сварила да выпила, в тот же миг красной девицей обернулась и пошла в поле, где Ванюшка ленок сеял. Раз вдоль поля прошла, другой, третий. Сарафан её красный так и играет, косы распущенные вьются, ниже пояса спускаются.
Ванюшка только разочек с ней взглядом встретился, так разум и потерял. Пошел домой, как в тумане:
– Всё, – думает, – скажу сейчас Танюшке, что другую полюбил, так честнее будет.
А как переступил порог родной избы, взгляд на божницу кинул, куколок на щепочке-ручке увидел, так сразу весь туман из головы исчез.
– Что это я удумал, – сам себе Ванюшка говорит. – Лучше моей Танюшки никого нет на всём белом свете.
Ведьма тем временем новое зло замышляет, новое зелье варит. Выпила ведьма зелье, в тот же миг обернулась добрым молодцем. Обернулась да пошла на речку, где Танюшка бельё полоскала.
Ходит добрый молодец по бережку, с Танюшки глаз не сводит. Танюшка только раз с ним взглядом встретилась, в тот же миг разум потеряла, идёт домой, как в тумане:
– Всё, – думает, – приду домой, скажу Ванюшке, что другого полюбила, так честнее будет.
А сама лишь порог родной избы переступила, взгляд на божницу кинула, куколок на щепочке-ручке увидела, так и ахнула:
– Что это на меня нашло за наваждение? Лучше моего Ванюшки никого нет на всём белом свете.
С тех пор еще лучше Ванюшка с Танюшкой зажили. Люди смотрят на них, диву даются:
– Уж сколь лет прошло, а они друг на дружку не наглядятся, не надышатся.
Только ведьме всё неймётся. Выждала она момент: Ванюшка – в поле, Танюшка – на речке. Обернулась вороной чёрною, влетела в их избу, схватила куколок на ручке-щепочке да давай их клювом рвать да по всей избе метать.
На ту беду матушка Ванюшкина – свекровь Танюшкина в избу зашла, увидала такое дело, метлу схватила, да давай ту ворону метлою бить да из избы гнать. А ворона по-человечьи кричит:
– Не тронь, не надо, пожалей.
Еле-еле вырвалась она, еле ушла от матушки, одно крыло, говорят, по земле волокла переломанное.
К приходу Ванюшкиному да Танюшкиному матушка новых куколок на той же щепочке справила, да таких, что от прежних не отличишь, а между ними на ручку двух детушек повесила.
Вот и народились вскорости у Танюшки двойняшки – Дуняшка да Севастьяшка.
Люди говорили, что такой крепкой да дружной семьи никогда не видали. А ведьма та долго-долго с рукою, переломанной ходила, а потом и вовсе из деревни исчезла.
А еще с той поры повелось делать на свадьбе куколок двух на одной ручке-щепочке. Назвали их люди «Неразлучниками», верили в старину, что семью они от любых сор и обид оберегают, от злых людей да завистников. Вот так-то! Хотите - верьте, хотите – не верьте, а хотите – сами проверьте.
Опубликовано в
Куча мала. Проза
Воскресенье, 14 октября 2018 18:04
Кукла Филипповка (Сказки о народных куклах)
Автор Татьяна КирюшатоваДавным-давно это было. Жила в одной деревеньке женщина по имени Маланья. Был у Маланьи муж Еремейка. Да поехал он как-то зимой в лес за дровами, в метель попал да так и сгинул. Осталась Маланья одна с пятью ребятишками.
Тяжело пришлось Маланье. Вся работа на её плечи легла. И дрова колет, и за скотиной ходит, и в поле, и во дворе всё сама да сама.
Вот настала на дворе осень поздняя. Светлый день все короче да короче становится. После Покрова оно так и есть. Речка льдом покрылась, деревню снегом занесло. В поле да в огороде работы в эту пору нет никакой, самое время за рукоделия браться: прясть да ткать, одежонку латать, носки вязать.
Детки у Маланьи без отца совсем от рук отбились. Мать бывало сядет вязать, а они скачут, балуются, клубки разматывают, нитки путают. Нет от них никакой помощи.
Вот в один вечерок, аккурат на Филипповки, детки пуще прежнего разбаловались, мать совсем слушать перестали. Она им одно твердит:
– Ребятушки, не шалите. Ребятушки не шумите.
А детки все своё. Скачут, резвятся, хохочут, друг дружку задевают, балуются.
Рассердилась на них Маланья. Дверью хлопнула да и вышла из избы на улицу. Вышла да и пошла по дороге. Идет, а сама плачет. Не заметила Маланья, как деревушка её позади осталась, впереди лес густой.
Вот села она на сваленное дерево, пуще прежнего расплакалась. Плакала она плакала, слышит голос совсем рядышком:
– Ты чего Маланья слезы льешь, чего домой не идёшь?
Маланья глаза подняла, смотрит, стоит перед ней красавица красоты не писанной. В шубке беленькой, мехами отороченной. На голове кокошник жемчугами переливается, звездами яркими сияет.
– Как же мне не плакать, – отвечает Маланья. – Муж в лесу сгинул, а самой мне тяжело всё успеть. Руки вон в кровь истёрла. Да и детушки от рук отбилися. Не дождёшься от них ни помощи, ни жалости. На базар мне снести нечего. С хлеба на воду перебиваемся.
– Детушек твоих я уму-разуму научу, – отвечает красавица. – А тебе будет от меня подарочек. Но не жди, Маланьюшка, не отсыплю я тебе, ни злата, ни серебра. А подарю я тебе помощницу.
– Эт какую еще помощницу? – удивляется Маланьюшка.
– А вот какую! – отвечает красавица и протягивает Маланьюшке куколку шестирукую из лыка сделанную. Куколка в красный сарафан ряжена, а к поясочку узелок-лакомник привязан с копеечкой.
– Эта куколка Филипповка, тебе от меня в Филиппов день подарочек, – продолжает красавица. – Шесть рук у нее, Маланьюшка. Что ты не успеешь, она всё сделает. А уж в рукоделиях она первая помощница. Ты от глаз её людских береги. Никому не показывай и про меня никому не сказывай. А я сама к тебе приду, своим чередом, скоро совсем. Тоже тебе помогать стану. А пока спи, Маланьюшка. Спи сном крепким до завтрашнего утра.
Не знамо откуда появилась тут постель белоснежная. Легла на неё Маланьюшка, красавица её сверху одеялом большим накрыла:
– Спи, Маланьюшка. Засыпай, горемычная.
Детушки тем временем кушать захотели, стали маменьку звать:
– Матушка, мы кушать хотим, – кричат. – Кушать хотим. Накрывай на стол.
Тут смекнул самый старший, что матушки в избе нет, да и говорит:
– Наверно во двор вышла. Пойдем её с порога покличем.
Вышли детушки на порог, стали с порога кричать:
– Матушка, мы кушать хотим.
Не отзывается матушка.
– Наверно до соседей пошла, – смекнул средненький. – Пойдём за ворота, оттуда матушку покличем.
Накинули они одежонку потеплее, натянули валенки. Вышли за ворота, стали матушку звать.
А мороз тут как тут, давай их за носы да щеки щипать. Метель вмиг разыгралась, детушек назад в избу загнала. Детушки хотели было дверь открыть, матушку родимую позвать, да не тут-то было. Дети дверь от себя толкают, ветер её с улицы подпирает. Заплакали ребятишки, страшно им стало. Стали они по избе бегать в окошки выглядывать. А метель давай ставнями стучать. Слышат детки, ветер в трубе воет. Вроде бы по-своему воет: «У-ууу.» А деткам слышится: «Кто не слушает родимую матушку-у-у?»
Совсем напугались ребятушки, забились они в уголок возле печки, друг к дружке прижались, наплакались, да так и уснули.
Утром раненько слышит Маланьюшка, кто-то её будит:
– Очнись, очнись, Маланьюшка. Жива ли ты? Или быть твоим деткам сиротками?
Открыла глаза Маланья, а это сосед – дед Игнатка её будит. Собрался он в город на ярмарку, за деревню выехал, смотрит, лежит Маланьюшка прямо на снегу, возле дерева поваленного.
– Слава Богу, живая, – говорит дед Игнатка.
Маланья по сторонам смотрит: ни постели белоснежной с одеялом не видно, ни красавицы в белой шубке. Только сжимает в руках Маланья куколку шестирукую из лыка, куколка в сарафан красный ряжена, а на пояске у нее узелок-лакомник с монеткою.
Посадил дед Игнатка Маланью в телегу, да повёз её поскорее в деревню.
Вошла Маланья в свою избу, а детки к ней так и кинулись. Плачут, Маланью обнимают:
– Не сердись на нас, матушка. Мы тебя будем слушаться, помогать тебе во всём.
Маланья их пожалела, приласкала, за стол усадили, кашу есть да горячим киселем запивать.
Куколку шестирукую Маланья в сундук спрятала. А бывало, нет в избе никого, так она её достанет, сарафан ей поправит, ленточкой новой одарит да прошепчет:
– Куколка Филипповка, не скучай, а давай-ка меня выручай. Надо мне нынче и напрясть, и наткать, и нашить, и навязать. Завтра на ярмарку свезти, копеечку выручить.
Только сядет Маланья за работу, так всё у нее вмиг сладится. Веретено само вьется – в руки не даётся, на стане ткацком холсты сами ткутся, спицы так и звенят в руках у мастерицы.
Детушек с той поры и узнать нельзя, чуть что бегут к Маланьюшке, спрашивают:
– Чем помочь, матушка? Может воды принести, может пол подмести?
А как поедет Маланья на ярмарку, так отбоя нет у неё от покупателей. Всё продаст, деткам гостинцев накупит.
Зима в тот год была суровая. Одна Маланьюшка на неё не жаловалась. Бывало, сядет она шаль вязать, а на оконце в ту же минуту морозный узор проступит, да такой диковинный, что ни в сказке сказать. Смотрит на него Маланьюшка, а у самой в руках крючок этот самый узор повторяет.
Бывало, отправится Маланьюшка в город по делам каким, так пока она в дороге метелица стихнет, снегопад прекратится, дорога белой скатертью перед ней ляжет. Только Маланьюшка в избу зайдёт – вьюга поднимется, ветер в трубах завоет, все дороги заметёт.
Смотрит Маланьюшка в окошко да шепчет:
– Спасибо тебе Зима-Зимушка и за то, что деток моих уму-разуму научила, и за подарок на Филиппов день – за помощницу мою чудо-куколку.
Опубликовано в
Куча мала. Проза