В одной кухне жила-была прихватка. Упругая, как тесто для пирожков. Оранжевая, как тыква. И все в ней было самое обыкновенное, кроме одного: ей снились совершенно не обыкновенные цветные сны. 

В них прихватка была то ушами рыжей лисы, то каской рабочего на стройке. Но чаще всего ей снилось, что она... крокодил. Хищный аллигатор, что затаился в мутной воде. Он лежит на дне, и только пузырьки воздуха — буль-буль-буль — выдают его. Каждый вечер перед сном к нему прилетает маленькая птичка тари, чтобы почистить зубы. И крокодил послушно открывает страшную пасть — ха! — и тари достает остатки пищи из его зубов. 

Так дни шли за днями, прихватка была не  нужна, и она все глубже заваливалась в самый дальний и тёмный угол ящика. 

И продолжалось это до тех пор, пока в доме не появились дети. А дети — это такие существа, которым очень нужны все самые ненужные предметы из самых дальних уголков всех ящиков. 

Девочка тут же приставила прихватку к голове, и получились... лисьи уши! 

— Вот это да, — подумала наша прихватка, — как из моего сна. 

А мальчик тут же надел её на руку и стал играть в... крокодила! Он бегал и всех ловил. А потом открыл страшную пасть —ха! —и позволил зубной щетке почистить крокодилу зубы. 

Жизнь прихватки теперь изменилась. Сны стали явью.

 Ведь в доме, где есть дети, всегда случаются какие-нибудь чудеса.