В выпуск июньского журнала "Простокваша" вошли публикации многих наших авторов.

Присланные  куратором странички Натой Ивановой:

Проза

Лидия Гусева

Лилия Кандыбович

Виктория Татур

Людмила Колесова

Стихи:

Константин Вуколов

Анастасия Сукгоева

Сергей Никифоров

Елена Серанова

 

 и присланные авторами самостоятельно:

Стихи

Алексей Поселенов

Лариса Ларина

Юрий Поляков

 

Лабиринты Валентины Черняевой

 

 

Константин Вуколов

Стану я военным!

Мне ещё немного
Надо подрасти,
Хочется на службу
В армию пойти.
 
Я, как папа, сильным
Вырасти смогу,
И тогда любому
Дам отпор врагу.
 
Чтоб гордилась мама,
Я услышать мог:
«Вот какой защитник!
Это мой сынок!»
 
Стану я военным,
Так тому и быть,
Чтоб моей любимой
Родине служить.

 

Письмо с войны

Письмо-треугольник пропахло войной,
Хранится в семье, как святыня.
Прислал его с фронта прадедушка мой –
Листок со словами простыми.
 
Немного написано: жив и здоров,
Родным и знакомым приветы,
Был ранен легко, бьёт фашистов-врагов,
И близко уже до Победы.
 
Стоит обязательный штампик-клеймо –
Письмо проверяла цензура.
Как жаль, оказалось последним оно.
Что ж, пуля действительно дура...
 
Прабабушка вспомнит войну, загрустит,
Достанет листок пожелтевший.
Как будто живой, с ней опять говорит
Мой прадед, с войны не пришедший.

 

Елена Серанова

Грейся на солнышке, деда…

Льётся неспешно беседа:
– Так вот и жили, внучок...
– Грейся на солнышке, деда,
Землю вскопаем мы в срок.

Видишь, едва из-под снега
Вылез наш зимний лучок.
– Да... А уж скоро Победа...
Справно копаешь, внучок!

Вот молодые-то руки –
Любо, отрадно глядеть!
Мне повезло – рядом внуки.
Мог бы не раз помереть...

Помню, в санбате девчонка,
Воду вливая мне в рот,
Взгляд отводила в сторонку,
Тихо шептала: «Пройдёт...»

А через месяц желала
Мне до Берлина дойти
И на прощанье сказала:
– За жениха отомсти!

Снова бои, медсанбаты,
Встречи со смертью и боль...
Что же, на то мы – солдаты,
Уж такова наша роль.

– Да, ты немало изведал!
Я бы, наверно, не смог...
Грейся на солнышке, деда,
Землю вскопаем мы в срок!

 

Анастасия Сукгоева

Золотая бабушка

Есть у бабушки моей
Золотые спицы.
Вяжет ими не носки
И не рукавицы.
 
Подойдёт она к окну
И раздвинет шторки:
Солнце катится клубком
По небесной горке.
 
Вместо ниток тянет луч
Бабушка руками –
Петли вяжет из него
Ровными рядами.
 
Спицы весело стучат,
Слушаясь хозяйку,
И выходят из-под них
Солнечные зайки.

 

Сергей Никифоров

Детектив

В королевстве Трикоко
Смута и волнение –
Убежало молоко
В энном направлении.

Главный сыщик Май О,Нез
В полной неизвестности
На трубу печную влез –
Осмотреть окрестности.

Долго в кухне изучал
Место происшествия –
Нюхал, пробовал, лизал
Факты и последствия.

Ничего среди котлов
Не нашёл приличного –
Ни мотива, ни следов
Дела необычного.

И махнул в сердцах рукой:
– Прекратить дознание!
Убежало молоко?
Ну и до свидания!

 

 

 

 

 

Лидия Гусева

Марта, Апрель и Май

– А у нас скоро котятки будут, –  шепнул мне на первом уроке школьный друг Витька.

– Да ну? – я с завистью посмотрел на него.

– Ребятки, что там обсуждаем? – раздался строгий голос учительницы. – Прекратите разговоры!

Пришлось мне мучиться до конца урока и не задавать вопросы Витьку: «Когда? Сколько? Кому раздашь?» – а потом горевать из-за своей судьбы: мама с папой были категорически против кота. У мамы, как она говорит, был в детстве котик, но погиб. Поэтому теперь она беспокоилась за меня, чтобы я не получил такую же моральную травму. А папа вообще любит тишину и покой... Короче, остаток урока прошёл в думах.

На перемене мы с другом только и говорили о будущих котятах. Витька тут же выдвинул идею:

– Если тебе не разрешают, надо выработать стратегию и тактику! Начнём с самого простого. Для чего нужны коты? Чтобы мышей ловить. Надо, чтобы у тебя в доме появились мыши, тогда родители и согласятся.

– Да ты что! Откуда я их возьму? Да и мама испугается мышей.

– Будь спокоен! Я тебе принесу. На рынке куплю.

Чувствовалось, что Витёк  горазд на всё, только бы распространить ещё не родившихся котиков.

– Ты знаешь, как их мне там, на рынке, жалко! Хоть одну мышку спаси, – давил на мою жалость друг. – Всё понятно, когда это в дикой природе: охота, выживание. А тут мышку бросят к какому-нибудь зверю в клетку. Конечно же, она не спасётся, какой бы умной и быстрой ни была.

Я согласился на Витькины уговоры, но подкладывать мышку маме в карман  халата наотрез отказался:

– Я маму очень люблю и не хочу, чтобы она в обморок упала.

Вскоре и котята родились. Трое. Один красивее другого. Я частенько бывал у друга в гостях и облюбовал одного рыженького.

– Ты подготавливаешь маму? – спросил меня друг.

– Нет. А как?

– Ну, скажи ей, у вас что-то шуршит по ночам. А через пару дней и мышь подбросишь.

Я так и поступил. Но мама пропустила мои намёки о мышах мимо ушей:

– Не говори ерунды. По ночам надо спать, а не прислушиваться!

Но когда она увидела живого мышонка, то вместо испуга воскликнула: «Какая прелесть! Прямо декоративненький какой-то!» Мама быстро схватила его в ладони и начала наглаживать.

Мышонок действительно был на редкость симпатичным и милым. Розовые лапки, носик и ушки, а шёрстка, как шёлк. Тут я чуть не заплакал: вся наша стратегия обернулась нам только во зло. А мама с папой быстренько собрались и поехали в зоомагазин покупать мышонку террариум и еду.

– Теперь не видать мне кота, как своих ушей! – пожаловался я Витьке по телефону. – Кот опасен для мышки. Это всё ты со своей стратегией!

– Не ной, что-нибудь придумаем. Современные мышки отлично ладят с кошками. Это раньше кошкам охотиться приходилось, а сейчас у них других кормов предостаточно.

Тут появляются родители. Они уже и имя дали мышке – Марта, ведь первого марта она объявилась в нашем доме.

Что только Витька не предлагал: и на балкон кота подкинуть, якобы упал с соседнего, и в машину к папе подсунуть, и сажей испачкать и посадить на коврик возле двери, мотивируя тем, что взрослые любят всех спасать.

Но я решил больше не пользоваться Витькиной стратегией, а просто взять и принести котёнка первого апреля на свой страх и риск.  И назвать его Апрелем. Так и поступил.

Захожу к маме на кухню и говорю:

– А я сегодня две двойки получил.

– Не верю! – засмеялась мама.

– Тебя в школу вызывают! – продолжил я.

Понятное дело, она снова не поверила. Тогда собираюсь с духом и объявляю:

– Я кота нам принёс!

– Первого апреля никому не верят! – опять улыбнулась мамочка.

– А вот поверь, – и я достал коробку с рыжим котёнком.

– Боже, это что за чудо?! – воскликнула мама и взяла котёнка на руки.

– Его зовут Первое Апреля, – сообщил я. – То есть Апрель!

А тут и папа подошёл:

– Ну, тогда с меня щенок. И назовём его Маем!

Мы все обнялись и рассмеялись. И папа не пошутил: в мае у нас появился щенок. Наша семья увеличилась вдвое! Маленькие питомцы жили в большом ладу, а заводилой всех игр всегда была Марта...

Не верите?!

 

 

Лилия Кандыбович

Как Алёша богатырём стал

Алёша боялся темноты. И ещё грозы. И собак. И даже газировку. Алёша всем говорил, что просто её не любит, но на самом деле он думал, что газировка может укусить. Вон как шипит и плюётся! Как змея.

Но больше всего он боялся потерять маму. И, выходя из дома, он крепко держал маму за руку.
Папа расстраивался, что у него сын рас­тёт трусишкой, сестра Зоя дразнила «зай­цем», а мама вздыхала:

– Он же ещё маленький. Вот подрастёт и перестанет бояться.

И вот пришёл день рождения. Когда Алёша проснулся, у его кровати стояли мама и папа с большой коробкой в руках.

– Сынок, теперь тебе четыре года. Ты уже совсем большой. А наш подарок поможет тебе стать смелым.

Алёша, соскочив с кровати, принялся потрошить коробку, в которой что-то заманчиво гремело. Наверное, новый конструктор. Нет, машина или даже автобус. Вон какая коробка большущая!

– Что это? – Алёша разочарованно смотрел на содержимое коробки.

– А давай примерим, – предложил папа и вынул из коробки богатырский меч и богатырские доспехи. Правда, они были немножко пластмассовые, но вообще настоящие.

Папа надел на сына доспехи, шлем, дал в руки меч и щит.

– Посмотри на себя, сынок. Настоящий богатырь! Защитник!

Алёша подошёл к зеркалу. А ведь и правда, похож на богатыря. Он недавно мультфильм смотрел про Илью Муромца, Добрыню Никитича и Алёшу Поповича.

– Ура! Теперь я богатырь! Постоим за землю русскую! – завопил Алёша, вскинув меч.

Мама, чмокнув именинника в нос, отправилась готовить завтрак, а папа пошёл собираться на работу. И только сестра Зоя осталась стоять, рассматривая брата.

Неожиданно раздался странный звук. Алёша прислушался. Из папиного кабинета доносился громкий рык. Хоть теперь Алёша и стал богатырём, но в его в животе словно заскрёбся маленький мышонок. Так всегда бывало, когда он боялся.

– Что это? – спросил он внезапно охрипшим голосом. Видно, не привык он пока быть богатырём.

–  А это ночью прилетел Змей Горыныч, – язвительно сказала Зоя. – Хочет маму к себе забрать, раз она такая красавица. А пока мама завтрак готовит, Змей спит в соседней комнате. 

Ещё вчера Алёша спрятался бы, но сегодня, когда ему уже четыре, он чувствовал себя настоящим богатырём с мечом и в доспехах.

– Я его победю! Нет, побежу! – В Алёшиных глазах блеснула жажда подвига. Он решил защитить маму. И правда, как он без мамы будет?

Алёша тихонько прокрался к кабинету. Чудище за дверью храпело так, что посуда в шкафу издавала несчастное треньканье и готова была разлететься на кусочки.

Алёша замер. Сердце под доспехами громко стучало. Очень захотелось спрятаться, но он представил, как Змей Горыныч заберёт маму и она будет ему, а не Алёше, готовить зав­трак и рассказывать на ночь сказку. Нет! Не бывать этому.

Алёша открыл дверь и вошёл в комнату.  На кровати лежало огромное чудище, накрытое любимым маминым пледом. Из-под пледа торчала огромная волосатая ножища. Мальчик ойкнул и попятился. Его стриженые волосы встали дыбом.

– Мня-мня-мня! – зачмокало под пледом чудище.

«А вдруг оно маму съест? – запаниковал богатырь Алёша. – Что делать?»

– Вот тебе за маму! – завопил Алёша и, как богатырь в мультике, со всей силы ударил чудище по тому месту, где должна быть голова. Или три головы, если Змей трёхголовый.

Храп сменился диким криком. Алёша, забыв, что он богатырь, кинулся прочь из комнаты. В коридоре с размаху влетел в папу, спешившего навстречу.

– Что случилось? – встревоженный папа пытался забрать у сына меч, которым тот размахивал во все стороны.

– Там! Там Змей Горыныч! – кричал перепуганный Алёша. – Он хочет маму забрать!

– Какой Змей Горыныч?  Где? – не понимал папа.

– Там, – Алёша показал на папин кабинет. – Рычит!

И в этот миг дверь кабинета отворилась. Всё! Сейчас Змей его съест, а маму заберёт. Алёша зажмурил глаза и спрятался за папину спину.

– Вы что, с ума сошли? Я приехал именинника поздравить, а вы так меня лупите! – раздался знакомый голос.

Алёша, пересилив страх, открыл глаза и выглянул из-за папы.

На пороге комнаты стоял дед Вася и потирал затылок.

– Я... Я думал, что там Змей Горыныч! – расплакался наконец Алёша. – Зойка сказала, что он хочет маму забрать!

– Так ты молодец, внук, – засмеялся дед Вася. – Змея не испугался и маму защитил. Настоящий богатырь!

 

 

Виктории Татур

Бойцовский кот

– Вот у меня настоящий бойцовский кот! – заявил Толик.

Мы с Толиком сидели на крыльце и смотрели, как капли дождя пузырились в лужах. Рядом с нами пристроился мой кот Яша. Он повернул ухо в нашу сторону, прислушивался.

– Мой Пират, – продолжал хвастаться Толик, – никому спуску не даёт, его все боятся. У него даже одно ухо порвано. А у тебя не кот, а одно название.

Яша нахохлился и поджал под себя лапы. Я погладил его по мягкой дымчатой шёрстке и коснулся кисточки на его ухе:

– Чего ты на него наговариваешь? Хороший у меня кот, породистый.

– Ха, – не сдавался Толик. – Мейн-кун! Это разве порода? Смешной, худющий. Ещё и дружелюбный какой, ни одного кота со двора не гоняет: приходи кто хочешь, ешь из моей миски. Даже мышей не ловит.

Толик прав. Яша – никудышный охотник. Он, конечно, птичек выслеживает, но вот мышку ещё ни разу не поймал. Пробежит полёвка мимо него, а он отпрыгнет в сторону и взглядом её провожает. Боится, что ли?

Вот недавно у нас на чердаке мышь завелась. Всю ночь там скребётся. Так и кажется: сейчас потолок прогрызёт и на голову свалится. А Яше хоть бы что, спит себе мирно на печке и ухом не ведёт.

– А хочешь, – расщедрился Толик, – я Пирата принесу? Он тебе всех мышей переловит.

– Ну, принеси, – согласился я.

Вечером Толик притащил кота. Рыжий, шерсть клоками на голове выдрана, усы обломаны. Ну точно бандит. Пират царапался и вырывался из куртки, в которую был завёрнут.

Я испугался, что он сейчас разорвёт моего кота. Но того, что произошло дальше, я от Яши никак не ожидал. Увидев в доме незнакомца, он зашипел. Выгнул спину и грозно завыл: «Ы-ы-ы-у-ма-а-у!» Пират, поджав хвост, с диким мяуканьем бросился под стол у окна. Спрятался за дальней ножкой и ощерил пожелтевшие клыки.

Яша продолжал вопить, медленно приближаясь к чужаку. Пират в одно мгновение вскарабкался по занавеске и забился за карниз.

– Это он так к бою готовится, – оправдывал своего кота Толик.

Мы забрались на стол, с трудом оторвали Пирата от карниза и отнесли на чердак. Яша сел у лестницы и застыл в ожидании.

Пират орал всю ночь, боясь выйти. Яша караулил его внизу. А перепуганная мышь носилась по потолку, как угорелая.

Утром пришёл Толик, и мы поднялись на чердак. Увидев нас, Пират с облегчением выскочил. Одним прыжком он перелетел через Яшу и нырнул в открытую дверь, дико ругаясь на кошачьем языке.

– Видишь, какой он у меня грозный, – смущённо сказал Толик.

 

 

Людмила Колесова

Тапули

Маленький Антошка очень любил свои тапочки и называл их «тапули». Ни шагу не ступит по дому без своих симпатичных пушистых тапуль. Но на прогулку их не брал! Наденет ботиночки, возьмёт маму за руку, и уйдут они, лязгнув замком.

А тапули остаются тосковать в тёмной прихожей за тяжёлой дверью, отрезавшей их от солнечного мира. Возвращение маленького хозяина с прогулки – всегда настоящая радость для тапуль.

– Как там на улице? – едва успевают спросить они у ботиночек.

– Весело и здорово! – отвечают ботиночки, устало свесив набок язычки.

– Ах! – завистливо вздыхает правая тапуля.

– Ох! – вторит ей левая.

А сами уже убегают из прихожей на Антошкиных ножках.

Надоело тапулям такое затворническое житьё-бытьё. И замыслили они побег. Всего лишь одним глазком поглядеть на мир, а потом – назад, к Антошке.

Как-то раз после дождя, когда Антошка ушёл гулять в резиновых сапожках, остались тапули в прихожей вместе с ботиночками. И стали они расспрашивать ботиночки, куда и как им лучше убежать, где погулять, что посмотреть. Принялись ботиночки их отговаривать:

– На улице сыро и грязно. Прямо перед домом огромная лужа. Нам по шейку будет, а вы и вовсе утонете. Не ходите на улицу. Ваше дело – по паркету шлёпать.

Не послушались их тапули. Только дверь открылась, они – ширк, шорк – и выскользнули на улицу. А там… Солнышко яркое светит-пригревает. Птички поют-заливаются. Цветочки цветут и благоухают. Разноцветные бабочки порхают. Разбежались глаза у тапуль.

– Пойдём налево, – зовёт левая тапуля.

– Нет, пойдём направо, – спорит правая.

– Пусть будет не по-моему и не по-твоему: пойдём прямо! – предложила левая.

Согласилась правая тапуля. Пошли они прямо и пришли к огромной луже.

– Давай обойдём лужу слева, – предложила левая тапуля.

– Нет, справа, – заупрямилась правая.

– Давай ты – справа, а я – слева, – придумала левая тапуля.

– Не годится нам, сестрица, разлучаться, – возразила правая тапуля. – Давай сделаем не по-моему и не по-твоему: переплывём эту лужу!

– Ой, что ты придумала! Она мокрая. Я к сырости не привыкла, – испугалась левая.

– Не бойся! Мы поплывём, как две пушистые лебёдушки.

Не рассуждая долго, правая тапуля плюхнулась в воду и крикнула:

– Догоняй!

– Ай, ай! – запричитала левая тапуля на берегу. – Что же делать? Ведь ты же тонешь, сестрица!

Вдруг, откуда ни возьмись, появилась огромная чёрная собака, схватила тонущую тапулю и исчезла вместе с ней за высокими кустами.

– Ай, ай! – снова закричала левая тапуля и залилась слезами, так что лужа стала увеличиваться прямо на глазах и затопила бедную тапулю.
А собака принесла правую тапулю своей хозяйке, девочке Ире.

– Это не мой тапок, Нюф, – сказала Ира. – Я такой размер давно уж не ношу. Бестолковый ты у меня, оказывается. Неси его назад.

Но Нюф отрицательно помотал головой, оставил мокрую тапулю у ног хозяйки и снова бросился к кустам. Через минуту он воротился с левой тапулей, такой же мокрой, как и правая.

– Ах, они тонули, а ты их спас? – догадалась Ира. – Прости, что плохо о тебе подумала. Ищи теперь хозяина этих мокрых бедолаг и докажи, что ты умная собака.

Нюф снова ринулся назад, а Ира, взяв тапули, – за ним. У лужи пёс взял след, и вскоре Ира с Нюфом стояли перед дверью, из-за которой доносился Антошкин рёв и плач:

– Тапули! Где мои тапули? А-а-а!

На звонок дверь открыла мама, а за ней, в одних носочках, стоял зарёванный Антошка.

– Извините, это не ваши тапочки потерялись? – спросила Ира.

– Это мои тапули! – радостно закричал Антошка и выскочил на площадку.

Мама поблагодарила Иру, пожала лапу Нюфу. Антошка тоже пожал лапу и даже обнял Нюфа за шею. Такая нестрашная и умная собака!

Тапули мама долго стирала и сушила. Антошка стоял рядом и не мог наглядеться на свои любимые тапули.

– И как это они оказались на улице? – недоумевала мама.

На её вопрос могли ответить только ботиночки, но они не выдавали тайны друзей.

Когда тапули высохли, их расчесали щёткой, и Антошка сразу надел их на ножки.

– Как чудесно дома! – воскликнула правая тапуля.

– Как тепло и сухо! – добавила левая.

 

ПОЗДРАВЛЯЕМ  АВТОРОВ  С  ПУБЛИКАЦИЯМИ!