В 5-й выпуск журнала Простокваша (Волгоград) вошли произведения Светланы Сороки, Людмилы Ткаченко, Ольги Аленкиной и Юрия Пусова

Куратор странички ТО ДАР Ната Иванова

 

Светлана Сорока

Не везёт

Лёнька Ласточкин был весёлым, беспечным и общительным. Вот только в дружбе ему не везло. Сходился с ребятами он быстро, а потом...

Однажды он с Вовкой познакомился. Вовка к бабушке погостить приехал и оказался таким же жизнерадостным.

− Привет! – крикнул ему Лёнька.

− Привет, – улыбнулся Вовка.

− Ты в каком классе учишься?

− В третьем.

− И я в третьем! Велик есть?

− Есть!

− Покатаемся?

Через некоторое время мальчишки уже гоняли на велосипедах. У Вовки велик был что надо. Скоростной.

− Можно на твоём попробовать? – попросил Лёнька.

− Можно! – великодушно разрешил Вовка.

И Ласточкин попробовал. И по шаткому дребезжащему мосту через речку, и с крутой глиняной горы. Мальчишки объездили почти весь посёлок. Весело было! Но вдруг Лёнька наехал на гвоздь.

− Пш-ш-ш, − послышался звук сдувающейся камеры.

− Что теперь делать? – расстроенно оглядывал Вовка заднее колесо.

Ласточкин понятия не имел. Но одно знал точно: велосипед больше не поедет. До дома далеко. Придётся идти с товарищем пешком. Такая перспектива не радовала.

− Поеду у папы спрошу, что делать, − придумал Лёнька.

Вовка и слова не успел сказать, как приятель умчался. А вскоре уже Ласточкин знакомился с Ромкой.

− Привет! – крикнул Лёнька. − Ты в каком классе учишься?

− В третьем, – улыбнулся Ромка.

− И я в третьем! Купаться любишь?

− Люблю.

− Пойдём?

По дороге Ромка щедро угощал приятеля чипсами. Лёнька с удовольствием хрустел и без устали расхваливал новому приятелю речку. Мол, и вода чистая, и дно песчаное, и всю рыбу видно. Он взял с собой маску с ластами и обещал дать товарищу.

На берегу Ласточкин тут же натянул на себя снаряжение и бултыхнулся в воду. Ромка плавал неподалёку и просил:

− Дай мне тоже понырять! Дай, пожалуйста!

Но сегодня на речном дне всё было интересное. Делиться не хотелось.

Ромка ждал, ждал. И, не дождавшись, вылез на берег. А потом и вовсе ушёл.

Увидев, что приятеля нет, Лёнька удивился. Даже немного расстроился, но быстро успокился.

− Ладно, всё равно скоро обедать...

После обеда, довольный и беспечный, он вновь вышел на улицу. В ветвях старой раскидистой липы мальчишки строили шалаш. Вглядевшись, Лёнька увидел среди них Вовку и Ромку. Он подошёл к ним, но мальчишки тут же закидали его обидными словами:

− Жмот! Предатель!..

А кто-то даже швырнул в Лёньку палкой. Пришлось убираться подобру-поздорову.

Что говорить, не везёт ему в дружбе!

На душе стало тоскиво. В небе ярко светило солнце, беспечно парили ласточки и стрижи, а Лёнька, не зная, чем себя занять, бесцельно слонялся по посёлку. Он тяжело вздыхал от досады. Но вдруг увидел незнакомого мальчишку. Как и сам Лёнька, незнакомец почему-то был грустный-прегрустный.

− Привет, – поздоровался Ласточкин. – Тебя как зовут?

− Виталиком.

− А чего невесёлый такой?

− Котёнка потерял, – Виталик шмыгнул носом.

− Не реви! Он на высокой берёзе может быть, которая у школы растёт. Обычно туда собаки котов загоняют. 

Виталик оживился, но на берёзе котёнка не оказалось.

− Странно, − задумался Лёнька. – А где он потерялся?

− На детской площадке.

− На площадке?! – оживился Лёнька. − Он, наверное, там и сидит. Побежали скорее!

Только и там котёнка не оказалось. Виталик совсем расстроился. Но вдруг Лёньку озарило.

− Есть одно кошачье место, – объявил он. − Пошли!

И привёл Виталика к своему дому.

− Я живу на первом этаже, − Лёнька указал на свои окна. – Под нами подвал. Сюда тётя Люся постоянно еду приносит. Кошек здесь видимо-невидимо! – И громко позвал: − Кис-кис-кис!

− Кис-кис, – подхватил новый знакомый.

Вдруг с жалобным мяуканьем из подвала выкатился меховой шарик.

− Пушок! – радостно закричал Виталик, подхватывая котёнка на руки.

– Пушок, – улыбнувшись, невольно повторил Лёнька.

...На улице начинало темнеть. Затихли неугомонные ласточки и стрижи. Виталика позвали домой родители.

− Спасибо, − сказал он Лёньке и ушёл в дом напротив.

* * *

Утром Лёнька вспомнил про Вовку с Ромкой и расстроился. Они с ним не разговаривают. И значит, он сегодня опять целый день будет слоняться один.

Всё-таки не везёт ему в дружбе...

Неожиданно в дверь позвонили.

На пороге, улыбаясь, стоял Виталик.

 

Людмила Ткаченко

Тыква-мыква

 Ничего себе воскресенье – с утра пораньше бабушка потащила меня на рынок.

– Просто поможешь картошку с капустой для борща принести, – отмахнулась

от моего возмущения бабушка.

А я рынок вообще терпеть не могу. Шумно! И от прилавков жёлто-зелёно-красных в глазах рябит.

Мы остановились возле самого скучного прилавка: с картошкой, морковкой, капустой. Да ещё пахло чем-то сладковатым.

–  Это тыквой, – улыбнулась бабушка.

Я не поверила: однажды я пробовала тыквенную кашу... В общем, хорошего

в ней – только цвет. Вот если б шарфик такой к моим рыжим волосам. Или варежки...

И вдруг я услышала:

– Ваше Величество! Эй, Ваше Величество!

Я повертела головой: никаких королевских особ рядом не наблюдалось. Между тем голос настойчиво продолжал:

– Да Ваше Величество же!

– Может, это не она? – усомнился другой голос.

– А я говорю – она! – заупрямился первый. – Видишь, у неё семнадцать веснушек.

Я замерла: это ж у меня семнадцать веснушек! Я их, ненавистных, каждый вечер пересчитываю.

Но рядом по-прежнему никого. Только две тыквы у самых ног. Конечно, это ужасно глупо, и Мишка Булкин меня бы точно высмеял, но я всё-таки сделала вид, что завязываю шнурок, и наклонилась к тыквам.

– Ну наконец-то догадалась! – проворчала одна тыквина и ухватила меня за косичку. И – р-р-раз! Я уже в их королевстве на троне сижу. С короной на голове.

И правда, королева! А тыкв вокруг – целое оранжевое море. И все требуют, чтобы

я спасла их тыквенный род.

При слове «спасла» у меня задрожали коленки. Вообще-то я жуткая трусиха и боюсь всего на свете, особенно пауков и Булкина.

– От чего спасти? – дрожащим голоском спросила я.

– От неуважения! – обиженно загудели мои подданные. – Вот послушай, что горожане говорят: «У тебя вместо головы тыква»! И: «Ща по тыкве настучу»!

А тыквенной кашей вообще детей пугают, – возмущённо подпрыгивали они, как оранжевые мячики.

– Но почему я?! – Я ни за что не хотела быть спасателем.

– Потому что ты королева! – сердито сказала тыквина, которая меня сюда притащила.

Конечно, королевой быть здорово: корона красивая, и на троне сидеть мне понравилось. Не то что за партой. Но если для этого надо кого-то спасать, то забирайте свою корону, а мне бабушке надо помогать картошку нести. Я стала потихоньку сползать с трона.

– Эй, ты куда? – остановил меня грозный окрик. – Мы ведьме целый мешок тыквенных семечек отдали, чтобы она тебя отыскала. По приметам. Семнадцать веснушек у тебя есть? Есть! И фамилия у тебя Арбузова. А это семейство тыквенных. Так что по всему выходит, ты – королева. Вот и спасай!

– Я не умею, – честно призналась я. – Если я хочу, чтобы меня спасли, то просто кричу: «Спасите! Помогите!» 

Но мои оранжевые поданные не захотели кричать, а захотели захватить город и показать горожанам, где раки – то есть тыквы – зимуют.

Да я не могу захватить даже планшет у младшего брата! Но тыквины требовали. И тут меня осенило: а что, если захватить не целый город, а только одну школу?

– Вы же хотите уважения? – прищурилась я. – Ну вот! Да вас после того, как сорвёте уроки, не то что уважать – вас обожать будут! Всешкольная любовь гарантирована, – уверенно пообещала я подданным. А сама мстительно представила, как Булкин под парту упадёт, когда меня в короне увидит.

И вот к первому уроку к школе со всех сторон покатились оранжевые мячики. Очень быстро они заполнили все классы и коридоры. Мои тыквы совсем распоясались: на доске написали «31 тыквабря» и требовали всех превратить в тыквы.

Я восседала на троне и мстительно думала, что из Булкина получится самая отвратительная тыква. Правда, он сразу под парту спрятался, чтобы случайно в тыкву не перевоплотиться.

А между тем завуч публично зарёкся называть головы двоечников тыквами. Школьная повариха обязалась каждый день на обед обязательно готовить вкусное блюдо из тыквы.

– Да я сто таких рецептов знаю, – размахивала она половником. – Тыква, запечённая под сырным соусом, – принялась перечислять она, – нежнейшее тыквенное суфле с малиной, тыквенные чипсы...  

– А я планету в вашу честь назову, – клятвенно пообещал учитель астрономии. – Тыква-мыква!

– А мы изучим состав этого чудо-овоща, как никто ещё не изучал, – закивали биолог с химиком. – Найдём в нём новые белки, жиры и углеводы!

– А цвет! – вскричала директриса. – Это же лучший цвет для школьной формы: яркий, сочный, позитивный! Да завтра вся школа будет щеголять в оранжевых платьях и рубашках!

Тогда мои обнаглевшие подданные захотели ещё и праздник в свою  честь.

– Есть уже такой праздник, – вздохнул историк. – Хэллоуин называется. Как раз сегодня. Давайте мы всей школой сядем вырезать на вас жуткие физиономии.

Идея с жуткими физиономиями тыквам сильно не понравилась, и они решили, что вполне могут обойтись без такого праздника. В общем, помирились люди с тыквами. А я вернулась в школу.

Иногда кажется, что мне это всё приснилось. Но Мишка Булкин упорно называет меня «Ваше Величество». Так и говорит:

– Ваше Величество, дай домашку списать!

 

Ольга Алёнкина

Маленький

Маленький ужик

Выплыл на пляж городской,

И окружил его тут же

Круг людской.

Кто-то крикнул:

– Змея! Змея!

Ужик остановился:

– Кажется, это я...

Замер. Затих на мгновение,

А потом высунул язычок

И пополз на песочную горку.

Но что толку?

Набежали взрослые, дети.

Вот-вот поймают,

И ему конец.

Тут сказал Алисин и Женин отец:

– Давайте отнесу его в камыши.

Женя и Алиса сказали:

– Давай папа, спеши!

Взяла ужика тёплая мужская рука.

Жене с Алисой ужик сказал:

– Пока!

До свидания, дети!

Ваш папа лучший на свете!

А папа отпустил ужонка –

Юркого ужиного ребёнка.

И сказал:

– Аккуратнее будь.

Очень опасным бывает людь!

 

Ольга Алёнкина

Галка

 Галка чистит пёрышки на трубе.

Крылья поднимает по очереди:

– Гал-гал!

Поднимается на пальчиках:

– Гал-гал-гал!

А труба эта над старой шиферной крышей.

И оттуда люди проходящие слышат:

– Гал-гал! Гал-гал!

Смотрят: галка чистит пёрышки на трубе.

Да, да. Всё правильно – галка.

Этот стишок – тебе.

 

Ольга Алёнкина

Кошки летели

Летели над городом кошки,

Большие лохматые кошки.

И люди смотрели в окошки:

– Эй, что это в небе? Гроза?

Летели пушистые кошки,

Расправив кошачьи ладошки,

И громко мяукали кошки.

Сияли вовсю небеса.

Две кошки зелёного цвета,

Две кошки синего цвета,

Две кошки жёлтого цвета

И кошечка-бирюза –

Кошки влетали в лето,

Искали Веню-поэта,

А Веня смотрел на это,

Расширив свои глаза.

Достал из кармана листочек

И написал пару строчек:

«Летели над городом кошки...»

 

Ольга Алёнкина

Расту

– У-у-ух! А-а-ах!

Улетает мигом страх.

– Ух! Ах! Ух! Ах! –

Я летаю в облаках.

– Раз-раз! Раз-раз! –

В космос вылечу сейчас.

Набираю высоту!

И взрослею! И расту!

А когда-то еле-еле

Я раскачивал качели!

 

Юрий Пусов

Не скучай

Однажды добрый дяденька в очках не знал, чем ему заняться в субботу вечером. Позвонил он своему другу и спросил:

– Придёшь?

– Не приду, – ответил друг. – У тебя скучно.

– Но ведь вместе скучать веселее, – возразил дяденька.

– Ты лучше займись чем-нибудь, – посоветовал друг. – Тем, что ты любишь.

– Я люблю сидеть дома. Но в моём доме я уже не знаю, чем заняться.

– Тогда построй себе новый дом, – предложил друг и повесил трубку.

– Но я не люблю строить. Это долго, – огорчился добрый дяденька в пищащий телефон.

Но идея с постройкой дома ему понравилась. Он взял клей, разных деревяшек и быстро сделал настольный домик для пауков. Поставил его в углу и стал ждать, когда там заведутся пауки.

А тут друг позвонил:

– Скучаешь? – спросил он.

– Нет. Пауков жду, – ответил добрый дяденька и рассказал другу о своём новом доме.

– Вот это дело! – обрадовался друг. – У меня есть знакомый бездомный паук. Ставь чайник, мы к тебе в гости придём.

Вскоре добрый дяденька с другом пили чай с печеньками на новоселье паука.

 

Юрий Пусов

ХрабрЫсть

Вася Хвостиков купил килограмм сосисок и довольный возвращался из магазина. Он уже представлял себе, как пахнут горячие сосиски и какие они вкусные с горчицей и кетчупом. Он даже зажмурился от удовольствия, и вдруг: «ГАВ!»

Вася вздрогнул, подпрыгнул и прижал к груди пакет с сосисками.

– ГАВ! ГАВ!

Прямо перед Васей стоит большущий, страшнющий бездомный пёс.

– ГАВ! – смотрит на пакет, словно насквозь видит, что там лежит, и нос его шевелится, и язык нос облизывает.

– ГАВ! – глаза блестят и, главное,  хвост не виляет. А Вася точно знает, что если у страшной собаки хвост не виляет, то она совсем не добрая.

– Ну что ты, собачка? – промямлил Вася.

– ГАВ! – повторил пёс.

– Сосиску хочешь?

– ГАВ-ГАВ!

– Не дам!

– Р-Р-Р!

– Ой! – совсем испугался Вася и чуть не выронил пакет.

И вдруг:

– Мя-а-ау!

Маленький рыжий котик кинулся между Васей и псиной, напушистился, зашипел и стал прыгать, как мяч с хвостиком.

Пёс ещё пару раз рыкнул и, ворча, ушёл за угол. Тогда котик сдулся и, мурча, стал тереться о Васину ногу.

– Спасибо, храброе чудо, – поблагодарил Вася. – Вот тебе сосиска за храбрость. Нет, даже две тебе дам. Бери!

– Мур-мур, – сказал котик, взял сосиски и тоже за угол ушёл.

Вася направился домой.

А за углом кот и пёс поделили добычу и легли бок о бок под кустом.

 

Юрий Пусов

Медвежье хобби

У белого медведя Веди есть мечта. Он хочет увидеть Африку. Там много солнца и тепла, там всё разноцветное, там песок жёлтый.

– Не ходи в Африку, – сказал друг морж. – Белые медведи в Африке не живут.

– Что же делать? – огорчился Ведя. – Как увидеть Африку белому медведю?

Он подумал и придумал. Стащил у полярника телефон и заказал по Интернету много-много ярких красок. И стал Ведя раскрашивать снежную пустыню в жёлтый цвет. Тюленей красит в красный, а ледяные глыбы – в зелёный.

Скоро люди не узнают Арктику!

Поздравляем авторов с публикациями!