Необычное происшествие случилось в 5 «Б» классе в самом начале первой четверти. Но обо всем по порядку.

Это был самый обычный класс в самой обычной школе. И учились здесь самые обычные девочки и мальчики. Нет, конечно, кто-то считал себя необычным. Например, самым умным, самой красивой, но мы не будем сейчас об этом. Так вот, Вовка Пухликов тоже учился в этом классе.

- Эй, Пухлик, привет, - непременно так встречали его одноклассники. Но Пухликов не обижался, у других были еще более обидные прозвища. Но самое смешное было то, что его кличка ну никак не соответствовала действительности, потому что Вовка, по словам его дедушки, был тощим, как велосипед. Хотя ел он будь здоров, в столовой все только удивлялись: мог и супа съесть две тарелки, на второе попросить добавку, запить компотом с булочкой или пирожком. Вот только от этого пухлости в его теле не прибавлялось.

Учился он ни шатко ни валко, так себе учился. Наталья Сергеевна,  классная руководительница, говорила, что его успеваемость – это тройка верхом на тройке и тройкой погоняет. Вот это действительно огорчало Вовку, который собирался стать космонавтом, а в космос, как известно, троечников не берут. Тогда он решил, что будет хотя бы крепким физически, чтобы преодолевать всякие там невесомости и пить суп из тюбика, ведь, наверняка, это не особо вкусно. Каждый день он делал зарядку, отжимался, кувыркался, подтягивался, так сказать, наращивал физическую мощь. Но пока результаты его не радовали. Канат на физкультуре все еще оставался его недоступной мечтой.

- Эх, везет же учителям, им по канатам лазить не надо, сидят себе за столом и двойки ставят, - ворчал про себя Вовка. – Вот бы мне тоже стать учителем или даже директором.

Бабушка, узнав, о его мечтах, только руками всплеснула: «Что ты, внучек, сказку о золотой рыбке не читал?! Там у старухи тоже такие желания были, а осталась она с корытом. Вот подрастешь, тогда и станешь и учителем, и директором».

Но Вовке ждать не хотелось, когда он еще там подрастет, а канат уже сейчас есть, да и тройки тоже. С такими мыслями он и уснул.

- Вова… - позвал его кто-то. – Вова…

- А? Что? – спросонья Вовка никак не мог понять, кто его зовет.

- Пора вставать, опоздаешь ведь, я ушла на работу, не проспи.

- А…мам, понял, сейчас минуточку поваляюсь и встану.

Однако прошла минуточка, две, три и даже уже полчаса, а Вовка так и не встал. Когда он, наконец, поднялся, то обнаружил, что до начала первого урока осталось пять минут.

- А… - закричал Вовка, как на пожаре. И стал носиться по квартире так, как будто и, правда, что-то где-то горит. Благо школа была через дорогу от дома, поэтому он не слишком опоздал. Умыться и позавтракать он, конечно, не успел и даже в зеркало не посмотрел, как был непричесанный, так и пришел в школу.

Вахтерша баба Люся посмотрела на него с недоверием:

- Владимир Сергеевич, с вами все в порядке?

«Почему это она меня по имени-отчеству называет? Что за издевательство новое», - недовольно про себя подумал Вовка. А вслух сказал:

- Да, все в порядке, баба Люся, не переживайте!

«Хм… тоже мне бабу Люсю нашел. Вообще-то я  Людмила Ивановна. Точно не выспался»,  - заключила баба Люся, а вслух сказала:

- Хорошего рабочего дня!

- Точно, рабочего! - Вовка поднял вверх указательный палец. – Как на работу в школу хожу!

Тут у бабы Люси совсем глаза большие стали, она даже не нашла, что ответить и не заметила, как мимо нее прошмыгнул первоклассник без сменной обуви.

А Вовка тем временем засеменил в свой класс с повинной головой.

«Сейчас Наталья Сергеевна опять стыдить будет, в дневник замечание напишет, да еще и красной ручкой, не замажешь…А вечером от мамы влетит. Снова скажет, что я горе луковое или какие там еще овощи бывают». Настроение у Вовки совсем испортилось.

- Здравствуйте, Наталья Сергеевна! – Вовка открыл дверь в свой класс. – Я…

Но учительница не дала ему договорить:

- Ребята, встаньте, поздоровайтесь с Владимиром Сергеевичем.

«Ну, вот, и эта издевается, - подумал Вовка. – Да что за день-то такой сегодня.

Ребята в классе поднялись со своих мест. Вовка окинул класс грустным взглядом и даже не сразу понял, что здесь не так.

- Так…а где же Заплаткин, Крайнова и Булкин? – удивился он.

Лицо Натальи Сергеевны вытянулось так, что очки поползли на лоб:

- Простите, Владимир Сергеевич, но вы, наверное, что-то путаете. Эти ребята уже десять лет назад окончили школу.

Теперь пришла пора удивляться Вовке. Он посмотрел на парту, за которой сидел еще вчера, но там развалился какой-то мальчишка, жевавший булку. Под пристальным взглядом Вовки мальчишка медленно пополз под парту, пряча в карман недоеденную булку. Потом Вовка посмотрел на свою учительницу. Она тоже была не совсем похожа на ту, которую он видел еще вчера. Вовка подумал, что надо бы ему сходить к окулисту, проверить зрение.

- Вас ждут в вашем кабинете, - поспешно добавила учительница, видя, что Вовка не в себе.

- В моем кабинете?

- Ну, да, в вашем, на третьем этаже, у окна.

Вовка похолодел. Это же был кабинет директора.

Он молча закрыл дверь в класс и на ватным ногах пошел по лестнице на третий этаж.

Вот и она, заветная дверь, перед которой ноги подкашивались даже у отличников.

Вовка тихонько постучал.

- Войдите, - раздался мужской голос.

«Ну, все. Я пропал», - подумал Вовка.

Осторожно открыв дверь, он просунул внутрь голову.

- А, Владимир Сергеевич, проходите, я вас уже двадцать минут жду.

Это был завхоз Николай Петрович.

Вовка несмело прошел в кабинет директора. Он уже даже немного привык к тому, что его называют по имени-отчеству.

- У нас ЧП, - чуть ли не радостно сообщил завхоз. Он вообще был веселым человеком и все время рассказывал анекдоты в свободное от работы время. Вот и сейчас, наверное, вспомнил очередной анекдот.

- У нас что? – от страха переспросил Вовка.

- Да вы садитесь, садитесь, - Николай Петрович стал усаживать Вовку в кресло директора.

Вовка вскочил, как ошпаренный.

- Да что с вами?  - спросил удивленный завхоз.

- Со мной? Ничего. А что со мной? – все еще дрожа от страха, спросил Вовка.

- Странный вы какой-то сегодня.

- А какое сегодня число? – вдруг почему-то шепотом задал вопрос Вовка, думая, что его разыгрывают.

- Пятнадцатое сентября, - ответил Николай Петрович, для верности посмотрев на календарь.

- Точно не первое апреля?

Завхоз аж подавился.

- Точно! – отрапортовал Николай Петрович.

Но тут у него зазвонил телефон, и он, извинившись, вышел разговаривать в коридор.

Вовка подскочил к зеркалу.

- Это еще что такое? – спросил он у своего отражения. – Откуда взялись усы, борода?

Оглядев себя с ног до головы, Вовка обнаружил, что стал толще, несколько оправдывая, наконец, свою фамилию на радость бабушке, которая кормила его домашними плюшками и пирогами. Подергал за бороду и усы. Нет, настоящие!

Выйдя из кабинета, он прочитал на его двери: «Директор Пухликов Владимир Сергеевич».

- Вот это да, - только и успел ахнуть Вовка. Но завхоз не дал ему прийти в себя.

- Значит, так, Владимир Сергеевич, еще раз говорю, у нас ЧП! Труба в подвале лопнула.

Надпись на двери кабинета произвела на Вовку волшебное действие. Он даже стал как будто выше.

- Что говорите? Труба? Ну, пойдемте, посмотрим, что там с этой трубой.

Они спустились в подвал и осмотрели ту самую лопнувшую трубу. Из нее на пол текла тоненькой струйкой вода.

- Так… - деловитым тоном изрек Вовка. – Все понятно.

Завхозу, однако, было ничего не понятно, поэтому он спросил, что делать, потому что денег у школы на ремонт трубы не было.

- Вы не переживайте, - успокоил его Вовка. – Я все сделаю.

Николай Петрович покосился недоверчиво, но промолчал.

Вовка, теперь уже Владимир Сергеевич, вернулся в свой (теперь уже точно свой) кабинет и сел писать приказ.

- Как там говорила Наталья Сергеевна…. «не» с глаголами раздельно или слитно? Эх, надо было все-таки учить правила лучше.

Владимир Сергеевич тер рукой лоб. Через час мучений получилось вот что:

ПРЕКАЗ

Я деректор Пухликов Владимер Сергеевичь преказываю ученекам нехулиганить а сабрать во фсей школе пластелин и пренести мне в кабенет.

Учительница русского языка и литературы, когда увидела этот «Преказ», сразу упала в обморок. Остальные педагоги оказались более стрессоустойчивыми и просто собрали у детей пластилин. Затем они сложили его в две большие коробки и отнесли в кабинет директора.

К вечеру, когда пора было уходить домой, Владимир Сергеевич перенес эти коробки с пластилином в подвал и заклеил им дырку на лопнувшей трубе. Вода сразу же перестала капать. Директор удовлетворенно кивнул головой. Правда, через несколько дней в школе дали отопление, труба нагрелась, а пластилин отвалился. Но Владимир Сергеевич об этом узнал не сразу, потому что был занят другими не менее важными делами.

После первого рабочего дня он вернулся к себе домой, по дороге обдумывая, что же с ним произошло. И остался доволен нынешним положением дел. Оттого, что он стал директором школы, сплошные плюсы. Во-первых, не надо учить уроки и сидеть шесть часов за партой. Во-вторых, даже если он опоздает в школу, ничего страшного не случится, а значит, можно поваляться в теплой кровати часок-другой. Ну, и наконец, за поход в школу ему будут платить зарплату, которую можно потратить на то, что он хочет, не спрашивая у родителей.

Дверь в квартиру ему открыла какая-то пожилая женщина.

- Бабушка? – спросил Владимир Сергеевич, слегка прищуриваясь.

- Здрасьте, приехали, мать родную не узнал, - ответила женщина, слегка обидевшись.

Владимир Сергеевич вовремя спохватился, когда вспомнил, что он теперь вырос, а значит, и мама у него должна быть старше, чем была еще вчера.

- Да я пошутил, - сказал он и ретировался в свою комнату.

Так и пошло с тех пор. Каждый день Владимир Сергеевич опаздывал в школу, валяясь все утро перед телевизором.

- А куда спешить, - объяснял он маме. – Работа у директора простая, знай себе приказы пиши.

Мама на это только руками разводила. В самом деле, не учить же жизни взрослого человека, да еще директора школы.

В одно такое утро, точнее был уже почти обед, Владимир Сергеевич пришел на работу. С размаху кинул свою черную сумку на кресло и уткнулся в телефон, там как раз надо было пройти новый уровень.

В дверь постучали. Потом еще раз. Владимир Сергеевич был так увлечен игрой, что не сразу увидел, что в кабинет вошла завуч Ольга Борисовна. Она была старой закалки женщина и никак не могла привыкнуть, что директор младше ее, да к тому же такой странный.

- Владимир Сергеевич, к нам едет комиссия, - сообщила она назидательным тоном.

Ольга Борисовна была женщиной начитанной и с чувством юмора. Поэтому она добавила: «Почти, как у Гоголя. К нам едет ревизор». Но Владимир Сергеевич, ни о каком ревизоре никогда не слыхал, поэтому шутку завуча не оценил. Однако новость о комиссии его очень обрадовала. Он обожал комиссии, когда был учеником. Во-первых, в этот день его не спрашивали ни по одному предмету, потому что отвечали только отличники, чтобы комиссия не заподозрила, что в классе есть и не отличники. А, во-вторых, их классная так всегда переживала, как пройдет открытый урок, что Вовка считал справедливым решение проверять не только учеников, но и учителей, насколько хорошо они выполняют свою работу.

До него не сразу дошла мысль о том, что ведь и директора комиссия проверяет тоже.

- Спокойствие, только спокойствие, - голосом Карлсона сказала завуч, увидев округлившиеся глаза директора. – Прорвемся.

И действительно, прорвались, только не директор с завучем, а трубы в подвале. Так Владимир Сергеевич узнал, что заклеивать трубы пластилином – это была не самая хорошая идея. И надо же было такому случиться прямо тогда, когда комиссия спустилась в подвал.

Завхоз Николай Петрович был готов сквозь землю провалиться, ведь он-то надеялся, что директор, в самом деле, решил эту проблему.

В общем комиссия осталась не очень довольна увиденным и обещала вернуться. С этих пор Владимир Сергеевич комиссии разлюбил раз и навсегда.

          Но на этом его беды не закончились. Ведь дел, как известно, у директора школы всегда много. «Преказы» Владимира Сергеевича не всегда выполнялись точно и в срок, а часто было вообще непонятно, что хочет директор, потому что даже заслуженный учитель русского языка не могла разобрать его каракули. Поэтому их откладывали в ящик стола, а потом благополучно про них забывали.

          Была у Владимира Сергеевича и еще одна обязанность – принимать у себя в кабинете нашкодивших учеников и заниматься их просвещением и воспитанием. Сам он, когда был школьником, очень не любил такие посещения, потому что, как водится, ничем хорошим они не заканчивались. Даже чаще всего заканчивались одинаково – звонком родителям. Однако сейчас, когда он стал солидным директором, Владимир Сергеевич решил, что уж он-то сможет навести порядок в своей школе.

И вот однажды к нему привели Васю Тряпочкина из 4 «Г». Владимир Сергеевич чуть не потерял дар речи, настолько этот Вася был похож на самого директора в детстве. Ему стало так жалко мальчика, что он чуть не заплакал.

Для порядка Владимир Сергеевич, конечно, пожурил Васю и даже взял в руки телефон, якобы позвонить Васиным родителям. Но потом потрепал мальчишку по волосам и сказал: «Вася, помни, что однажды ты вырастешь и можешь стать директором школы. Знаешь, как тебе будет стыдно, что в детстве ты плохо себя вел и даже не знаешь, как правильно писать «не» с глаголами». Вася, понятное дело, совершенно не понял, причем здесь «не» с глаголами, да и директором он стать не мечтал, но почему-то проникся доверием к директору. И… перестал хулиганить! Его родители очень удивились такому повороту событий и никак не ожидали, что единственный поход в кабинет директора изменит их ребенка до неузнаваемости. Вася стал хорошо учиться и помогать родителям по дому.

А Владимир Сергеевич в это же самое время думал совсем о другом: «Как же хорошо сейчас ученикам, сидят себе на уроке, ни о каких трубах, ни о каких хулиганах не думают, да и комиссия им не грозит».

Так и повелось с тех пор. Каждое утро Владимир Сергеевич просыпался с мыслью о том, что как бы хорошо сейчас вернуться в детство, снова бежать вприпрыжку в школу, драться на переменках с Булкиным, дергать за косичку Крайнову и даже дрожать перед кабинетом директора.

А бабушка только руками махала: «Что ты, внучек? Разве можно вернуться в прошлое, даже и не думай, никто еще машину времени не изобрел. Ты посмотри, какой ты солидный человек вырос, учился на тройки, а стал директором школы».

Владимир Сергеевич смотрел на свой солидный живот и внутренне категорически был не согласен с бабушкой.

С такими мыслями он и уснул однажды поздно вечером.

- Вова…Вова… - позвал кто-то.

- А? Что? – спросонья не понял он.

- Пора вставать. Сегодня у вас контрольная по математике. Не проспи, я ушла на работу.

- Мама! – вдруг позвал Вовка. – А я что в школе учусь?

- Конечно, где же еще! – ответила удивленная мама.

- А как же директор?

- А что директор? Директор, как обычно, наверное, будет жаловаться на тебя, что опаздываешь, плохо учишься, дерешься.

- Нет, мама, не будет! – весело сказал Вовка. – Я теперь за ум возьмусь! И учиться буду, и помогать тебе буду, и даже Крайнову за косички перестану дергать, а то она говорит, что половину волос из-за меня потеряла. И вообще, знаешь, мама, какая у директора сложная работа: то трубу прорвет, то комиссия приедет, то хулигана надо воспитывать. Директора – тоже люди, их жалеть надо.