Макс Котейкин потянул за рычаг. За спиной зашуршали, расправляясь, крылья. Чуть погнутые с прошлого полета, слегка потрепанные. Макс надел защитные очки, слегка поморщился, задев шишку на лбу. Смерил взглядом расстояние до земли. Закрыл глаза и…

- Маловаты крылышки, - услышал он, покачнулся, но удержался на ветке. Обернулся.

На соседней ветке, чуть выше, сидела лазоревка, и если бы клювом можно было улыбаться, точно бы улыбалась. Другой кот не простил бы наглости, но Котейкин был непрост.

- Почему это маловаты? – поинтересовался он. – Ты же летаешь. А мои крылья пропорциональны твоим. То есть, была бы ты ростом с меня, у тебя были бы такие же крылья.

- Я летаю, - кивнула лазоревка. – Я птица. У нас обмен веществ быстрее. И мои грудные мышцы, совсем не пропорциональны твоим. То есть…

- Я не полечу? – перебил кот.

- Полетишь. Как в прошлый раз.

Лапа Котейкина сама потянулась к ноющей шишке на лбу, но он пересилил себя и протянул лапу птице.

- Макс Котейкин, изобретатель и будущий летатель, будем знакомы.

- Лена Синицына, - ответила лазоревка, подлетела ближе и протянула крыло в ответ. – Я простая птица.

- Мне кажется, ты очень наблюдательная, - заметил кот. – Может быть, ты можешь мне помочь?

В глазах у птички заблестел озорной огонек. Снова улыбается – понял кот.

- Скачи за мной, - предложила птичка и перепорхнула на соседнюю ветку, пониже.

Макс Котейкин сложил крылья и послушно последовал за новой знакомой.

Долго ли, коротко ли добрались до холма. Забрались на вершину.

- Ложись на спину и смотри, - предложила Лена.

Макс лег и посмотрел. Небо над ним было высоким и светлым, чистым, нежно-голубым. А высоко-высоко плыла точка. Макс моргнул, точка не исчезла.

- Это птица орел, - пояснила лазоревка. – Он большой и хищный, как и ты.

- И он летает.

- Да. У него большие крылья. Ему ими даже махать не нужно.

- Птичка! Леночка Синицына! – Макс подскочил, попытался обнять птичку, и не расстроился, когда птичка упорхнула. – Я сделаю большие крылья! Мы еще полетаем с тобой!

- Нет, со мной не полетаешь, - возразила птичка. – С большими крыльями в лесу делать нечего. Орлы – птицы высокого полета.

Котейкин трудился весь остаток дня и всю ночь. Соседи крутились вокруг, но подходить спрашивать не решались. Знаем мы этих изобретателей!

Новые крылья получились большие и тяжелые. Макс надел их и побежал в горы. Тут его нагнала Лиза Мурчалова.

- Макс, может, хватит уже?

Котейкин передернул плечами, будто между лопаток упала капля холодной воды, и продолжил путь. Лиза не отставала.

- Ну, все же волнуются! Дядя Артур волнуется!

Макс остановился и обернулся.

- А ты?

- И я переживаю, - согласилась Лиза.

Тогда Котейкин шагнул к ней и крепко поцеловал.

- Спасибо.

И пошел дальше. Лиза Мурчалова проводила крылатого кота встревоженным взглядом и грустно улыбнулась.

Путь до горы занял два часа. Восхождение – еще два.

На вершине Макс Котейкин остановился и отдышался. Потом обернулся и пошатнулся.

Отсюда далеко всё видно. Родной лес похож на моховое одеяло. Красиво! Страшно красиво!

Крылья зашуршали, раскрылись. Ветер толкнул в спину и повлек к обрыву. Котейкин отчаянно засучил лапами, пытаясь остановиться.

Цап!

Большая лапа ухватила за хвост.

- Ты кто такой?

Котейкин оглянулся. Орел оказался намного больше, чем он себе представлял. А крылья почти такого же размера, как у него за спиной.

- Макс Котейкин, изобретатель и летатель.         

- И много ты с этим налетал? – орел в задумчивости нагнулся, рассматривая крылья.

Котейкин встревожено покосился на большой загнутый клюв.

- Ты же пешеходный зверь? Кот, кажется?

Макс оторвал взгляд от клюва и посмотрел орлу в глаза.

- Я всегда хотел летать. А все надо мной только смеялись. Друзья, родственники, соседи. Летать пошел? – говорили они. Куда тебе? – говорили они. Разобьешься насмерть – домой не приходи. А вчера я встретил одну маленькую птичку. И она не посмеялась. Она помогла! Сегодня ночью я сделал эти крылья и пришел их испытать.

Орел нахмурился. Клацнул клювом.

- Так и я не смеюсь, - сказал он. – Очень сложно без помощи. Без веры. Ты разбегись хорошенько, потом прыгай с обрыва и положись на ветер.

- Так просто?

- Я разве сказал, что будет просто?

Большая когтистая лапа выпустила хвост и слегка подтолкнула. Макс Котейкин надвинул на глаза полетные очки и с криком ринулся в пропасть.

Лиза Мурчалова, выглядывавшая из-за валуна неподалеку, ахнула. Подбежала к краю, глянула вниз.  Лена Синицына ахнула за соседним валуном. Подлетела, посмотрела.

- Летит? – спросил орел.

- Жуть какая! – пискнула кошка.

- Аж страшно, - согласилась птичка.

Орел посмотрел на одну, потом на другую и нырнул в пропасть следом за изобретателем.

А Котейкин летел.

Воздух подхватил, а ветер понес.

Вперед.

Вниз.

Вбок.

Вверх.

- Мя-а-ау! – орал кот от страха.

- Мя-а-у! – кричал от восторга.

- Мя-а-у! – чуть не плакал Макс Котейкин от чувства сбывшейся мечты.

Орел, проплывая мимо, подмигнул и сказал:

- У земли не забудь сложить крылья. Летатель.

С земли кричали. На земле встречали. Макс Котейкин лихо заложил вираж перед посадкой. Хотел красиво приземлиться, но покатился кубарем. Ничего. Все равно довольный и живой.

- Вот зачем тебе это нужно? – в сотый раз спросил дядя Артур. – Ты же не птица!

- Ну и что? – ответил Котейкин. – Главное не то, кем ты родился, а то, кем ты хочешь стать! Размер мечты важен! И размер крыльев!