Золотое перо Руси

Однажды в Шурикин детский сад пришёл высокий седой мужчина. Оказалось, что это – режиссёр. Режиссёры с помощью операторов снимают фильмы. Вот и этот режиссёр, которого звали Иван Сергеевич, снимал фильм про детей. И срочно искал двух мальчиков для одного эпизода.

А так получилось, что как раз в тот самый момент, когда Иван Сергеевич входил к ним в группу, Мишка забрал себе почти все детали конструктора Лего, потому что строил мост для железной дороги. Но Шурик  тоже строил мост, только с другой стороны. Они ведь прокладывали дорогу навстречу друг другу, и посередине должна была состояться торжественная смычка.

И вот, когда спор друзей перешёл от слов к делу, а именно, Мишка и Шурик, взлохмаченные и красные от напряжения,  тянули большую синюю деталь каждый себе,  вошёл режиссёр Иван Сергеевич.

Ну, это уже потом Шурик и Мишка узнали, что к ним заходил настоящий режиссёр, а в тот момент они об этом и понятия не имели.

И вот удивительно, Ивану Сергеевичу почему-то очень даже понравилось, как ребята тузили друг дружку.  Потому что он сказал:

– Ну, и повезло же мне! Долго искать не придётся.

Спросил у воспитательницы Анны Ивановны фамилии мальчиков и вышел. Анна Ивановна погрозила драчунам пальцем и пошла за ним.

Через несколько дней вечером мама позвала Шурика и говорит:

– Тебя хотят снимать в кино. Но боюсь, у меня не получится…

Шурик удивился:

– Вот здорово! А чего ты боишься? Снимать-то не тебя будут. А у меня получится. Я уверен!

– Да у меня не получится с работы отпрашиваться, чтобы с тобой на съёмки ездить.

– А я и один могу ездить! Зачем тебе мучиться?

Мама головой покачала:

– Так нельзя. Ты ещё маленький.

Шурик побежал звонить Мишке, а тот сам ему звонит и тараторит:

– Представляешь, меня в кино снимать будут!

– Как это? Это меня будут. Мне мама только что сказала.

– И мне мама только что сказала.

– Ну, не знаю, у моей мамы всё всегда точно бывает.

– А у моей, думаешь, не точно? У моей ещё точнее в сто раз!

– Ну, Мишка, даже не знаю, как с тобой дружить теперь, после этого.

– И я не знаю.

И молчат оба, потому что не знают, о чём же дальше говорить. А повесить трубку не решаются. Так и стоят, молчат, каждый у своего телефона.

Тут мама подходит к Шурику и спрашивает:

– Ты чего телефон держишь и молчишь? Мне позвонить нужно.

– Я с Мишкой молчу.

– Вот как? Может быть, вы с Мишей прервётесь молчать, а мы пока с его мамой поговорим. Пусть позовёт её к телефону.

Шурик обрадовался, что можно первому прекратить молчать, и говорит:

– Тут моя мама просит твою маму, – отдал трубку и побежал в свою комнату.

Поговорили  мамы между собой. И очень хорошо всё у них получилось. Решили по очереди мальчиков на съёмки возить, чтобы пореже с работы отпрашиваться.

Через несколько дней приезжают они на студию. Выходит к ним женщина, Нина Степановна. Помощник режиссёра. Ведь у каждого режиссёра всегда есть помощник. Попросила она Шурикину маму (в этот раз её очередь была мальчиков на съёмки отвозить) подождать, а сама взяла Шурика и Мишку за руки и повела по коридорам. По дороге они проходили мимо больших  комнат – это были разные студии, в которых снимали кино, в каждой – своё. Наконец, пришли. Смотрят ребята, а там тот самый дяденька сидит, который к ним в детский сад приходил.

– А, ребятки-драчуны! Очень, очень хорошо! Ну, что, хотите в кино сниматься?

– Хотим, – Шурик и Мишка одновременно головами закивали.

– Отлично, – говорит Иван Сергеевич, – сейчас будем делать кинопробы. Пока камеры готовят, я объясню вам, в чём ваша задача состоит. Вы будете сниматься в эпизоде. Это такой  отрывок в фильме. Он короткий, но очень важный. Представьте: есть два мальчика, братья. Они хотят помочь маме. Решают убраться как следует в своей комнате к её приходу. И затевают спор: кто будет пол подметать, а кто пыль вытирать. Начинают друг у друга веник отнимать. В конце концов, дело доходит до драки. И к приходу мамы в комнате царит настоящий погром. Вы должны отнимать друг у друга веник. Задача ясна?

– Ясна, – кивнули Шурик и Мишка.

Зажгли большие лампы, два оператора направили на мальчиков кинокамеры, установленные на штативы, Нина Степановна вручила в руки Шурику веник.

– Внимание, мотор! – скомандовал Иван Сергеевич, – Ну, ребята, начинайте!

Шурик, держа веник в протянутой руке, вопросительно посмотрел на Мишку. Тот сильно покраснел и продолжал стоять, как вкопанный.

– Ну, Михаил, начинай! – подбодрил Иван Сергеевич.

Мишка – ни с места. 

Режиссёр подошёл к мальчикам.

– Ну, что вы растерялись? Видел я, как вы из-за конструктора друг друга дубасили! Представьте себе, что этот веник вам обоим очень нужен. Поняли?

– Поняли.

Но второй дубль постигла та же участь. Мишка с места не сдвинулся, как будто его гвоздями приколотили.

Шурик про себя возмутился: ну, чего он стоит-то? Почему не начинает отнимать? Просто удивительно, нарочно, что ли?

– Хорошо, – терпеливо кивнул режиссёр, – Давайте, поменяйтесь.

С этими словами он забрал веник у Шурика и отдал его Мишке. Тот, облегчённо вздохнул и вцепился в него, как утопающий, которому бросили спасательный круг. 

Опять прозвучало «Внимание! Мотор!».

Шурик, оставшись с пустыми руками, вдруг почувствовал их абсолютную ненужность. Мало того, они просто начали ему мешать. Он сжал кулаки и, не зная, куда их теперь девать, засунул в карманы.

Мишка вытаращил глаза и начал махать веником прямо перед Шурикиным лицом.

– Александр! Отнимай! – прогремел Иван Сергеевич.

Шурик попытался вынуть руки, но, сжатые в кулаки, они прочно застряли в карманах. Напыжившись, он дёрнул изо всех сил и… свалился на пол.

– Стоп! – Иван Сергеевич помог Шурику подняться, – Ну, ничего, бывает. Ладно, пойдите в коридор, отдохните.

Мальчики выскочили из комнаты.

Оставшись одни, они сразу забыли свои страхи.

– Ты чего не отнимал-то? – Мишка кипел от возмущения, – Главное, руки ещё в карманы засунул!

– А ты отнимал? Отнимал? У меня руки не вынимались, а ты нарочно не отнимал, я видел.

– Что ты видел?

– А то! Что ты нарочно не отнимал!

– Я нарочно?!

– Да, да!

Тут Мишка, полыхая от гнева и не найдя слов, что есть силы треснул Шурика веником по голове.

У Шурика даже волосы встали дыбом.

– Ах,  так! – он начал выхватывать веник у Мишки, чтобы тоже стукнуть его.

Но не тут-то было, Мишка и не собирался отдавать своё оружие, продолжая размахивать им перед Шурикиным носом.

В конце концов, оба вцепились в злосчастный веник, дёргали его, пытались достать друг дружку ногами, пихались, выкрикивая при этом что-то вроде: Это ты виноват! Нет, ты! Это ты нарочно! Сам  ты нарочно! Из-за тебя  нас снимать не будут! Это из-за тебя не будут!

– Стоп, стоп! Снято! –  крикнул режиссёр Иван Сергеевич.

Ребята так увлеклись борьбой, что и не заметили, как  открылась дверь, осветители направили на драчунов софиты, а операторы включили камеры. Эпизод был благополучно снят. Режиссёр поблагодарил артистов, пожав каждому из них руку.

Домой друзья шли, страшно довольные. Оказывается, сниматься в кино очень даже просто!