Выкатилось утреннее солнце. Девочка подошла к окну, с удовольствием потянулась. Улицы показались новенькими, прохладными.

     – Ах, как здорово! – произнесла она.

     – Здесь я! – послышался голос.

     – Кто? – огляделась девочка. – Я никого не вижу.

     – Такой уж город бесчувственный. Ты – редкое исключение. Как прикажешь тебя называть?

     – Лизка, – представилась девочка. – Мне пять лет. А ты кто такой?

     – Меня зовут Ах-как-здорово! Я странник, собиратель счастья. Счет годам не веду.

     – Ты – невидимка?

     – Исхудал до потери наружности. Территория пустынная. Счастливые люди почти не встречаются.  

     – Как это? Кругом – толпы народа!

     – Равнодушные особи. Утром – на работу, вечером – к месту жительства. Толкаются, спешат. Всем все равно. Ни пары влюбленных, ни старушки, которая получила бы  долгожданное письмо. Пустышки.

     – Это плохо?

     – Не замечать своего счастья? Бессмысленно. Впрочем, ошибка! Сегодня мне встретился малыш, который знакомился с одуванчиком. Восторга было… Ты и этот малыш, вы – другие, девочка Лизка! Временно.

     – А через время?

     – Никто этого не знает. Даже мы, собиратели летучей ценности, которую зовут счастьем.

     – И много вас, таких, собирателей?

     – На ваш город хватит и одного. В местах, где никто не хочет быть счастливым, собиратель может погибнуть от голода.

     – Но это означает, что… Неужели вы питаетесь счастьем?!

     – Точно. Наши дальние родственники, пчелы, собирают нектар, а мы – восторги детей,  их родителей, смехи, радостные вздохи и стуки сердца, блестки и сверки восхищения. На худой конец можно обойтись клубочком ребячьего удивления, бродячим «хи-хи» или «ха-ха» – их называют «смешинками», они странствуют из города в город в единственном числе и в стаях.

     – А много ли тебе нужно счастья, собиратель?

     – Чем больше, тем лучше! То есть, лучше будет, конечно, вам, людям! Когда организм наполнится, собиратель летит туда, где счастье необходимо. В больницу, детский дом, к одиноким старикам. Чтобы больные выздоравливали, а старикам хотелось жить дальше.  Есть места, где твое «ах, как здорово!» могло бы очень пригодиться. Помочь в трудном деле, даже спасти от беды.

     – Здорово! – изо всех сил пыталась радоваться Лизка. – Ах, как здорово!

     – Нет… – огорченно вздохнул собиратель. – Радость не успела созреть. Так бывает почти всегда, когда  кто-то знакомится с собирателем. Большинство людей начинает…

     – Неужели притворяться?

     – Спешить. Торопить свою радость, чтобы поскорее наполнить организм собирателя. Не слишком ли сложно я объясняюсь?

     – Нет. Кажется, я понимаю. Но что же делать?

     – Сказать волшебные слова.

     В соседней комнате хлопнула дверь. Пахнуло ветром. Послышались неторопливые шаги. Дед Анатолий Михалыч скрипел половицами.

     –  Назови волшебные слова, собиратель! – торопливо просила Лизка. – Какие они?

     – Каждый раз – новые... – успела услышать девочка.

     Вошел дед Анатолий Михалыч. Подойдя к открытому окну, оглядел прохладные, кажется, новенькие улицы. Развернув плечи, потянулся с таким удовольствием, что захотелось присоединиться.

     – Потягушеньки – вырастушеньки! – произнес дед и счастливо рассмеялся.

     – Волшебные слова! – крикнула Лизка, в свою очередь расхохотавшись. – Здорово! Ах, как здорово!

     Смеялись все. Дед, Лизка и вполне невидимый, но особенно потешный, третий, который посмеивался рассыпчато и вкусно.