Эта сказочная история произошла в совершенно не сказочном месте, на рабочем столе молодой лаборантки в кабинете с непонятным названием «МИКРОБИОЛОГИЯ».

Здесь под микроскопами изучали разные микроорганизмы, бактерии и микробы. А чтобы их стало лучше видно, окрашивали красителями. Поэтому на столе лаборантки Тамары справа стоял длинный деревянный ящик с разноцветными пузырьками, в котором хранились красители. Слева в блестящих пробирках притаилось царство бактерий и микробов. На полочке, прибитой к стене и похожей на балкончик, стоял крошечный белоснежный лоток с красным крестиком. В нём находился йод.

Всякий раз, когда лаборантка отодвигала свой микроскоп к стене, выключала свет и уходила домой, на столе начиналось движение и суета. Пузырьки с красителями открывались, и, расправляя юбочки, на стол высыпали девчонки, красилки, как они сами себя называли.

– Синька, помоги застегнуть пуговку сзади!

– Милая Вайолет, у тебя только одна перчатка!

– Фукся! И как ты держишься на таких каблуках?

Но забавные домашние имена они использовали только в общении между собой. На бутылочках, в которых красилки жили, были написаны совсем другие, умные и сложные названия: метиленовый синий, лиловый мовеин, алоксан, фуксин, метилфиолет, хромовый жёлтый.

Жизнь на столе лаборантки не затихала ни днём, ни ночью. Днём красилки усердно работали вместе с Тамарой, а ночью забавлялись. Собственно, развлечений было немного. Всего два: игра в «салон красоты» и танцы. В салон красоты красилки играли с бактериями и микробами, которые часто наведывались в гости во главе с королевой-матерью Фурункулиной и принцесской Гниюшкой. Им нравилось краситься и перекрашиваться.

Второе развлечение, танцы, приносило разноцветным девчонкам много радости. Красилки сами придумывали все движения и подпевали себе, когда танцевали.

Однажды в лаборантскую вошёл Очень Известный Профессор и принёс небольшой бутылёк с зелёной жидкостью.

– На, Томочка, это тот самый краситель из Германии, о котором я тебе говорил. Думаю, он тебе пригодится в работе.

И в лоток с красителями поставили новую бутылочку. На ней было написано – бриллиантовый зелёный. Вот с этого момента и начинается наша история.

За работой день пролетел незаметно, а вечером лаборантка Тамара выключила свет и ушла. Стало тихо и темно. Только луч уличного фонаря освещал белую поверхность стола. Казалось, всё замерло до утра. Но тут раздался чей-то звонкий голосок:

– Эй! Синька! Та-ра-ру-ра-рам! Ты готова? Что ты возишься? Идём танцевать! Поторопись, а то прибежит принцесска Гниюшка со своей свитой, попросит перекрасить её в новый цвет, и не останется времени на танцы!

– Главное, чтобы не пришла королева-мать и не испортила нам всем настроение своими нотациями. Это да.

Красилки рассмеялись.

– Сейчас, – ответила Синька.

Вместе с ней на стол выпрыгнула девушка в переливающемся зелёном платье.

– Знакомьтесь. Наша новая подруга – Зелёнка.

Зелёнка открыто улыбнулась и, притопнув каблучками, приветственно подняла руку вверх.

– Зелёнка! – весело представилась новая красилка. – Я тоже люблю танцевать.

– Хрома! Алуся! Вайолет! – раздавались голоса со всех сторон.

Подпевая себе и выстукивая ритм каблучками, красилки завертелись в быстром танце. Разноцветные юбочки вспыхивали яркими огоньками, попадая под свет уличного фонаря. Было весело и шумно.

– А там, на красивом белом балкончике с красным крестом, кто стоит и смотрит на нас? – спросила Зелёнка, танцуя. – В такой коричневой странной одежде?

– Это Йод, – ответила Фукся.

– А почему он не с нами? Среди нас как раз нет коричневой краски. Он был бы кстати.

– Потому что он не краситель, а лекарство. АНТИСЕПТИК.

– Антисептик? Звучит сердито.

– Он противник всех бактерий и микробов. А так как они у нас бывают частенько, Йод к нам совсем перестал спускаться.

– А танцевать он умеет? – спросила Зелёнка.

– Не знаю. Мы его не приглашали никогда.

Зелёнка подмигнула подругам и побежала к белому лотку. Йод стоял, упёршись руками в бока, наступив одной ногой на бортик. И смотрел на Зелёнку открытым взглядом, чуть приподняв правую бровь. Он был одет в коричневую майку и коричневые шаровары, на голове – бандана.

– Привет! Я Зелёнка! Ты не хочешь потанцевать?

– Привет, – неожиданно по-доброму ответил Йод, словно давно ожидал прихода Зелёнки. – Вам не понравятся мои танцы.

– Откуда ты знаешь? Покажи!

– Что ж, покажу.

Йод перемахнул через ограждение лотка, и вместе с Зелёнкой пошёл к красилкам.

– Всем привет! Сегодня бактерии и микробы побояться наведаться к вам в гости. Ничего? – с усмешкой спросил Йод.

– Очень даже хорошо! А то мы два дня уже не танцевали, только их раскрашивали, – засмеялась радостная Алуся. – Скажи, какая тебе нужна музыка?

– Мне музыка не нужна. Просто хлопайте, и всё     .

Красилки стали хлопать.

– Нет. Не так. Хлопайте ритмично. Та! Та-та! Та-та! Та! Та! Та-та! Та-та! Та!

Подруги принялись хлопать так, как сказал Йод, а он начал танцевать. Сначала красилки даже не поняли, что это танец. Йод то словно дрался с кем-то невидимым, делая решительные выпады и подскоки, то двигался медленно, волнообразно. Под конец вообще упал на спину и закрутился волчком. Таких удивительных движений они не видели никогда. Глаза у красилок горели, ноги начали постукивать в такт. А когда он закрутился на руках, красилки даже завизжали от восторга.

– Что это? Что это было? Как такой танец называется?

– Да нет у этих танцев названия. Так, хип-хоп оп-ля-ля, – стирая с лица капельки пота, ответил Йод.

– Так их и назовём! Хип-хоп! Научи нас! – глаза девчонок горели, им очень хотелось танцевать также раскованно и легко.

С этого дня Йод стал приходить на «танцплощадку» каждую ночь и учить разноцветных красилок своим удивительным танцам. Занятия проходили весело. Йод всегда подбадривал, если у кого-то что-то не получалось и любил пошутить. У него в запасе было много забавных словечек:

– Здесь нужно тифанька-тифанька.

Это означало, здесь нужно делать тихонько-тихонько.

Когда у одной из красилок что-нибудь не получалось он говорил:

– Ну, ты и тяпля!

Что это значило, сказать трудно, наверное, что-то между словом балда и словом тупить. Но красилкам не было обидно, наоборот, такие обзывалки вызывали смех.

– О! Какую штулечку отчебучила, – смеялся он всякий раз, когда кто-то из красилок делал новое интересное движение.

За несколько дней Йод и красилки так сдружились, что не могли дождаться вечера, чтобы быстрее продолжить свои танцевальные уроки. Зелёнка очень старалась, и у красилки стало получаться даже интересней, чем у Йода. Её движения не были столь резки и стремительны, но она придумывала такие интересные вращения и развороты, что невозможно было оторвать взгляд.

– Зелёный брильянтик! Ты уже танцуешь лучше меня, – как-то восхищённо сказал Йод, и Зелёнка чуть не заплакала от радости. То ли потому что похвалили, то ли потому что так ласково её ещё никто не называл.

У Йода был взрывной, азартный характер. Он часто горячился, но любил, чтобы всё было по справедливости. И если в чём-то был не прав, сразу извинялся.

– Кто так вращается? А что? Это ты новое движение придумала? Извини, погорячился.

В тоже время, на другой стороне стола микробы и бактерии злились, корчили рожи, но из пробирок не вылезали. Йод лишил их любимого времяпровождения и единственного развлечения. Поэтому они страшно сердились.

– А почему бактерии и микробы не приходят танцевать? Вы говорили, что раньше они были частыми гостями? – спросила Зелёнка Синьку.

– Так ты же Йод привела! Как теперь им приходить? Он же их уничтожит за пятнадцать секунд.

– За пятнадцать секунд?

– Ну да, – подхватила немногословная Вайолет.

– Как уничтожит?

– Так. Ты не бойся. Он никого не душит и не режет ножиком. Просто микробы сами пропадают, если Йод рядом. Но сегодня его нет, видишь. Нашего друга кто-то позвал на помощь ещё днём.

– Без него ужасно скучно, – сказала загрустившая Зелёнка. – Даже танцевать не хочется. Я пойду к себе.

– Иди, конечно, – вздохнула Хрома. – Нам тоже без Йода невесело, я тебя понимаю. Тем более, сегодня к нам точно придут…

Жёлтая красилка не успела договорить, как Зелёнка увидела огромное множество существ. Это бактерии и микробы вылезли из пробирок. Они были невообразимым образом разодеты, важно вышагивали. Впереди всех подняв длинные юбки, быстро семенила бактерия с крошечной короной на голове.

– Эй вы там! Красилки! Не уходите! – пищала она издали. – Моему платью нужен лиловый низ и красный верх! Немедленно. Я уже неделю не перекрашивалась!

Завидев толпу «гостей», Зелёнка отступила назад. Она ещё слышала, как раздавались громкие крики из свиты принцессы.

– А меня в фиолетовый, а меня в оранжевый!

Но мысли её были далеко.

– Тьфу! На дух не переношу этот Йод. Чтоб он пропал! – кричала принцесска Гниюшка.

– Мозет повезьот, и он узе прьёпал, думает Боюська? – спросила крошечная бактерия, крутившаяся возле принцесски.

Бактерии заполонили весь стол. Они галдели без умолку, и каждая требовала к себе внимание. Самой последней пришла королева-мать Фурункулина. Она села на крышечку от бутылька, расправила юбки и сказала:

– Думала, этот дурень никогда не уберётся. Ненавижу коричневый цвет! Что у вас здесь происходит? Зачем вы его к себе притащили? Чего вам не хватает? Как можно завести дружбу с этим… – королева-мать неожиданно переменила тему. – Ногти фиолетовым, веки жёлтым!

Королева посмотрела на Гниюшку, заулыбалась. Тон и голос её изменился:

         – Моя Гнюсечка! Тебе к лицу все цвета! – она посмотрела на суетящихся, раскрашивающихся бактерий и гордо произнесла. – Какова королева – такова её свита.

– И Боюське все сьвета идут! – добавила самая маленькая бактерия, хватая за руки Хрому и Алусю.

– Я долго должна ждать? Немедленно начинайте меня красить! Что-то прошлый раз красный цвет на мне не задержался. Что за краска такая? Один обман! Мне нужен яркий цвет! – командовала Фурункулина.

– Мамочка! – услышав только последние слова, заговорила Гниюшка. – Красный верх, фиолетовый низ! Это будет модно в этом сезоне!

– Кто сказал?

– Я, мамочка.

– А… Ну хорошо, – снизошла королева-мать. – Пусть будет, как ты пожелаешь, моя усюпунюшка.

– И Боюська будет модной! – пискнула самая маленькая бактерия.

Красилки принялись раскрашивать бактерий и микробов в разные цвета. То и дело слышалось:

– Ярче! Ярче!

– Больше! Больше!

– А всю Боюську зёйтым мосьно? – бегала по столу самая маленькая бактерия.

До самого утра бактерии и микробы веселились, а красилки старались как могли, но после замечательных уроков танцев в этом занятии они больше не находили ничего интересного.

– Быстрее бы Йод вернулся, – вздохнула Хрома, когда красилки остались одни.

– Это да, – ответила немногословная Вайолет.

Но Йод так и не появился, и красилки совсем заскучали.

На следующий день лаборантка Тома усердно трудилась. Они брала разные красители, меняла одно стёклышко в микроскопе на другое и что-то записывала. Со стороны Зелёнка видела, как веселятся бактерии и микробы, которых изучала Тамара. На кончике препаровальной иглы сидела Гниюшка и размахивала руками, а остальные бактерии с безумной радостью повторяли её движения.

– Вот уж, правда. Какова королева – такова её свита, – повторила слова королевы-матери Синька.

В комнату вошла вторая лаборантка:

– Тома, спасибо. Возвращаю тебе йод.

От неожиданности рука Тамары дёрнулась, и кончик иглы кольнул палец.

– Ой! – воскликнула она.

Лаборантки продолжили разговор. Они, конечно, не видели, что дальше произошло на столе, а вот красилки глядели во все глаза. Увидев кровь, Гниюшка преобразилась. У неё появились чёрные круги под глазами, зрачки вспыхнули красным цветом, обнажились острые зубы, которыми она впилась в палец Тамары. Гниюшка кусала и драла ранку. У Зелёнки от испуга закружилась голова. Тут она увидела, что перескакивая через преграды, по столу бежит Йод. Она никогда не видела у него такого сосредоточенного и серьёзного выражения на лице.

Йод подбежал и, казалось, не сделал ничего ужасного. Он просто быстро и твёрдо взял Гниюшку за руку и потянул от раны.

– А-а-а-а-а! – завопила принцесска. – А-а-а… А-а…

И пропала.

– Вот тебе и пятнадцать секунд! – произнесла восхищённо Алуся.

Ни о чём не подозревающая Тамара сняла кольцо с пальца и проговорила, обрабатывая ранку йодом:

– Щиплет. Вот бы найти средство, которое обеззараживало рану, но не щипало.

А на столе продолжалась битва. Со всех углов на Йод кинулась свита принцесски. Бактерии и микробы наскакивали, пытаясь укусить или задушить Йод. Он отражал их нападки, ловкими ударами сбивая с ног и отбрасывая назад. Те, кто касался Йода, уже не возвращались, но микробов было так много, что казалось, итог боя был предрешён. Очень скоро Йод пропал под кучей навалившихся недругов.

Зелёнка зажмурилась и сжала кулаки.

– Только бы он устоял! Только бы устоял!

– Да что ты? Ха-ха-ха! Что с ним случиться? Ничего с ним случиться не может! – рассмеялась хохотушка Фукся. – Ха-ха-ха! Смотри, вот тебе и всё!

Зелёнка открыла глаза и увидела, что бактерии убегают, а Йод стоит и устало улыбается красилкам. Он тяжело дышал, но было видно, что бодрости духа не потерял.

– О! Стоит! Борец за справедливость. Огнём пышет. Это всегда с ним такое, когда горячится, – засмеялась Синька.

– И как это он никого не боится? – удивлённо спросила Мовя.

– Бежим обниматься! – крикнула Алуся, и красилки наперегонки кинулись к Йоду.

– Только на большую рану тебя пускать нельзя, – смеялась Фукся, похлопывая Йод по спине. – Ты сейчас же драться с микробами начнёшь, а они от тебя удирать. Целое сражение устроишь. От этого жаркого боя людям-то и кажется, что место, обработанное йодом, горит.

– Ночью – танцы! – крикнул Йод, прощаясь с красилками, когда Тамара взяла его, чтобы поставить на место. Он обращался ко всем, но смотрел только на Зелёнку.

 

Королева-мать была в горе. Она рвала на себе волосы, скрежетала зубами, закатывала глаза, топала ногами и ужасающе выла.

– Уничтожу! Ненавижу! Проклятый! Убил! Убил мою красавицу!

Подданные, не поднимая головы, бегали за королевой.

– Это ему так с рук не сойдёт! Его сегодня же не станет! Мерзавец! Сегодня же!

– Нася юбимися Гиюська, – пропела, заискивающе глядя в глаза королеве, самая маленькая бактерия.

Фурункулина замерла.

– Зажгите газовую горелку, и поставьте над ней колбу. Ту, из которой лаборантки пьют воду. Я страшно отомщу!

– И месть эта будет узясьна! – вякнула маленькая бактерия, спрятавшись за юбку королевы.

Прошло ещё немного времени, и королева-мать неожиданно появилась из темноты возле Йода, который не сразу её заметил. За его спиной заскрипели зубы, и только тогда обернувшись, он увидел Фурункулину.

– Это ты, гадкий и подлый убийца! – прошипела королева-мать.

– Меня зовут, Йод.

– Ты убил мою дочь!

– Я только убрал её руку от раны человека, она хотела заразить Тамару. Я призван защищать людей от подобных неприятностей.

– Смерть моей дочери ты называешь неприятностью? Да я сейчас устрою такие неприятности… Заражу воду в колбе, которую лаборанты используют как кувшин для питьевой воды, и посмотрим, что станется с этой лабораторией!

– Я не дам вам это сделать, – начал горячиться Йод.

– Может, скажешь, как ты сможешь мне помешать? – страшным смехом засмеялась Фурункулина и, подхватив юбки, с несвойственной её возрасту быстротой понеслась к колбе. Йод не ожидал такой прыти, опомнившись, бросился вдогонку.

Красилки тоже видели, как королева стремглав бежит к колбе. Словно паук, легко и быстро она вскарабкалась по стеклу на горлышко колбы и замерла там, оглянувшись на Йод.

– Ну? – торжественно сказала она. – Не дашь мне это сделать?

Замерев на краю колбы, Йод увидел, что Фурункулина прыгает вниз, и кинулся вслед за ней. Но то, что произошло дальше, потрясло красилок и удивило Йод. Фурункулина словно повисла в воздухе, а Йод упал на дно нагревающейся колбы, наполненной водой.

Подняв голову вверх, Йод услышал страшный смех. Сразу несколько слуг быстро вытягивали свою королеву наверх. К платью Фурункулины была привязана нить.

– Умри теперь ты! – крикнула королева и плюнула вниз.

– Сьтоб мы тебя бойсе не видели! – пискнула самая маленькая бактерия.

– Фуф, – выдохнула Зелёнка, улыбаясь. – Хорошо, что ничего страшного не произошло, правда? Из колбы его завтра достанет Тамара.

Но лица подруг словно окаменели. Они стояли с широко раскрытыми глазами и не мигая смотрели на колбу.

– Он погибает, – прошептала Синька.

– Что? – испугалась Зелёнка. – Как погибает? Вон же он стоит живой и совершенно спокоен. По-моему, он даже улыбается! Точно! Улыбается.

– Йод нельзя нагревать, – убитым голосом прошептала Хрома. – От этого он теряет все свои свойства и умирает.

– Но вы же мне говорили, что он ничего не боится! Вы же говорили, что с ним ничего не случится!

– Да он и не боится, – глотая слёзы, ответила Алуся. – Но он знает, что умирает.

– Он смелый и гордый, – сказала Фукся.

– Это да, – выдохнула Вайолет, всхлипывая.

Зелёнка бросилась через весь стол к колбе. В луче уличного фонаря её зелёное блестящее платье светилось как огонёк – зелёный огонёк надежды. Она больше не слышала голоса подруг, не замечала ухмыляющиеся гримасы королевской свиты. Зелёнка видела только карие глаза впереди. Она подбежала и прижалась к колбе, которая уже успела нагреться. Йод тоже подошёл ближе, положил ладони на стекло и уткнулся в него лбом.

– Прощай, зелёный брильянтик, – прочитала Зелёнка по шевелящимся губам Йода.

– Нет! – крикнула Зелёнка. – Не прощай! Я не брошу тебя! Ты мой друг!

За её спиной раздался омерзительный хохот. Зелёнка оглянулась и увидела окруживших её бактерий и микробов. Лицо красилки стало решительным, кулаки сжались.

– Вы подлые и гадкие существа! – заговорила Зелёнка, входя в толпу. Она шла, гордо подняв голову и вглядываясь в хищные глазки недругов. – Вы действуете исподтишка! Вы только бездельничаете и вредите!

– И сто? Сто тут плохого? Осень хоёсё! – пропищала самая маленькая бактерия, на всякий случай держась от Зелёнки подальше.

Вперёд вышла королева-мать. Она подошла к Зелёнке вплотную.

– Друг моего врага – мой враг! Сейчас ты отправишься вслед за своим другом, – прошипела Фурункулина, почти касаясь уха Зелёнки. – Ой! Что со мной? Что такое?

Очень медленно Фурункулина стала исчезать. Она становилась прозрачной прямо на глазах. Когда королева-мать поняла, что с ней происходит, она крикнула:

– Боюська!

Самая маленькая бактерия вынырнула откуда-то из-под юбок королевской свиты.

– Теперь ты королева, доченька. Не подходи к зелёной красилке близко.

Фурункулина ткнула пальцем в Зелёнку, надела на лохматую голову Боюськи крохотную корону.

– Она не простая красилк… – и с этими словами королева Фурункулина пропала совсем.

Свита смотрела на Боюську, а самая маленькая бактерия, оказавшаяся дочерью Фурункулины, стояла с открытым ртом, не зная, что делать. Наконец она опомнилась. Глазки часто замигали, носик шваркнул, и Боюська бросилась наутёк обратно к знакомым и нестрашным пробиркам. Бактерии и микробы бросились вслед за ней.

«Какова королева – такова её свита», – подумала Зелёнка. Она повернулась к колбе и замерла от ужаса. Вода в колбе начинала закипать. Йод с закрытыми глазами лежал на дне. Сердце Зелёнки бешено заколотилось. А потом произошло вот что: её ослепил яркий свет, что-то замелькало, и наступила темнота.

Когда она открыла глаза, то увидела Йод. Он был жив и здоров. Рядом сидели красилки и улыбались подруге.

– Ну вот, всё в порядке, а вы говорили, – выдохнув, сказала Мова.

– Что случилось? Ты жив? – схватив Йод за руку, спросила Зелёнка.

– Жив, как видишь, – засмеялся он.

– Что же случилось?

– Когда Боюська побежала от тебя подальше и вся свита за ней, вернулась Тамара, она забыла своё кольцо на столе, и увидела всё это безобразие. Лаборантка выключила горелку, вынула меня из колбы и занялась тобой. А меня спасло то, что в колбе было много воды. Много воды быстро не вскипятишь.

– Ты лежала ни жива, ни мертва, – добавила Синька.

– Тамара долго изучала тебя, а потом взяла и перенесла ко мне в лоток!

– Так я в лотке?

– А мы пришли тебя навестить, – хором ответили красилки. –Оказывается, ты тоже АНТИСЕПТИК!

– Почему?

– Ты не касалась королевы Фурункулины, только стояла рядом, а она растаяла, как и те бактерии с микробами, кто стоял близко от тебя.

– Да-да. Продолжала на тебя кричать, а сама таяла, таяла.

– Значит, есть в тебе необыкновенная сила, способная защитить человека от микробов и бактерий. Очень ценное качество. Ты не просто красилка, – сказала Алуся.

– Хотя и красилка замечательная, – подмигнула Зелёнке Синька.

– Да уж. Капнешь, трудно отчистить, – добавила Хрома.

– Это да, – добавила Вайолет.

– Я сразу почувствовал, что ты на меня чем-то похожа, – сказал Йод Зелёнке, когда они остались одни. – И я очень рад, что теперь мы будем вместе. Значит, и помогать людям будем вместе. Ты не драчливая, по характеру мягкая, заботливая. Дети тебя бояться не будут. А им ты нужна, как никто другой. Ведь малыши часто получают царапин и ссадины. Они такие непоседы.

Зелёнка и Йод ещё долго разговаривали и даже не заметили, как наступило утро.

А днём Зелёнку изучали лаборанты, доценты и даже один Очень Известный Профессор. И все нашли её свойства важными и нужными для человека. С этого момента зелёнка, бриллиантовый зелёный, получивший своё название за особенный блеск, стала известна не только как краситель, но и как лечебное средство. Её действительно не боятся дети, и она есть в каждом доме.