Острый вкус

            Папа ест очень быстро. Вот и сейчас, не успели мы опомниться, как он уже поблагодарил маму и, погладив нас по голове, вышел из-за стола. Когда кушанье нам с сестрой нравится, мы тоже быстро едим, но так быстро, как папа, не можем.

            Сегодня на обед пельмени. Мы их очень любим. Слава с маслом, я со сметаной. А папа ест пельмени с перцем и горчицей! И, главное, непонятно почему, ведь они такие горькие!

            Мама ушла вслед за папой что-то ему показать. Мы остались одни.

            – Давай горчицу попробуем? – предложила Слава.

            – Нет. Что-то мне не хочется.

            – А я хочу попробовать. Все говорят горькая-прегорькая, злющая-презлющая.

            – Неправду говорят, – раздался сухой голосок. – Я не горькая, а острая, и уж конечно, не злющая, а крепкая.

            Мы молча уставились на стол, где стояла горчичница с горчицей. Слава нащупала мою руку и с силой в неё вцепилась.

            – А ты разве не кусаешься? – осторожно спросила она.

            – Забавно ты сказала! Кусаешься! Да, кусаюсь, наверное, – хихикнула Горчица. – Я вам про это кое-что расскажу. Дело было во времена Александра Македонского, был такой царь, и решил он напасть на Персию. Перед сражением персидский царь Дарий выслал Македонскому мешок с семенами кунжута, давая понять, что его войско огромно. В ответ Александр Македонский выслал предводителю персов небольшой мешочек с моими семенами, тем самым показывая, что римлян меньше, но будет врагам не сладко. Нас мало, но мы «кусачие». Так можно было оценить его скромное послание.

            – И если тебя попробовать, то язык не облезет? – поинтересовалась я.

            – Ну, уж это, конечно, нет! С чего ты взяла?

            – Все говорят. И чихать до ночи не будем?

            – Чихать? По этому делу у нас есть другой специалист – Перец. Я здесь несильна. Перец. А, Перец! Ты спишь, что ли?

            – Нет, не сплю. Ты же знаешь, что если я начну говорить, обчихаетесь!

            – Ну, молчи, молчи.

            – Перец, Горчица, почему же вас взрослые любят? Разве может нравиться горькая еда или «кусачая»?

            – Вкус, аромат, острота – вот что в нас всегда любили и ценили во все времена. Но от нас и другой пользы много.

            – Вот! Точно сказал! Это слово главное – ПОЛЬЗА!

            – Если вы зажмёте свои курносые носы, я расскажу вам что-то интересное, – сказал Перец.

            Мы дружно зажали носы.

            – Жил на свете один путешественник. Он страдал морской болезнью и поэтому никогда не плавал на кораблях. Но случилось так, что ему пришлось взойти на судно и отправиться в дальнее плавание.

            – А что такое морская болезнь?

            – Это, когда становится очень плохо: тошнит, кружится голова и сильная слабость, – ответил Перец. – Так вот, когда ему стало совсем невыносимо и ничего не помогало, к нему обратился один пожилой крестьянин из Мексики, который видел, как тяжело его попутчику. Он предложил путешественнику съесть чайную ложку красного перца. Хватаясь за любую возможность, путешественник, подумав секунду, что сейчас у него в желудке будет пожар, ведь ему предлагали целую ложку огненно-жгучего лекарства, быстро сунул ложку в рот и запил водой. К его удивлению, до конца плавания неприятная болезнь больше не давала о себе знать, и как ни качало корабль, путешественник чувствовал себя великолепно. С тех пор во все морские путешествия он брал пакетик красного перца.

            – Надо же!

            – Мы уже давно рядом с человеком и всегда только помогаем. Без меня, например, – говорила Горчица, – настрадались хозяйки в давние времена. Ведь тогда не было новомодных средств, смывающих с тарелок и котелков жир. Посмотрела я на мучения людские и пришла на помощь. Думаю, и сейчас могу поспорить, что отмою жир быстрее и лучше любой химии. К тому же, я умею полностью устранять запахи стеклянной посуды. Знаете, иногда что-то в банке хранят, потом помоют, а запах остаётся. Вот его я лучше всех могу убрать!

            – А сейчас как? Разве не так? – удивлённо посмотрела на меня Слава.

            – Не так, – ответила Горчица. – Сейчас после мытья посуды запах новомодного средства остаётся, какое-нибудь «зелёное яблочко». Вот им-то и будет ещё долго пахнуть. А так как я отлично умею смывать жир, не оставляю ни следов, ни запаха, то мной можно заменить шампунь!

            – Неужели! – воскликнули мы хором.

            – Я тоже не сорняк в горшке! Меня использовали как обменную монету, дарили как приданое и даже давали мной взятки! – заговорил без предупреждения Перец.

            Мы не успели зажать носы и тут же принялись чихать.

            – Апчхи! Апчхи!

            – Ага! Зачихали!

            – Что ж не предупредил нас? Апчхи!

            – А чихать полезно! Известно ли вам, что люди, которые встречаются со мной по долгу службы – мелят меня или фасуют в пакеты для продажи – никогда не болеют насморком?

            Мы отрицательно покачали головами. Нам с сестрой всё казалось таким удивительным. И как это так получалось, что две самые невкусные приправы, которые мы не любили и даже побаивались пробовать, оказались такими полезными и отзывчивыми? Горчица и Перец не замолкали.

            – А известно ли вам, что при дворе королевы Виктории был горчичный человек?

            – Это тот, кто любит горчицу кушать?

            Горчица и Перец засмеялись, а мы с сестрой вновь принялись чихать.

            – Это тот, кто готовит горчицу из горчичных семян. А у немцев есть традиция. В фату невесты зашивается горчичное семечко. Считается, брак будет крепким.

            – На кухне от меня всегда первая помощь была, – продолжила Горчица. – В жару, если сырое мясо не в холодильнике, то как его переслать, да ещё на дальнее расстояние? Пропадёт. А я тут как тут! Если куски мяса мною обмазать, то они часов восемь на жаре могут лежать. Бывало, я так поваров спасала, когда у них не было иной возможности сохранить этот капризный продукт.

            – А я в своё время смотрел на муки античных алхимиков и врачевателей, которые никак не могли точно взять нужное количество того или иного снадобья, и понял, что нужна моя помощь. Ведь раньше не было точной меры веса. Зато было известно, что 1000 зёрен чёрного перца равно 460 граммам.

            – А сколько суеверий и традиций связано с моими семенами, не сосчитать! Так как я издавна известна людям и приношу им только добро, то, например, в Дании считают, что мои семена, рассыпанные в доме, приносят счастье, – сказала Горчица.

            – Мне удалось даже нашим солдатам на фронте помогать. Знаете как? Мной сбивали со следа собак-ищеек, с помощью которых фашисты искали партизан. Собаки вообще не любят перец. И если меня сыпануть в морду бросившемуся псу, то считайте, вы выиграли сражение.

            Мы со Славой только и успевали, что чихать и крутить головой в разные стороны. Польза от горчицы и перца, как мы это теперь понимали, была большая.

            – В Америке даже есть мой музей. В нём собраны 5000 видов горчицы из 60 стран мира. Представляете? Американцы меня выделяют из всех пряностей. Только в этой стране есть колледж, в котором готовят горчицеведов, проводятся фестивали горчицы. И уж конечно ни у одной пряности в мире нет своего праздника. А у меня есть! В Америке первая суббота августа – это Национальный День Горчицы.

            – Ну? Это если больше праздновать нечего, – засмеялся Перец. – Праздника Перца в календаре нет, но я был настолько популярен в средние века в Англии, что для меня организовали Гильдию перечников! Я был очень дорогой пряностью. Поэтому находились мошенники, которые в смесь порошка каких-либо трав добавляли совсем немного перца и продавали с большой прибылью.

            – Это так плохо! – воскликнула Слава.

            – Немцы тоже так считали и заживо закапывали этих торговцев в землю вместе с их товаром.

            – Какой ужас! – и Слава закрыла рот руками.

            – Но весь мой рассказ ровным счётом ничто по сравнению с моими лекарственными свойствами! – Горчица сделала паузу. – Ведь даже вам должно быть известно моё удивительное свойство разогревать организм изнутри.

            – Конечно! Нам же ставят горчичники!

            – И ноги в горчице парим. Да и сухую горчицу в носочки нам мама засыпала на ночь, когда простывали.

            – А ещё мной полощут рот при зубной боли. Моим маслом натирают руки и ноги от судорог. Я снимаю боль при ревматизме и радикулите.

            – Зачем же тебя на стол подают? – удивилась я.

            – А затем, что я возбуждаю аппетит, усиливая приток желудочного сока и желчи, таких важных для пищеварения. Это тоже лекарственное свойство.

            – Вот-вот! И я возбуждаю аппетит, а заодно убиваю всех бактерий вредных для организма, – сказал Перец.

            – Ещё бы! Ведь ты такой острый!

            – Как сказать! – засмеялся Перец. – Овощные перцы совсем не острые. Ты же любишь болгарский перец?

            – А это тоже перец? – удивилась Слава и сама улыбнулась своему вопросу.

            – Конечно!

            – Но есть среди нас и такие экземпляры, которые голыми руками не возьмёшь, может кожу обжечь. А если в глаз или на губы попадёт… Ого-го! Пожар будет. Кстати, один такой Перец даже взяли в первую десятку наиважнейших для здоровья и долголетия продуктов! Это Перец Чили.

            – Вот это да! И что же, его тоже едят, или он для другой пользы?

            – Едят, едят. Не сомневайтесь.

            – Возможно, ваш папа всего того, о чём мы сейчас рассказали, и не знает, а любит нас просто за вкус, аромат и остроту.

            – Тоже немало!

            – Да, верно, – согласилась с Перцем Горчица, – Тоже немало. Но для вас мы приправа неинтересная. Подрастёте, оцените.

            – Да, вам же всё вкусненькое да сладенькое подавай.

            Мы радостно кивнули головами.

            – Но почему вас так любит папа, нам теперь понятно, – ответила я. – Наверное, вам нельзя выдыхаться?

            – Какая хорошая девочка! – воскликнул Перец. – Какая умничка! Да, нам вредно долго на воздухе находиться в открытом виде.

            – Так я сейчас вас крышечками закрою.

            Слава закрутила перечницу, а я переложила горчицу в баночку и понесла в холодильник. Нам казалось, что мы делаем что-то очень важное. Вернее нет, что мы делаем хоть что-то, для кого-то очень важное.